Письма Денисова Фирсовой и Смирнову - II

Материал из Wikilivres.ru
Перейти к навигацииПерейти к поиску

Фирсовой и Смирнову - I Письма Денисова Фирсовой и Смирнову ~ II
автор Эдисон Васильевич Денисов
Фирсовой и Смирнову - III
Публикация ДС.





Письма Денисова Фирсовой и Смирнову - II

Письмо Эдисона Денисова (№ 6). Елене Фирсовой и Дмитрию Смирнову:

10. 4. 1995. Париж [В Англию][1]

Париж. Дорогие Леночка и Дима!

Спасибо вам большое за ваши письма (в том числе за поздравление), партитуры и кассету. Послушал всё с большим удовольствием. Музыка — очень хорошая (и хорошо исполненная). Кое-что я уже знал. Димин Концерт для скрипки[2] — очень красивая и выразительная музыка (только не надо называть это Концертом — это что-то другое). Среди песен Блейка[3] мне больше нравятся крайние — в них есть хорошая простота мышления, осмысленность музыки и диалог между голосами и инструментами. Не совсем я понял Cl. picc. в I части, по музыке он больше подходит ко второй. В кантилене этот инструмент мало выразителен. Кроме того, я не понял, почему Вы нотируете бас-кларнет в двух частях в скрипичном ключе, а в третьей — в басовом. Я вообще не люблю, когда бас-кларнет пишут в скрипичном ключе — это далеко от реального звучания и приходится делать слишком много добавочных внизу (а во второй части со сменой ключей всё время меняется транспорт, что трудно). Очень хороша музыка — «Река жизни».

У Леночки в первом сочинении[4] мне не очень понравилась певица — она всё портит, а музыка — хорошая (кроме того, она не соблюдает оттенки). Тексты — не везде хорошие, а временами — антимузыкальные. А в целом — это очень выразительное и поэтичное сочинение. «Кассандра»[5] нестандартна и по идее, и по выполнению. Слишком много solo. «Бессонницу»[6] слушал без нот с большим удовольствием (и они прекрасно поют). Квартет Димин[7] сделан очень точно. Жаль, что его нельзя было послушать. Спасибо за всю вашу музыку.

У нас особых новостей нет. Я понемногу работаю (но слишком медленно), Катя занимается детьми и хозяйством, изредка — диссертацией. Мы 6.4. пригласили к себе Гавардена[8], Ледюка[9] и Арманго[10] и хорошо провели вечер[11]. Мне звонили самые разные люди (Тарнопольский, Вустин, мои студенты, некоторые исполнители и теоретики). Англичане мне прислали книгу Холопова, прекрасно изданную[12]. Париж я не вижу и не ощущаю. Всё время сижу дома (гулять по Парижу пока совсем не могу). Сильно скучаю по Москве. Там жизнь интереснее, чем здесь. Сейчас здесь вышло довольно много моих партитур (в том числе, Симфония, великолепно изданная). Даже “Chant du Monde” красиво издал 2 партитуры («Легенды подземных вод» и «На пелене заснувшего пруда»). Моя «Музыка для 16-ти медных и ударных» (название будет другое[13]) движется очень медленно. Я сижу над ней ежедневно уже почти два месяца. Писать для этого состава очень интересно, но всё время приходится думать над новыми проблемами. Трудно делать контрастный цикл для однородного и довольно плотного состава. Пишу не более 3-4-ёх тактов в день.

Ещё раз спасибо вам за серьёзную, поэтичную, выразительную музыку (я слушал кассету «в два присеста»: Сначала Диму, на другой день — Лену).

Всегда ваш,

Э. Д.

Привет от Кати вам самый большой. Э. Д.

Письмо Эдисона Денисова (№ 7). Дмитрию Смирнову и Елене Фирсовой:

30. 04. 1995. Paris. [В Англию][14]

Дорогие Дима и Лена, спасибо за ваше милое письмо и журнал. Поздравляю Вас, Дима, с успехом «Моцарт-вариаций». Очень хорошо, что вас достаточно много играют. В Генте я был несколько лет назад — это удивительно красивая часть Бельгии. У меня там был очень симпатичный «мастеркласс» в консерватории и мило организованный «русский» концерт. Мы там жили с Катей и детьми и вспоминаем об этом с большим удовольствием. Эту певицу из Питера я совсем не знаю, даже не слышал её имени. Жаль, что она плохо пела.

