Фрагмент из «Сомнительной асфодели» (Набоков)

Материал из Wikilivres.ru
Перейти к навигацииПерейти к поиску
Фрагмент из «Сомнительной асфодели» (1936) Себастьяна Найта
автор Владимир Владимирович Набоков (1899-1977), пер. Д. Смирнов-Садовский (р. 1948)
Язык оригинала: английский. Название в оригинале: The Real Life of Sebastian Knight. — Из книги «Реальная жизнь Себастьяна Найта» (1941), глава 3.


Перевод Д. Смирнова-Садовского:

В своей последней опубликованной книге «Сомнительной асфодели» (1936), Себастьян вводит эпизодический персонаж, только что бежавший из неназванной страны ужаса и нищеты.

«Что я могу сказать о своем прошлом, господа (говорит он), я родился в стране, где идея свободы, понятие права, обычай человеческой доброты всегда вызывали холодное презрение и жестоко подавлялись. Время от времени, на протяжении истории, лицемерные правители подкрашивали стены тюрьмы народов в чуть более привлекательный оттенок желтого и громко кричали о предоставлении прав, которые в других более счастливых странах были в порядке вещей; но эти права либо предоставлялись только тюремщикам, либо содержали в себе некий скрытый недостаток, делающий их ещё более жестокими, чем указы откровенной тирании... Каждый человек в этой стране был рабом, если он не был надзирателем; и поскольку душа человека, а также всё, что имело к ней отношение, объявлялись несуществующими, физическая боль считалась достаточным средством для управления и руководства человеческой природой... Время от времени там происходят так называемые революции, превращающие рабов в надзирателей и наоборот... Темная страна, адское место, господа, и, если в чём-то я уверен в жизни, то это в том, что я никогда не променяю свободу моего изгнания на эту чудовищную пародию на отечество...»

(7 сентября 2017, Сент-Олбанс)

Vladimir Nabokov:

In his last published book, The Doubtful Asphodel (1936), Sebastian depicts an episodical character who has just escaped from an unnamed country of terror and misery.

'What can I tell you of my past, gentlemen [he is saying], I was born in a land where the idea of freedom, the notion of right, the habit of human kindness were things coldly despised and brutally outlawed. Now and then, in the course of history, a hypocrite government would paint the walls of the nation's prison a comelier shade of yellow and loudly proclaim the granting of rights familiar to happier states; but either these rights were solely enjoyed by the jailers or else they contained some secret flaw which made them even more bitter than the decrees of frank tyranny.... Every man in the land was a slave, if he was not a bully; since the soul and everything pertaining to it were denied to man, the infliction of physical pain came to be considered as sufficient to govern and guide human nature.... From time to time a thing called revolution would occur, turning the slaves into bullies and vice versa.... A dark country, a hellish place, gentlemen, and if there is anything of which I am certain in life it is that I shall never exchange the liberty of my exile for the vile parody of home....'

(Publ. 1941)

Стихотворная версия перевода:

 


Фрагмент
из «Сомнительной асфодели» (1936)
Себастьяна Найта



Он был одним из тех,
кто только что бежал,
из той неназванной страны
насилия и нищеты...
И так он нам о прошлом говорил:

«Я был рождён в стране, в которой
понятия свободы, пра́ва, человечности
с презрением холодным и жестоко
искоренялись отовсюду.

Порой её правители подкрашивали стены
тюрьмы народов в более пристойный желтоватый цвет,
кричали о предоставленьи прав,
которые в других, счастливых странах
считались повседневной нормой...

Но лишь тюремщики
правами пользовались в ней,
иль, может быть,
в них был какой-то тайный недостаток,
что делал их ещё бесчеловечней,
чем подлые указы тирании...

И каждый человек в ней был рабом,
если он не был надзирателем.

Поскольку в ней душа
и всё такого рода
не признавались,
то лишь физическая боль
достаточным считалась средством,
чтоб человеческой природой управлять...

Порою происходят там
так называемые революции,
что превращают надзирателей в рабов
или рабов преобразуют в надзирателей.

О тёмная страна!
О место адское!
И если в чём-то я уверен,
так это в том, что никогда не променяю
свободу моего изгнания на эту
постыдную пародию
на родину...»

7 сентября 2017, Сент-Олбанс


Примечания


© Владимир Владимирович Набоков


Info icon.png Данное произведение является собственностью своего правообладателя и представлено здесь исключительно в ознакомительных целях. Если правообладатель не согласен с публикацией, она будет удалена по первому требованию. / This work belongs to its legal owner and presented here for informational purposes only. If the owner does not agree with the publication, it will be removed upon request.