Сюита C-maj (Богатырев)

Материал из Wikilivres.ru
Перейти к навигацииПерейти к поиску
Сюита (non-jazz) До-мажор
автор Михаил Богатырев (р. 1963)

A8.jpg

Коллектив IZOLATOR

(Михаил Богатырев в соавторстве с Леонидом Бредихиным и Кузьмой Игнатенко)

Сюита (non-jazz) До-мажор

Virteo Recordings dec. 2017


Моментальный снимок 5 (22.12.2017 20-09).png


Лет пятнадцать назад я прочел монографию О. Гладковой, посвященную творчеству композитора Галины Уствольской. От этой неровной, намеренно проблемной книги (Д. Шостакович, к примеру, там обозначен как «халтурщик в трансе») в памяти сохранилось лишь общее впечатление расплывчатости аргументаций, да, пожалуй, одна яркая формулировка: музыка как наваждение. Встав на стезю неформулируемой музыки, коллектив IZOLATOR рассматривает свободную импровизацию не как наваждение, а, скорее, как эфемерный прообраз духовной практики.

«Cюита (нон-джаз) До-мажор» – это 14 спонтанных произведений, продолжительностью от 2 до 9 минут. Исходный материал был записан сплошным массивом с использованием минимальной инструментальной базы: перкуссионного синтезатора (Л. Бредихин), солирующей скрипки (К. Игнатенко), синтезатора «нано-студио» и акустической гитары (М. Богатырев). После многократных прослушиваний полуторачасовая запись была разделена на отдельные сюжеты.

Приступая к импровизированному исполнению сюиты C-maj, музыканты не имели ни партитур, ни предварительного сценария. Никаких вводных данных, за исключением хроматизма (да и то очень условно). Для пьесы «Les commencements» (opus N°14) была заранее обговорена только одна деталь: в какой-то момент вокалист должен продемонстрировать серию «зачинов» — неудачных, неточных попыток вступления в «певческий чин». Его задача – то и дело сбиваться в самом начале фразы, непреднамеренно заходиться в кашле, нервно смеяться и т. д. Чтобы обозначить семантический код этой сумятицы, следует лишний раз подчеркнуть, что джаз в сравнении с классической музыкой не имеет сложного психологического рисунка и в целом воспринимается как легкое и беспроблемное скоморошество. Но давайте представим себе иную форму джаза – нелегитимную и дискомфортную, нацеленную на выражение эмоциональных конфликтов, глубинных переживаний, духовного преображения, в конце концов! Форму, для которой «грязные» вокальные черновики – точно такой же творческий материал, как и доведенные до лоска, гармонически «приглаженные» вокализы.

Мы никоим образом не ставили своей целью дискредитировать американский джазовый стандарт (который, к тому же, нельзя воспринимать как нечто однородное: между популизмом 1930-ых годов, например, «Puttin’ on the Ritz» Ирвинга Берлина и поздним Джоном Колтрейном мало общего). Неформулируемость музыки означает (со стороны исполнителей) осознанный отказ от соскальзывания в какой бы то ни было стиль. Но случилось непредвиденное: с первых тактов импровизации джазовые гаммы сумели пробиться сквозь этот моральный заслон, а затем переплелись с отрешенными интонациями скрипичных пассажей. Фоносемантические декламации, звучащие в произведениях opus NN°6[1], 7, 10 можно считать отчуждением джазовых попевок. Дважды в сюите происходит частичное переключение в песенный жанр: opus N°2 (Лента Мебиуса[2]) и opus N°11 (Соединение слов посредством ритма[3]). Но в итоге классика и модернизм полностью поглощают как джазовую, так и песенную инициативу.

Suite (non-jazz) C-maj

Mikhail Bogatyrev (voice, guitare, nano-studio)
Kouzma Ignatenko (violon, 2-eme violon)
Léonid Bredikhin (electro-percussions)


Альбом полностью можно прослушать здесь (аудио): [[1]]


Перечень композиций, примечания, ссылки на видео:


  • opus N°1 La dance des buryats/Бурятский танец (4.19) [[2]]


  • opus N°2 Ruban de Möbius/Лента Мебиуса (2.04)


  • opus N°3 Premier amour/Первая любовь (3.13)[[3]]

(Premier amour) Сюжетная линия перекликается с «Ромео и Джульеттой» Шекспира. В начале звучит нежная песня без слов, поддерживаемая партией скрипки. Апофеозом лирической линии становится краткая имитация пения птиц, исполненная на блок-флейте. Затем, по нарастающей, скрипичное соло сообщает слушателю атмосферу тревоги, конфликта, катастрофы. Композиция завершается чтением по-итальянски тропаря, приуроченного к церковному новолетию (т. е. к 1 сентября, когда празднуется начало экклезиастического года по православному синаксарию - Tropario del Vespro del 1 settembre).