Я думаю, что история о консерватории полна вранья (эта баба, которая давала интервью — полный жулик и проходимец, а ансамбль её — самая плохая и безвкусная самодеятельность; но она страшная нахалка. Сейчас по криминалистике Москва (по статье в «Монд») вышла на третье место в мире (после Вашингтона и Рио де Жанейро). Случай со вьетнамкой, конечно очень неприятный, но такие вещи происходят непрерывно во всех странах. Насчёт дискотеки и «порножурнала» — враньё, так как дискотека (как и в других вузах) находится в общежитии. Не верьте всей этой болтовне и вранью. Здесь, если судить по тому, что я читаю в газетах, жить гораздо страшнее. Один недавний взрыв в Оклахоме страшнее всего происходящего в России (из 40 детей, находившихся в детском саду, погибло 38, не считая нескольких сотен взрослых). А последний взрыв в Корее, когда погибли почти одни дети... Столичные газеты о многом не пишут, а сейчас мы все провели неделю в деревне и там я такого начитался в газетах, что после этого Россия — тихий и спокойный уголок земли.

Что вы сейчас пишете? Я, наконец, закончил своё сочинение для медных и ударных. Шло что-то очень трудно и я возился над ним больше двух месяцев.

Завтра с двумя концертами приезжает в Париж АСМ-ансамбль. Программы, как мне кажется, нестандартные и хорошие: 3.05 — Рославец, Прокофьев, Мелких, Щетинский, Каспаров; 4.05 — Мийо, Денисов (Октет), Капырин (мировая премьера концерта для Sax. и ансамбля с Клодом Делянгль), Карасиков (очень талантливый студент 2-го курса Моск. Конс.) и Гагнидзе. Я пойду на оба концерта.

Мы неделю пробыли с детьми в деревне (нас пригласил мой друг), рядом с г. Бержерак. Туда нас отвезли на машине, а обратно мы ехали около 5-ти часов на двух поездах. Там, в отличие от Парижа, было очень тепло и солнечно. Дочка моя послезавтра устраивает «приём» в честь приезда Ансамбля. Мы тоже приглашены. У неё всё хорошо, но, несмотря на официальный брак, очень большие трудности с визой (carte de setour). Во франции бюрократия намного хуже русской (и гораздо более бессмысленна).

Мне что-то со всего мира русские (и не русские) присылают свои сочинения и я не успеваю всё слушать, смотреть партитуры и отвечать более или менее серьёзно.

Кроме Екимовского и Ф. Караева все хорошие композиторы мне регулярно пишут и я очень рад этому, так как мне трудно жить далеко от России.

Катя вам сердечно кланяется. Всегда ваш, Э. Денисов.

P.S. Ещё раз большое спасибо за прекрасную статью. Э.Д.


Письмо Эдисона Денисова (№ 8). Дмитрию Смирнову и Елене Фирсовой:

3. 06. 1995. Париж. [В Англию][15]

