О нет, мне жизнь не надоела (Набоков)

Материал из Wikilivres.ru
Перейти к навигацииПерейти к поиску

Ласточка («Однажды мы под вечер оба…»)
автор Владимир Владимирович Набоков
Опубл.: 1937. Источник: lib.rus.ecИз романа «Дар» (1937)[1]


* * *


О нет, мне жизнь не надоела,
Я жить хочу, я жить люблю,
Душа не вовсе охладела,
Утратя молодость свою.
Ещё судьба меня согреет,
Романом гения упьюсь,
Мицкевич пусть ещё созреет,
Кой-чем я сам ещё займусь.



Примечания

  1. Стихи из рассказов и романов В «Стихах из рассказов и романов» повторены состав и композиция соответствующего раздела сборника «Стихи», «Ардис», 1979.
    Стихи из романа «Дар». Ванессы — старое название бабочек из семейства нимфалид (см. примеч. к стих. «Бабочка», сб. «Горний путь»). Пяденицы — семейство сумеречных и ночных бабочек; гусеницы ползают, как бы измеряя путь пядями (отсюда название). Киот — ящик, куда ставятся иконы. Так плохо сделана луна… — аллюзия на строки из повести Н. В. Гоголя «Записки сумасшедшего» (1835): «Луна ведь обыкновенно делается в Гамбурге; и прескверно делается». «О нет, мне жизнь не надоела…» Первая строфа этого стих. — из стих. Пушкина «О нет, мне жизнь не надоела…» (дат. 1830—1836), с измененной Набоковым 2-й строкой. Монументальное исследование Андрея Белого о ритмах — имеется в виду книга русского поэта и стиховеда Андрея Белого (Борис Николаевич Бугаев: 1880—1934) «Символизм» (1910).
    Автор «Москвы» — А. Белый, написавший роман «Москва» (1925). Ты — полу-Мнемозина, полумерцанье в имени твоем — стих. обращено к героине романа Зине Мерц. Мнемозина — в греч. мифологии мать муз, богиня памяти. «Святое семейство, или Критика критической критики» (1844) — сочинение К. Маркса и Ф. Энгельса.

Стихи являются частью следующего фрагмента романа (Глава вторая):

« "Говорят, — писал Сухощоков, — что человек, которому отрубили по

бедро ногу, долго ощущает её, шевеля несуществующими пальцами и напрягая несуществующие мышцы. Так и Россия ещё долго будет ощущать живое присутствие Пушкина. Есть нечто соблазнительное, как пропасть, в его роковой участи, да и сам он чувствовал, что с роком у него были и будут особые счёты. В дополнение к поэту, извлекающему поэзию из своего прошедшего, он ещё находил её в трагической мысли о будущем. Тройная формула человеческого бытия: невозвратимость, несбыточность, неизбежность, — была ему хорошо знакома. А как же ему хотелось жить! В уже упомянутом альбоме моей «академической» тётки им было собственноручно записано стихотворение, которое до сих пор помню умом и глазами, так что вижу даже положение его на странице:

О, нет, мне жизнь не надоела,
Я жить хочу, я жить люблю
Душа не вовсе охладела,
Утратя молодость свою.

Еще судьба меня согреет,
Романом гения упьюсь,
Мицкевич пусть еще созреет,
Кой чем я сам еще займусь.

Ни один поэт, кажется, так часто, то шутя, то суеверно, то вдохновенно-серьезно, не вглядывался в грядущее. До сих пор у нас в Курской губернии живет, перевалив за сто лет, старик, которого помню уже пожилым человеком, придурковатым и недобрым, — а Пушкина с нами нет.

»


Info icon.png Данное произведение является собственностью своего правообладателя и представлено здесь исключительно в ознакомительных целях. Если правообладатель не согласен с публикацией, она будет удалена по первому требованию. / This work belongs to its legal owner and presented here for informational purposes only. If the owner does not agree with the publication, it will be removed upon request.