Ласточка (Мандельштам)

Материал из Wikilivres.ru
Перейти к навигацииПерейти к поиску
Ласточка («Я слово позабыл, что я хотел сказать...»)
автор Осип Эмильевич Мандельштам (1891—1938)
Из сборника «Tristia». Дата создания: 1920. Источник: rvb1[1] rvb2[2]It is as if I have forgotten what I wanted to say
Osip Mandelstam.png

Мандельштам. Собрание сочинений в 2 т.
М.: Художественная литература, 1990, т. 1 с. 373
ЛАСТОЧКА


Я слово позабыл, что я хотел сказать.
Слепая ласточка в чертог теней вернется
На крыльях срезанных, с прозрачными играть.
В беспамятстве ночная песнь поется.

Не слышно птиц. Бессмертник не цветет,
Прозрачны гривы табуна ночного,
В сухой реке пустой челнок плывет,
Среди кузнечиков беспамятствует слово.

И медленно растет как бы шатер иль храм,
То вдруг прокинется безумной Антигоной,
То мертвой ласточкой бросается к ногам
С стигийской нежностью и веткою зеленой.

О, если бы вернуть и зрячих пальцев стыд,
И выпуклую радость узнаванья.
Я так боюсь рыданья Аонид,
Тумана, звона и зиянья.

А смертным власть дана любить и узнавать,
Для них и звук в персты прольется,
Но я забыл, что я хочу сказать,
И мысль бесплотная в чертог теней вернется.

Все не о том прозрачная твердит,
Все ласточка, подружка, Антигона...
А на губах, как черный лед, горит
Стигийского воспоминанье звона.

1920



О.Э. Мандельштам. Собрание сочинений в 4 т.
М.: Арт-Бизнес-Центр, 1994. т.1, с. 254
207.
Ласточка


Я слово позабыл, что я хотел сказать.
Слепая ласточка в чертог теней вернется,
На крыльях срезанных, с прозрачными играть.
В беспамятстве ночная песнь поется.

Не слышно птиц. Бессмертник не цветет,
Прозрачны гривы табуна ночного.
В сухой реке пустой челнок плывет,
Среди кузнечиков беспамятствует слово.

И медленно растет, как бы шатер иль храм,
То вдруг прокинется безумной Антигоной,
То мертвой ласточкой бросается к ногам
С стигийской нежностью и веткою зеленой.

О, если бы вернуть и зрячих пальцев стыд,
И выпуклую радость узнаванья.
Я так боюсь рыданья Аонид,
Тумана, звона и зиянья.

А смертным власть дана любить и узнавать,
Для них и звук в персты прольется,
Но я забыл, что я хочу сказать,
И мысль бесплотная в чертог теней вернется.

Все не о том прозрачная твердит,
Все ласточка, подружка, Антигона...
А на губах, как черный лед, горит
Стигийского воспоминанье звона.

Ноябрь 1920
Варианты:


207а.

Снова ночь. Рыданье Аонид.
Пустого хора черное зиянье.
Где ты, слово: щит и упованье.
Твой высокий лоб, твой гордый стыд.

[Сбрось повязку, вернись]
И среди беспамятства и звона
[Легкою посланницей]
Нежной вестью, царской дочерью явись,
Ласточка, подружка, Антигона...

207б.

Я слово позабыл, что я хотел сказать.
Слепая ласточка в чертог теней вернется,
На крыльях срезанных с прозрачными играть.
В беспамятстве ночная песнь поется.

А на губах, как черный лед, горит
И мучит память. Не хватает слова.
Не выдумать его: оно само гудит,
Качает колокол беспамятства ночного.

Я так боюсь рыданья Аонид,
Тумана, звона и зиянья.
О, если бы вернуть и зрячих пальцев стыд,
И выпуклую радость узнаванья.

Но я забыл, что я хочу сказать,
И мысль бесплотная в чертог теней вернется.
А смертным власть дана любить и узнавать,
Для них и звук в персты прольется.

Но не о том прозрачная твердит,
Все ласточка, подружка, Антигона...
А на губах, как черный лед, горит
Стигийского воспоминанье звона.

Ноябрь 1920

207в.

Я слово позабыл, что я хотел сказать.
Слепая ласточка в чертог теней вернется
На крыльях срезанных с прозрачными играть.
В беспамятстве ночная песнь поется.