Дорогие Дима и Леночка,

я только что вчера вечером вернулся из долгого путешествия — больше трёх недель (Афины и Москва) — и был рад найти ваше письмо. В Афинах я «воевал» с Любимовым, который (впервые за наши долгие годы работы) повыбросил и плохо поставил мою музыку к «Медее» Еврипида. Я ездил вместе с Катей — пока я путешествовать один ещё не могу, — а Катина мама здесь «сторожила» наших детей. В Греции нам надоело сидеть в Афинах и «ругаться» с Ю. П. и мы купили путёвки на теплоход и всю субботу 20.5 провели на прекрасных островах. Нам особенно понравилась Гидра — весь белый двухэтажный город, в котором нет ни одной машины, а такси — лошади. В Москве я был очень занят. В первый же вечер мне позвонили все студенты и весь четверг (25.5) я с ними занимался с утра до вечера. У меня были 2 концерта и, в связи с этим, много репетиций. Оба концерта прошли прекрасно: АСМ-ансамбль замечательно сыграл в Малом Зале Консерватории всю программу («3 картины Клее», «Солнце инков», «На пелене застывшего пруда» и «Вторую камерную симфонию»). В Зале Чайковского была премьера Тройного концерта, который замечательно сыграли солисты из АСМ-ансамбля (Митя — на флейте, Володя Голоухов — на вибрафоне и Миша Дубов — на клавесине). Прекрасный дирижёр Андрей Чистяков (я с ним работаю уже третий раз). Как приятно с ним слушать «Колокола в тумане» после посредственного исполнения (в Париже) Н. Ярви... Публика была прекрасная и мне было радостно встретить много настоящих музыкантов там. А в понедельник (29.5) я собрал у себя некоторых друзей: Ю. Холопов, В. Холопова, В. Ценова, А. Соколов, В. Тарнопольский, А. Вустин. Мы выпили много водки. В Союзе Композиторов и в Конс. все мне были очень рады — все меня обнимали и целовали меня без конца. На обоих концертах были, конечно, Лена Котлярская с Юрой, Тарнопольские, Вустины, Дима Капырин и многие другие хорошие музыканты (Рита Катунян, Инна Барсова, Витя Екимовский, Светлана Савенко, Холоповы, Олег Галахов и др.). Я — с большим трудом — даже прошёлся по Москве от Зала Чайковского через центр на Арбат. Москва стала чище, зеленее, красивее. Весь город — в реставрации и это хорошо.

Сейчас у Кати сессия в Сорбонне — она сегодня утром уже сдала первый экзамен и получила 16. В конце месяца надолго уедем в Россию (вместе с детьми). Теперь на ваши вопросы: моё последнее сочинение называется «6 пьес для медных и ударных». Я его написал для Франкфуртского ансамбля. Премьера должна быть в Дрездене.

Концерты АСМа в Париже прошли прекрасно (как и в Амстердаме до этого). Приезжали только Ю. Каспаров и Д. Капырин. У Щетинского не получилось с украинской визой. У Димы Капырина была прекрасная премьера Концерта для саксофона и ансамбля (полный состав). Играл Клод Делянгль. Очень хорошо прошла премьера Секстета моего студента (II курса) — Вадима Карасикова. Это — один из самых перспективных молодых композиторов (ему 20 лет). Гагнидзе играли впервые АСМ-ансамблем. Это было симпатичное сочинение с хорошим «театром» (роль алкоголика прекрасно сыграл валторнист Саша Раев). Я тоже жалею, что в программах не было многих хороших композиторов, но в одном концерте половину заняли композиторы 20-х годов, а второй концерт (в Сорбонне) был совместный с ансамблем “Erwartung” и АСМ-ансамбль играл только Карасикова и Гагнидзе.

Поздравляю, Дима, с премьерой Вас. Состав — очень интересный.[16]

Теперь другие Ваши вопросы:

1) в Москву поедем 26-27 июня
2) с Ксенакисом встречаемся довольно часто. были у них 9 мая. Мне они очень нравятся. Сейчас Российское Телевидение сняло о нём фильм (премьера 16 июня).
3) С Булезом не вижусь совсем
4) С Волконским у меня почему-то никакого контакта нет.
5) Олегу Прокофьеву — большой привет. Мне он очень симпатичен.

А насчёт лауреата Нобелевской премии[17] у Вас сведения не очень точны — он весьма посредственный поэт (и часть — манерна и безвкусна). Я не собираюсь писать на его стихи музыку. По-видимому, Вы имели ввиду его переводы некоторых хоров из «Медеи» на которые я написал для Таганки музыку (и которые Любимов выкинул из пьесы). Так что я могу обрадовать лауреата Нобелевской премии: я на его стихи писать не собираюсь (Я написал на Эврипида, а не на него — и то «по принуждению»).

Катя вас обоих целует. Привет Леночке.

Ваш Э. Денисов.

P.S. Каспаров дал мне программы для Парижа на следующий сезон и там есть и Екимовский и Караев. Э. Д.


Письмо Эдисона Денисова (№ 9). Дмитрию Смирнову и Елене Фирсовой:

20. 06. 1995. Paris. [В Англию][18]

Дорогие Дима и Леночка!