  • opus N°4 Fuite dans le train/Бегство в поезде (3.55)

(Fuite dans le train) Рывки перкуссий, сопровождающиеся неровными ритмическими раскачками, выбиваются из затакта этой композиции. Голос, объявляющий о порядке следования поездов по станции Микунь (сев. ж. д.), втиснут в размазанное эхо станционных динамиков, а перед нашим мысленным взором возникает спина человека, бегущего по коридорам плацкартных вагонов против движения поезда. Элементы жизнедеятельности пассажиров появляются где-то на краю слышимости: похмельный стон с верхней полки, позвякивание ложки в стакане. На пресекающемся дыхании, сжато и энергично декламируется восьмистишие из цикла «Новый год на Лионском вокзале».

Вошел я в сонмище людей,
Что вверх плывут на эскалаторах.
Вскипает лава в жерле кратера.
Нас легионы, мы – везде.

Тоннель свою кусает тень.
Подъем и спад в чередовании, –
Застыли лица в ожидании:
Что принесет грядущий день?


  • opus N°5 Alchimie/Алхимия(4.09)

(Alchimie) Франсуа Рабле был алхимиком, исповедующим «сухой путь». Катализаторами словесных реакций в его ретортах служили морфемные инверсии, арготизмы, символические подмены смысла и пр. Композиция «Алхимия» начинается с декламирования латинского четверостишия, взятого из книги «Гаргантюа и Пантагрюэль», Livre Premier, chapitre XLII (Гимнаст спел его повешенному монаху в ответ на его мольбу о помощи – нечто в роде «посади вас за стол, вы и ноги на стол»):

Monachus in claustro
Non valet ova duo ;
Sed quando est extra,
Bene valet triginta.

пер. на фр.:

Un moine dans son cloitre
ne veut pas de deux œuf;
mais quand il est dehors,
il en veut bien trente


  • opus N°6 Une poème araméenne / Арамейская поэма (4.08) [[4]]

(Une poème araméenne) В основу речитатива «Арамейской поэмы» положено спонтанное чтение одноименного стихотворения Сергея Сигея (сборник «Армейско-арамейские стихи», ediciones del Hebreo Errante, Madrid, 2001).


20171124.jpg


Поскольку этот текст (написанный ли, процитированный ли Сигеем – неизвестно) состоит преимущественно из согласных, то для удобства чтения вслух они были разрежены звуком О: bkl dn => bokolo dono и т. д. Не имея никаких оснований доверять клочкообразной «митoсемиотике»[4] Сигея, приведем все-же перевод нескольких строк, помещенный поэтом на соседней, 31-ой странице:

bkl 'dn во все времена
bhyy wbmwty при моей жизни и после моей смерти
btrty rgly' во второй раз и т. д.


  • opus N°7 Дидоскал Еродий/Учитель Цапля (4.54)

(Дидоскал Еродий) В этой композиции произносятся отдельные слова древнерусского языка, почерпнутые из лексикона протопопа Аввакума.


  • opus N°8 Soirée de Jazz/Джазовая вечеринка (8.52) [[5]]

(Soirée de Jazz) В данном произведении обыгрывается не джазовый стандарт, а, скорее, ситуация «предвкушения» концерта.


  • opus N°9 Еglise/Церковь (4.54)[[6]]

(Еglise) Фоновые послезвучия в католическом храме после мессы (без вокала).


