Божественная комедия/Ад/Песнь IV

Материал из Wikilivres.ru
Перейти к навигацииПерейти к поиску

Божественная комедия/Ад/Песнь IV
автор Данте Алигьери (1265—1321), пер. Михаил Леонидович Лозинский (1886—1955)
Язык оригинала: итальянский. Название в оригинале: "Divina Commedia"/"Inferno". — Дата создания: 1307—1321, опубл.: 1472. Источник: lib.ru • Круг первый (Лимб).— Некрещёные младенцы и добродетельные нехристиане.


Ад, песнь IV, стихи 88–93. Гомер и древние поэты. (Иллюстрация Уильяма Блейка, 1824–1827.)

ПЕСНЬ ЧЕТВЁРТАЯ



1  Ворвался в глубь моей дремоты сонной
        Тяжёлый гул, и я очнулся вдруг,
        Как человек, насильно пробуждённый.

4  Я отдохнувший взгляд обвёл вокруг,
        Встав на ноги и пристально взирая,
        Чтоб осмотреться в этом царстве мук.

7  Мы были возле пропасти, у края,
        И страшный срыв гудел у наших ног,
        Бесчисленные крики извергая.

10  Он был так тёмен, смутен и глубок,
        Что я над ним склонялся по-пустому
        И ничего в нем различить не мог.

13  «Теперь мы к миру спустимся слепому,—
        Так начал, смертно побледнев, поэт.—
        Мне первому идти, тебе — второму».

16  И я сказал, заметив этот цвет:
        «Как я пойду, когда вождём и другом
        Владеет страх, и мне опоры нет?»

19  «Печаль о тех, кто скован ближним кругом,—
        Он отвечал,— мне на лицо легла,
        И состраданье ты почёл испугом.

22  Пора идти, дорога не мала».
        Так он сошёл, и я за ним спустился,
        Вниз, в первый круг, идущий вкруг жерла.

25  Сквозь тьму не плач до слуха доносился,
        А только вздох взлетал со всех сторон
        И в вековечном воздухе струился.

28  Он был безбольной скорбью порождён,
        Которою казалися объяты
        Толпы младенцев, и мужей, и жен.

31  «Что ж ты не спросишь,— молвил мой вожатый,—
        Какие духи здесь нашли приют?
        Знай, прежде чем продолжить путь начатый,

34  Что эти не грешили; не спасут
        Одни заслуги, если нет крещенья,
        Которым к вере истинной идут;

37  Кто жил до христианского ученья,
        Тот бога чтил не так, как мы должны.
        Таков и я. За эти упущенья,

40  Не за иное, мы осуждены,
        И здесь, по приговору высшей воли,
        Мы жаждем и надежды лишены».

43  Стеснилась грудь моя от тяжкой боли
        При вести, сколь достойные мужи
        Вкушают в Лимбе горечь этой доли.

46  «Учитель мой, мой господин, скажи,—
        Спросил я, алча веры несомненной,
        Которая превыше всякой лжи,—

49  Взошёл ли кто отсюда в свет блаженный,
        Своей иль чьей-то правдой искуплён?»
        Поняв значенье речи сокровенной:

52  «Я был здесь внове,— мне ответил он,—
        Когда, при мне, сюда сошёл Властитель,
        Хоруговью победы осенён.

55  Им изведён был первый прародитель;
        И Авель, чистый сын его, и Ной,
        И Моисей, уставщик и служитель;

58  И царь Давид, и Авраам седой;
        Израиль, и отец его, и дети;
        Рахиль, великой взятая ценой;

61  И много тех, кто ныне в горнем свете.
        Других спасённых не было до них,
        И первыми блаженны стали эти».

64  Он говорил, но шаг наш не затих,
        И мы всё время шли великой чащей,
        Я разумею — чащей душ людских.

67  И в области, невдале отстоящей
        От места сна, предстал моим глазам
        Огонь, под полушарьем тьмы горящий.

70  Хоть этот свет и не был близок к нам,
        Я видеть мог, что некий многочестный
        И высший сонм уединился там.

73  «Искусств и знаний образец всеместный,
        Скажи, кто эти, не в пример другим
        Почтённые среди толпы окрестной?»