А на губах, как черный лед, горит
И мучит память. Не хватает слова.
Не выдумать его: оно само гудит,
Качает колокол беспамятства ночного.

И медленно растет, как бы шатер иль храм,
То вдруг прикинется безумной Антигоной,
То мертвой ласточкой бросается к ногам
С стигийской нежностью и страстью зачумленной.

О, если бы вернуть и зрячих пальцев стыд,
И выпуклую радость узнаванья.
Я так боюсь рыданья Аонид,
Тумана, звона и зиянья.

А смертным власть дана любить и узнавать,
Для них и звук в персты прольется,
Но я забыл, что я хочу сказать,
И мысль бесплотная в чертог теней вернется.

Но не о том прозрачная твердит,
Все ласточка, подружка, Антигона...
А на губах, как черный лед, горит
Стигийского воспоминанье звона.

Ноябрь 1920

Примечания

  1. Воспроизводится по изданию: О.Э. Мандельштам. Собрание сочинений в 2 т. М.: Художественная литература, 1990. © Электронная публикация — РВБ, 2010—2014.
  2. Воспроизводится по изданию: О.Э. Мандельштам. Собрание сочинений в 4 т. М.: Арт-Бизнес-Центр, 1993. Т. 1 © Электронная публикация — РВБ, 2010—2014.
== Примечания ==

Ласточка (с. 130). — Дом искусств, 1921, № 1 (5 ноября), с. 12, с датой «ноябрь 1920» и разночт. в ст. 19: «хотел сказать». Т, с. 70 — 71, под загл. «Ласточка», с датой «1920» и опечаткой в ст. 10: «прикинется». Накануне, Берлин, 1923, первым в цикле «Летейские стихи» (см. коммент. к предыдущему ст-нию) с разночт. в ст. 23: «А на устах». ВК, с. 53 — 54. С, с. 137 — 138, с датой «1920». БП, №98. Черновой автограф — набросок двух переработанных строф, соответствующих строфам 4 и 6 окончательной редакции, — ИРЛИ, ф. 172, оп. 1, ед. хр. 68 (текст прочитан А. А. Морозовым), с пометой: «Черновик стихотворения Мандельштама, которое он писал в моей комнате в Доме Искусств» (помета, предположительно, М. Л. Слонимского — см. его Собр. соч., т. 4. Л., 1970, с. 411):

Снова ночь. Рыданье Аонид.
Пустого хора черное зиянье
Где ты, слово: щит и узнаванье.
Твой высокий лоб, твой гордый стыд.
[Сбрось повязку, вернись]
И среди беспамятства и звона
[Легкой пленницей] Нежной вестью, царской дочерью явись
Ласточка, подружка, Антигона...

Черновой автограф первоначальной и промежуточной редакций — ЦГАЛИ, ф. 300, оп. 1, ед. хр. 452 (см. Приложения). Автограф, под загл. «Слово» — ПС (№ 3). Кроме того, известны автографы фрагментов этого ст-ния: в альбоме Э. Ф. Голлербаха — строфы 5 — 6, с датой «30 ноября 1920 г.» и строфа 1 с датой «12 января 1920 г.» (очевидно, 1921 г.) (ГПБ, ф. 207, оп. 1,ед.хр. 105, л. 3, и ед. хр. 106, л. 29); ст. 19 — 20 с датой «27 января 1921» — в альбоме С. М. Алянского (Белов СВ. Романтика книжных поисков. М., 1986, с. 140); строфа 5, с датой «29 марта 1921 г.» — ЦГАЛИ, ф. 1893, оп. 1, ед. хр. 1, л. 5. Печ. по. Т, с исправлением опечатки.

Прокинется — здесь: прометается, взовьется.

Антигона — дочь фиванского царя Эдипа, последовавшая за ним в изгнание; здесь — символ дочернего самопожертвования.

Стигийской. — См. коммент. к предыдущему ст-нию.

И выпуклую радость узнаванъя. — Ср. в статье «Слово и культура» (II, 171). О творческой природе узнаванья у Мандельштама см. также HM-II, с. 22 — 23. В античной поэтике «узнавание» было сугубо техническим термином.

Аониды — музы.



Info icon.png Данное произведение является собственностью своего правообладателя и представлено здесь исключительно в ознакомительных целях. Если правообладатель не согласен с публикацией, она будет удалена по первому требованию. / This work belongs to its legal owner and presented here for informational purposes only. If the owner does not agree with the publication, it will be removed upon request.