Я был очень рад вашему письму (вернее, Диминому). У меня сейчас какой-то странный период — надо начинать работу над Шубертом, а я до сих пор не могу решиться, и поэтому ничего не делаю, и пишу письма и слушаю музыку (сегодня прослушал диск «АСМ-Ансамбля» с Рославцем — очень[19] хороший и CD Тристана Мюрай, вполне профессионального и очень музыкального композитора, но пустого внутри, как большинство французов). Мы ещё не купили билетов на самолёт, но хотим лететь числа 5 июля. Катя сегодня сдала последний экзамен в Сорбонне, а дети кончают занятия 29 июня. Вернёмся сюда в конце августа. Большинство времени пробудем в деревне под Екатеринбургом у Катиных родителей. Моя дочка Катя тоже летит в Москву (25.06) со своим сыном Федей, Бернаром[20] и его дочкой Зоей. Они хотят все провести лето в России. Я закончил (наконец) пьесу для баяна, обещанную Фридриху Липу лет 12 назад. Должен сказать, что я понял этот инструмент (и полюбил его) только после окончания пьесы. Теперь мне очень хочется написать серию очень сложных этюдов для баяна, но надо начинать Шуберта. Это слишком серьёзно.

Мне очень хочется вернуться в Москву навсегда, но следующий год (т. е. осень — весну) мы ещё пробудем, повидимому, в Париже. Кате надо закончить Сорбонну, а у меня слишком много всяких исполнений и премьер, на которые проще поехать отсюда. Здесь, конечно, жизнь имеет много преимуществ: если я закончил партитуру, через час я имею необходимое количество копий, все корректуры делаются моментально, а почта приходит за несколько дней. Катя права, когда говорит, что у меня никогда не издавалось за такой короткий срок такое количество партитур (3 в «Шан дю Монд», и до января они издадут ещё 3 партитуры; 2 — в «Ледюк» и ещё 4 «на выходе»; 1 — в «Биллодо», а ещё две скоро выйдут и 2 — в «Сикорски»). Сейчас «Шан дю Монд» начал замечательно издавать партитуры (лучше, чем все остальные издательства по качеству (я ещё забыл «Брейткопф» — они хорошо издали «Сонату для кларнета с фортепиано» и в июне должно выйти «Посвящение»).

От Шутей я получил в начале мая хорошее письмо и сразу же ответил на него. Мне хочется, чтобы у Славы было всё в порядке. Сочинения мне он прислал очень хорошие. Относительно Илюши[21] я не уверен. В Америке невозможно научиться композиции, у них это на уровне Саратова. Я это теперь хорошо знаю (и по собственным «майстерклассам» в Коламбусе и и Европе, и по разговорам с Д. Крамбом и другими композиторами, преподающими сочинение в Америке и по рассказам Антона Ровнера, который закончил Джульярдскую школу у М. Баббита (очень хорошего композитора), а теперь вернулся в Москву (я его видел сейчас почти каждый день в Москве). Лучше бы Илюше было бы учиться у Р. С. Леденёва или у В. Тарнопольского. А с армией — чистая болтовня; я спрашивал моих студентов и они говорят, что их никто забирать в армию из консерватории не собирается. Мне очень жаль, что все мы по тем или иным причинам оказались за границей, а когда лучшие люди бегут, страна становится бедной и больной. Вас и Славу я ещё могу как-то понять, а Колю Корндорфа или Васю Лобанова — не могу. Если бы не моё несчастье (авария), я бы не уехал из России ни при каких обстоятельствах (Вы знаете, что я никогда не был трусом).

Целую вас крепко.

Э. Денисов


Письмо Эдисона Денисова (№ 10). Дмитрию Смирнову:

24. I. 96. Париж. [В Англию][22]

Дорогой Дима,

я был очень рад письму от Вас. Не тратьте деньги на телефонные разговоры — письма приходят быстро, да и я их больше люблю (я очень не люблю телефон и никогда никому не звоню, даже внутри Парижа). Интересно, что у Вас за опера получается? Сейчас все что-то занялись операми: Раскатов живёт сейчас больше в Париже, чем в Хайдельберге, ибо пишет оперу; Булез берёт отпуск на год для работы над оперой; Берио уже надоело писать собственные оперы и он пишет их за Моцарта (как и я — за Шуберта), и т.п.