76  И он ответил: «Именем своим
        Они гремят земле, и слава эта
        Угодна небу, благостному к ним».

79  «Почтите высочайшего поэта!—
        Раздался в это время чей-то зов.—
        Вот тень его подходит к месту света».

82  И я увидел после этих слов,
        Что четверо к нам держат шаг державный;
        Их облик был ни весел, ни суров.

85  «Взгляни,— промолвил мой учитель славный.—
        С мечом в руке, величьем осиян,
        Трём остальным предшествует, как главный,

88  Гомер, превысший из певцов всех стран;
        Второй — Гораций, бичевавший нравы;
        Овидий — третий, и за ним — Лукан.

91  Нас связывает титул величавый,
        Здесь прозвучавший, чуть я подошёл;
        Почтив его, они, конечно, правы».

94  Так я узрел славнейшую из школ,
        Чьи песнопенья вознеслись над светом
        И реют над другими, как орёл.

97  Мой вождь их встретил, и ко мне с приветом
        Семья певцов приблизилась сама;
        Учитель улыбнулся мне при этом.

100  И эта честь умножилась весьма,
        Когда я приобщён был к их собору
        И стал шестым средь столького ума.

103  Мы шли к лучам, предавшись разговору,
        Который лишний здесь и в этот миг,
        Насколько там он к месту был и в пору.

106  Высокий замок предо мной возник,
        Семь раз обвитый стройными стенами;
        Кругом бежал приветливый родник.

109  Мы, как землёй, прошли его волнами;
        Сквозь семь ворот тропа вовнутрь вела;
        Зелёный луг открылся перед нами.

112  Там были люди с важностью чела,
        С неторопливым и спокойным взглядом;
        Их речь звучна и медленна была.

115  Мы поднялись на холм, который рядом,
        В открытом месте, светел, величав,
        Господствовал над этим свежим садом.

118  На зеленеющей финифти трав
        Предстали взорам доблестные тени,
        И я ликую сердцем, их видав.

121  Я зрел Электру в сонме поколений,
        Меж коих были Гектор, и Эней,
        И хищноокий Цезарь, друг сражений.

124  Пентесилея и Камилла с ней
        Сидели возле, и с отцом — Лавина;
        Брут, первый консул, был в кругу теней;

127  Дочь Цезаря, супруга Коллатина,
        И Гракхов мать, и та, чей муж Катон;
        Поодаль я заметил Саладина.

130  Потом, взглянув на невысокий склон,
        Я увидал: учитель тех, кто знает,
        Семьёй мудролюбивой окружён.

133  К нему Сократ всех ближе восседает
        И с ним Платон; весь сонм всеведца чтит;
        Здесь тот, кто мир случайным полагает,

136  Философ знаменитый Демокрит;
        Здесь Диоген, Фалес с Анаксагором,
        Зенон, и Эмпедокл, и Гераклит;

139  Диоскорид, прославленный разбором
        Целебных качеств; Сенека, Орфей,
        Лин, Туллий; дальше представали взорам

142  Там — геометр Эвклид, там — Птолемей,
        Там — Гиппократ, Гален и Авиценна,
        Аверроис, толковник новых дней.

145  Я всех назвать не в силах поименно;
        Мне нужно быстро молвить обо всём,
        И часто речь моя несовершенна.

148  Синклит шести распался, мы вдвоём;
        Из тихой сени в воздух потрясённый
        Уже иным мы движемся путём,

151  И я — во тьме, ничем не озарённой.




Примечания

АД

ПЕСНЬ ЧЕТВЁРТАЯ

Круг первый (Лимб) — Некрещёные младенцы и добродетельные нехристиане

2. И я очнулся вдруг. — В миг пробуждения Данте оказывается уже по ту сторону Ахерона.

24. Вниз, в первый круг, идущий вкруг жерла.— Это Лимб (лат. limbus — кайма) католического ада, где, по церковному учению, пребывали души ветхозаветных праведников (см. прим. 52–54) и куда отправляются души младенцев, умерших без крещения. Сюда же Данте помещает души всех добродетельных нехристиан.

52–54. Я был здесь внове… — Вергилий, умерший в 19 г. до н. э., вступил в Лимб примерно за полвека до того дня, когда, по христианской легенде, Христос (Властитель), между своей смертью и воскресением, сошёл в ад и вывел оттуда ветхозаветных святых в рай, открывшийся для людей только с искуплением первородного греха.

