Сага о «Хронике» (Терновский)/10

Материал из Wikilivres.ru
Перейти к навигацииПерейти к поиску

Сага о «Хронике» — Интермедия. Юбилей под обстрелом
автор Леонард Борисович Терновский


Интермедия. Юбилей под обстрелом.

Вторая половина 70-х. Глухая пора беспросветного «застоя». Похоже, он продержится и тысячу лет. Что ему какие-то оппозиционеры? Кого не додавят здесь, — выдавят за границу. В январе 77 г, отбыв срок «от звонка до звонка», освободился из Владимирской тюрьмы К.Любарский. Заключение не смирило его: вскоре он выступил на пресс-конференции перед иностранными журналистами, стал одним из распорядителей Фонда помощи политзаключенным. Но уже в октябре под угрозой нового срока ему пришлось покинуть СССР. В марте того же года был освобожден львовский врач М.Штерн; вскоре он эмигрировал в Израиль. На Украине новые аресты членов ХГ — М.Мариновича и Н.Матусевича, в Грузии — членов ХГ — З.Гамсахурдиа и М.Коставы. Изгнаны из Союза писателей В.Корнилов и Л.Копелев.

В 77 г власти решили «осчастливить» советских людей новой конституцией. В июне был опубликован — «для всенародного обсуждения» — подготовленный Конституционной комиссией проект. На протяжении трех месяцев вся советская пресса была заполнена «откликами трудящихся», — или полностью одобрявшими его, или предлагавшими косметические поправки. Зато письма, посылавшиеся в те же самые газеты, но содержащие серьезную критику, не только ни разу не были опубликованы, но даже не упоминались. И только «Хроника» в 46 и 47-м выпусках рассказала про голоса тех, «кто не согласен, критикует, спорит». В этих — индивидуальных и коллективных — письмах отмечалась декларативность положений проекта, ущемлявшего еще больше — даже в сравнении с действовавшей Конституцией — права человека. Многие авторы категорически возражали против ст. 6 проекта, конституционно закреплявшей руководящую и главенствующую роль КПСС. В ряде писем критиковалась абсурдная система «выборов без выбора» (боюсь, что не все сегодняшние молодые знают: в советское время в избирательном бюллетене всегда стояло имя только ОДНОГО кандидата, из которого нам и предлагалось сделать свой «выбор»). Критике подверглись и статьи, ставившие в неравноправное положение и ущемляющие права верующих. Предлагалось конституционно признать право на забастовку, на свободу выбора места жительства, на эмиграцию, отменить предварительную цензуру, реорганизовать судебную систему по типу суда присяжных, создать в нашей стране Конституционный суд. Предложения диссидентских критиков по видимости пропали втуне; внеочередная сессия Верховного Совета все равно утвердила Конституцию именно в той редакции, которая устраивала тоталитарный коммунистический режим. Но остановить ход истории не под силу даже большевикам. Загнанные в подполье мысли оказались востребованными какое-нибудь десятилетие спустя. И реформы конца 80-х — начала 90-х годов во многом шли в русле идей, когда-то высказывавшихся правозащитниками.

Закончилось конституционное шоу, — и все опять вернулось на круги своя. Впрочем, почему — вернулось? И во время обсуждения проекта, и после принятия «брежневской» Конституции репрессии против инакомыслящих не прекращались ни на день. Так, 1 июля 77 г закончился суд над членами Украинской ХГ писателем М.Руденко и учителем А.Тихим. Родственники смогли узнать о дате «открытого» суда лишь на третий день после его начала. Суд расценил как «антисоветскую пропаганду» собственные статьи, роман и поэмы Руденко, статьи Тихого (напр., «Мысли о родном языке») и прочий найденный у них Самиздат. За эти «преступления» Руденко был приговорен к 7 годам «строгача» и 5 — ссылки, Тихий — к 10 годам особого режима и 5 — ссылки.

Да не сочтет кто-нибудь из моих читателей, что арестованных и осужденных в 1977-78 годах диссидентов было всего несколько человек. Просто я упомянул лишь малую часть из тех, кого брежневская «застойная» власть мстительно преследовала и сажала по мотивам идеологической несовместимости. Их было гораздо больше — правозащитников, крымских татар, «националов», «религиозников», «отказников». Причем проблема эмиграции касалась не только евреев. Выселенным в Казахстан этническим немцам годами отказывали в праве на эмиграцию в ФРГ, даже когда у них имелись там родственники. Когда же в знак протеста они отсылали в милицию свои паспорта, их судили «за нарушение паспортных правил» (так, названным в 46-м выпуске Я.Петерсу и И.Тейреру дали по году лагерей). Можно множить и множить подобные примеры.

Назову хотя бы Ф.Сереброва (члена «Рабочей комиссии» при МГХ, расследовавшей злоупотребления психиатрией), осужденного по вздорному поводу к году лишения свободы; В.Рождествова, которого Калужский областной суд направил в ноябре 77 г в спецпсихбольницу, поскольку он «высказывал бредовые идеи реформаторства и борьбы с существующим общественно-политическим строем», а также слушал антисоветские передачи западных радиостанций; писателя Г.Снегирева, арестованного в Киеве; члена Литовской ХГ В.Пяткуса, арестованного в августе; члена МГХ П.Григоренко, выехавшего по гостевой визе в США и лишенного советского гражданства; виолончелиста М.Ростроповича и певицу Г.Вишневскую, перед которыми также была захлопнута дверь для их возвращения на родину; члена Грузинской ХГ Г.Гольдштейна, осужденного в Тбилиси за «тунеядство» к 1 году лагерей; М.Мариновича и Н.Матусевича, членов Украинской ХГ, — каждому из них суд назначил по 7 лет строгого лагеря и 5 — ссылки; П.Винса, члена Украинской ХГ, осужденного на год лишения свободы за «тунеядство»; бывшего полит\з\к Б.Гаяускуса, вновь осужденного к 10 годам особого режима и 5 — ссылки…

В каждом номере «Хроники» — информация об обысках, допросах, арестах, судах… Но изредка попадаются и хорошие сообщения: так, 22 декабря 77 г по концу очередного срока освобожден М.Джемилев. В Крым, правда, его все равно не пускают, а в Ташкенте поставили под административный надзор, и за ним вплотную ходят агенты милиции.

…Мое повествование между тем приблизилось к знаменательному рубежу, — 30 апреля 78 г исполнилось 10 лет «Хронике». Где были той весной те, кто стояли когда-то у ее колыбели? «Иных уж нет, а те — далече…» Н.Горбанев-ская — во Франции. Давно погиб И.Габай. Еще жив — в Израиле — А.Якобсон. В заключении — С.Ковалев, Г.Суперфин, А.Гинзбург, но сидят в лагерях и другие «хроникеры», не столь известные. А скольким лагерные испытания еще предстоят? Уехали Л.Алексеева, И.Белогородская, Т.Ходорович. П.Литвинов и В.Чалидзе с 1974 г. печатают и переиздают в Нью-Йорке составляемые в Москве выпуски бюллетеня. В 49-м выпуске «Хроника» сообщила о нескольких приветствиях, полученных ею в связи со своим юбилеем. От Московской группы «Хельсинки». От редакции самиздатского альманаха «Память». От бюллетеня «Хроника Литовской Католической Церкви». И просто — от некоторых правозащитников.

25-летие «Хроники» пришлось уже на постсоветские времена. Этот юбилей можно было и отмечать, и праздновать открыто. На него приедет в Москву Н.Горбаневская. Но сама «Хроника» уже будет принадлежать истории.