  • opus N°10 La Fabique/Фабрика (человек-машина) (5.40)

(La Fabique) В этой композиции звучит фонематическая имитация производственных процессов на фабрике, оставляющая впечатление Машины с человеческим лицом:

O – zn zn zn, o – zn zn zn, isss. Sh ! (2)
O – zn zn zn, o – zn zn zn, issst. Shl'ak ! (2)

Issst. Sh ! L'o - l'o- l'o- l'o, l'o- l'o- l'o- l'o, l'o (2)
Issst.
L'o - l'o- l'o- l'o, l'o- l'o- l'o- l'o,
L'o - l'o- l'o- l'o, l'o- l'o- l'o- l'o,
L'o - l'o- l'o- l'o, l'o- l'o- l'o- l'o,
L'o - l'o- l'o- l'o, l'o- l'o- l'o- l'o,
do - do- do- do, do- do- do- do,
do - do- do- do, do- do- do- do,
do - do- do- do, do- do- do- do,
do - do- do- do, do- do- do- do…
Issst.

O – zn zn zn, zn zn zn zn, isss. Shl'ak ! (2)
/…/
Zn zn zn zn, zn zn zn zn,
zn zn zn zn, zn zn zn zn, isss. Shl'ak !

и т. д.


  • opus N°11 Сomposition des mots par le rythme/Опыт соединения слов посредством ритма (Вагиновские чтения) (4.14)

За основу текста этой композиции взято стихотворение Константина Вагинова, опубликованное на стр. 13 сборника «Опыт соединения слов посредством ритма» (М. Книга, 1991):

20171125 182219.jpg


  • opus N°12 Le Marché électronique/Электронный рынок (4.50)

(Le Marché électronique) «Егозливый», хаотически-подвижный образ высоковольтного напряжения (скрипичное соло).


  • opus N°13 Appel a Yu In (Chostakovich Industrial)/Звонок Ю Иню (Шостакович индустриальный) (5.50)

(Chostakovich Industrial) Композиция чисто инструментальная, в ней нет вокала. Ее сюжет никак не связан с реальными событиями. Композитор Дмитрий Шостакович посещает фабрику в составе официальной делегации. Неожиданно у него возникает непреодолимое желание позвонить своему китайскому коллеге Ю Иню (вымышленный персонаж). Однако обстоятельства визита не позволяют осуществить этот звонок.


  • opus N°14 Les commencements / Зачины (4.10)

(Les commencements) У истоков этого сюжета лежит отдаленное воспоминание о бравурной и жизнерадостной американской поп-музыке 1950-1990 гг.. Речь идет, например, о шлягерах типа «Я хочу быть красивым, как Гарри Купер», в которых выражена джазовая интонация. Следует особо подчеркнуть, что воспоминание в данном случае вовсе не означает повторения или воспроизведения. В «Зачинах» не содержится никаких прямых отсылок к «Гарри Куперу», а джаз сокращен до лаконичных хроматических вариаций. При этом перед вокалистом стояла задача, полностью исключающая аутентичное исполнение какого бы то ни было мелодического клише. Он должен был показать серию «зачинов» – неудачных попыток вступления в «певческий чин». Подобная деятельность, немыслимая ни на эстраде, ни на публике, даже в звукозаписи оставляет впечатление негативное, если не паталогическое, резко контрастирующее с благополучной буржуазной безмятежностью поп-эстрады. Вокалист то и дело сбивается в самом начале фразы, заходится в кашле, прочищает горло и т. п. Наверное, специалист-психиатр мог бы усмотреть в таких опытах персеверацию или же экспозицию ананка́стного расстройства личности, характеризующегося чрезмерной склонностью к сомнениям, поглощенностью деталями, излишним перфекционизмом, упрямством. Подобная интерпретация лишний раз подчеркнула бы ернический, скомороший характер пьесы «Зачины».


Примечания

  1. На основе Арамейской поэмы С. Сигея (1997).
  2. Текст был случайно извлечен из альманаха «Черновик №?», известно, что автор – женщина, больше ничего восстановить не удалось.
  3. На основе стихотворения К. Вагинова.
  4. Так указано в выходных данных книги: Publication de la Asociacion Mitosemiotica

Copyright © Михаил Богатырев


Info icon.png Данное произведение является собственностью своего правообладателя и представлено здесь исключительно в ознакомительных целях. Если правообладатель не согласен с публикацией, она будет удалена по первому требованию. / This work belongs to its legal owner and presented here for informational purposes only. If the owner does not agree with the publication, it will be removed upon request.