Мы с Катей были 3 дня в Штутгарте на концертной премьере “Lazarus”. Это было изумительно хорошо. Helmut Rilling работал (с двумя маленькими перерывами на один час) с 10.30 до 10 вечера ежедневно. Он дирижировал всю оперу — наизусть (он просто прекрасный дирижёр и человек с удивительным обаянием). Солистов он выбрал замечательных — все очень молодые, а женщины — красивые и все с сильными и красивыми голосами (особенно одна финка — с удивительно сильным и красивым soprano — от соль малой октавы до ре — третьей). Хор — лучший из всех, с которыми я работал (Bachakademie). Отношение к тому, что я написал (почти час музыки) было замечательным и премьера прошла прекрасно. Зал (2000 чел.) был абсолютно полным и ни один человек не ушёл, когда закончился Шуберт (это место было указано во всех программах). Двое певцов были англичане (совершенно удивительный тенор — Лазарь, и хорошая Джемина). Было необходимо, чтобы написанный мной третий акт стал центром и вершиной сочинения (воскрешение Лазаря) и, кажется, это получилось. Теперь я — в больнице, а они пишут без меня всё на компакт-диски. Мы с Катей должны прилететь туда ещё на один день — на воскресение 28.I (немцы, естественно, оплачивают всё). Я сейчас ничего не пишу (с октября ничего), так как эти процедуры меня полностью выкачивают — после этого я лежу неделю в постели без движения с очень тяжёлой головой и ничего не могу есть. Даже не могу читать и смотреть телевизор. Мне трудно жить и совсем не работать, но я ничего сделать не могу. Относительно перерегистрации русских паспортов в Париже никто не слышал и мы собираемся в Москву 23.II.

У меня в марте и июне будут в Париже майстерклассы (по 10 дней). Я Вам пошлю несколько проспектов — быть может кто-то из англичан захочет приехать в Париж. C 19 по 29 апреля я буду в Эдинбурге по приглашению тамошнего Университета. Это будет Meisterclasse, где я (впервые) собираюсь анализировать собственную музыку (в Париже я буду анализировать Шуберта, Брамса, Мусоргского, Бартока, Дебюсси, Рославца и Веберна). Они организуют там мой концерт с очень хорошей программой. Всё это — инициатива Марины Адамия[23], моей бывшей ученицы. Знаете ли Вы её — она очень талантлива. По-моему она лучшая после Сони и Леночки среди дам, пишущих музыку. На всякий случай я пишу Вам её координаты <...> Мы приедем в Англию всей семьёй (у детей — каникулы). Жаль, что это так далеко от Лондона. Я бы очень хотел повидать Вас и Леночку. Сама идея Русского музыкального центра — прекрасна. И это нужно и полезно со всех точек зрения. Жаль, что это пока в проекте, но мне эта идея очень нравится. Вы бы могли быть там очень полезны, если это Вас интересует.

К сожалению, моя жизнь теперь ограничивается четырьмя стенами (либо больница, либо — дом). Ходить я никуда не могу, так как после больницы валяюсь дома в постели непрерывно после 19-го декабря (до этого я чувствовал себя более или менее нормально). По этой причине я никуда не хожу, никому не звоню и никого не вижу. Единственные контакты — Москва (не считая чисто деловых, как со Штутгартом). Я сейчас уже должен был закончить партитуру 2-ой симфонии (к юбилею Дрезденской филармонии, а я её ещё почти не начал... Жаль, что работать я сейчас совсем не могу и это тяжело для меня, так как без работы жить я не могу. Все русские «знаменитости», которые живут в Париже (Кремер, Рождественский, Башмет и др.), даже ни разу мне не позвонили, а в самое тяжёлое для меня время французы непрерывно звонили Кате и приходили ко мне в госпиталь (Дютийе, Ксенакис, Клод Самуэль[24], Арманго, все мои издатели, не считая Л. Берио, К. Хубера и др.). Ростропович появился один раз в реанимации, махнул хвостом, подписал всем врачам золотой ручкой свои диски и исчез. Русские, когда эмигрируют, становятся бóльшими эгоистами, чем французы.

Привет Леночке от нас.

Э. Денисов.