55. Первый прародитель — Адам.

59. Израиль — патриарх Яков. Отец его — Исаак.

60. Великой взятая ценой.— Чтобы жениться на Рахили, Яков служил её отцу 14 лет (Библия).

68. От места сна — то есть от того места, где Данте очнулся (ст. 1–6).

86–90. Возвращающегося в Лимб Вергилия приветствуют четыре поэта древности, которых Данте выделяет как величайших: грек Гомер, которого он не мог читать, потому что греческого языка не знал, а латинских переводов Гомеровых поэм ещё не было, но которого он признавал «превысшим из певцов» (ср. Ч., XXII, 101–102), и римляне: Гораций (65–8 гг. до н. э.), отмечаемый им как автор сатир; Овидий (43 г. до н. э.–17 г. н. э.) и Лукан (39–65 гг. н. э.). «Метаморфозы» Овидия, равно как «Фарсалия» Лукана, служили автору «Божественной Комедии» немаловажными источниками.

121–144. Взорам Данте предстают знаменитые троянцы, легендарные предки римской славы: Электра, дочь Атланта, возлюбленная Зевса, мать Дардана, основателя Трои; Гектор, троянский герой, и Эней; Пентесилея, царица амазонок, союзница Трои, сражённая Ахиллом. Рядом с ними — прославленные римляне: Гай Юлий Цезарь (100–44 гг. до н. э.), полководец и государственный деятель, заложивший основы единовластия; род его, по легендарной генеалогии, восходил к Иулу (Асканию), сыну Энея от Креусы; Камилла, воительница «Энеиды»; Лавина (Лавиния), взятая в жёны Энеем, и её отец, царь Лация, Латин, герои «Энеиды»; Луций Юний Брут, первый римский консул (вместе с Луцием Тарквинием Коллатином, 509 г. до н. э.), низвергший последнего из римских царей, Тарквиния Гордого; дочь Цезаря, Юлия, жена Помпея; супруга Коллатина, Лукреция, обесчещенная царским сыном Секстом Тарквинием и покончившая с собой, что повело к свержению царской власти; Корнелия, дочь Сципиона Африканского, мать Тиберия и Гая Гракхов, народных трибунов II в. до н. э.; Марция, жена Катона Утического, последнего защитника республиканского Рима (Ч., I, 78–90). Поодаль от них — мусульманин Саладин (1138–1193), султан Египта и Сирии, прославленный и на христианском Западе своим душевным благородством. Отдельным кругом сидят мудрецы и поэты: учитель тех, кто знает — Аристотель (IV в. до. н. э.), почитавшийся в средние века как величайший из ученых; Сократ (469–399 гг. до н. э.), Платон (427–347 гг. до н. э.); Демокрит (ок. 460–370 гг. до н. э.), полагавший, что мир возник в силу случайного сочетания атомов; философы VII–III вв. до н. э.— Диоген, Фалес, Анаксагор, Зенон, Эмпедокл, Гераклит; Диоскорид — врач I в., писавший о целебных свойствах растений; Луций Анней Сенека, римский философ I в.; мифические поэты Греции — Орфей, своим пением чаровавший зверей и камни, и Лин; Марк Туллий Цицерон — римский оратор и философ I в. до н. э.; геометр Эвклид (III в. до н. э.); астроном и географ Птолемей (II в.), чьей системе мира следовал и Данте; античные врачи Гиппократ (V–IV вв. до н. э.) и Гален (II в.); философ и врач XI в. Авиценна (Ибн-Сина); Аверроис (Авероэс, Ибн-Рошд), арабский философ XII в., знаменитый толкователь Аристотеля.

В дальнейшем Данте упоминает ещё некоторых обитателей Лимба (см. Ч., XXII, 13–14; 97–114).


Источник: epizodsspace


На других языках


Info icon.png Данное произведение является собственностью своего правообладателя и представлено здесь исключительно в ознакомительных целях. Если правообладатель не согласен с публикацией, она будет удалена по первому требованию. / This work belongs to its legal owner and presented here for informational purposes only. If the owner does not agree with the publication, it will be removed upon request.