Примечания

  1. На конверте штамп: Paris 13 Italie 11-4-95. Опубл. Еленой Бараш в изд.: Из личных архивов профессоров московской консерватории. Вып. 3. Москва, Научно изд. центр «Московская консерватория» 2008. с. 117—118 («Парижские письма Эдисона Денисова». Письмо № 11).
  2. Д. Смирнов. (Первый) Концерт для скрипки и 13 струнных, Op. 54 (1990). Запись с премьеры 10 октября 1993, St Andrew's Hall, Norwich, Andreas Seidel (скрипка), Лейпцигский камерный оркестр, дирижёр George Moosdorf.
  3. Three Blake’s Songs Op. 61 1991. Для сопрано, 2 кларнетов, альта, виолончели и контрабаса. Запись с фестиваля в Дартингтоне 13 мая 1992, Mary Wiegold, сопрано, Composers Ensemble, дирижёр Charles Peebles.
  4. Е. Фирсова. «Перед грозой», Ор. 70 (1994). Кантата на стихи Осипа Мандельштама для сопрано и 9 исполнителей. Исполнители: Patricia Rosario, сопрано, Nash Ensemble, дирижёр Lionel Friend
  5. «Кассандра» для симфонического оркестра, Ор. 60 (1992).
  6. Е. Фирсова. «Бессоница» для вокального квартета на стихи А. С. Пушкина. Ор. 69 (1993). Запись в исп. «Хиллиард-ансамбля».
  7. Д. Смирнов. Струнный квартет №4, Ор. 78 (1993).
  8. Филипп Гаварден возглавлял изд. Le Chant du Monde.
  9. Жан Ледюк — дирестор изд. Leduc.
  10. Жан-Пьер Арманго — франц. пианист и музыковед.
  11. 6 апреля — день рождения Эдисона Денисова.
  12. Yuri Kholopov & Valeria Tsenova: Edison Denisov, Harwood Academic publ., 1995.
  13. «Шесть пьес для медных и ударных» (1995).
  14. На конверте штамп: Paris 13 Italie 2-5-95. Опубл. Еленой Бараш в изд.: Из личных архивов профессоров московской консерватории. Вып. 3. Москва, Научно изд. центр «Московская консерватория» 2008. с. 120—122 («Парижские письма Эдисона Денисова». Письмо № 13).
  15. На конверте штамп: Paris 13 Italie 6-6-95. Опубл. Еленой Бараш, 2008 (см. выше). С. 122—124 («Парижские письма Эдисона Денисова». Письмо № 14).
  16. Имеется ввиду премьера небольшого сочинения “The Lamb” для контр-тенора, и 6 старинных виол на стихи Уильяма Блейка 2 мая 1995 в Лондоне.
  17. Иосиф Бродский.
  18. На конверте штамп: Paris 13 Italie 20-6-95. В публикации Елены Бараш, 2008, ошибочно датировано 3 июня (как предыдущее письмо). С. 124—126 («Парижские письма Эдисона Денисова». Письмо № 15).
  19. Подчёркнуто дважды.
  20. Бернар Дегроп — математик и дирижёр, руководитель ансамбля "Erwartung", муж Кати, старшей дочери Эдисона Денисова.
  21. Илья (Илиаху) Шуть (р. 1976) — сын композитора Вячеслава Шутя. В то время учился в Джульярдской школе музыки в Нью-Йорке.
  22. На конверте штамп: Paris 13 Italie 26-1-96. Опубл. Еленой Бараш, 2008 (см. выше). С. 136—138 («Парижские письма Эдисона Денисова». Письмо № 22).
  23. Марина Адамия — композитор, в конце 70-х — начале 80-х годах училась в Московкой консерватории. Занималась инструментовкой в классе Денисова. Живёт в Эдинбурге, Великобритания.
  24. Clod Samuel — франц. музыковед известный своей книгой интервью с Оливье Мессианом


Info icon.png Данное произведение является собственностью своего правообладателя и представлено здесь исключительно в ознакомительных целях. Если правообладатель не согласен с публикацией, она будет удалена по первому требованию. / This work belongs to its legal owner and presented here for informational purposes only. If the owner does not agree with the publication, it will be removed upon request.