А8/Николай Алексеевич Клюев

Материал из Wikilivres.ru
< А8
Перейти к навигацииПерейти к поиску
Антология восьмистиший/Сто восьмистиший ста поэтов
82. Николай Алексеевич Клюев (1884—1937)
Николай Алексеевич Клюев.
Фото 1915 или 1916 года
PD-RusEmpire
Flag of Russia.svg


* * *


Нам закляты и заказаны
К пережитому пути,
И о том, что с прошлым связано,
Ты не плачь и не грусти:
 
Настоящего видениям —
Огнепальные венки,
А безвестным поколениям —
Снежной сказки лепестки.


<Не позднее 1912>

Стихотворение из первого поэтического сборника Николая Клюева «Сосен перезвон», напечатанного, по словам поэта, «радением купца Знаменского в Москве 1912 года». В августе 1911 года Клюев писал Александру Блоку:

«Дорогой Александр Александрович.

Я в настоящее время нахожусь в Москве, здесь мне предлагают издать мои стихи, которые получше. Обещают выполнить все мои желания по изданию. Книжку обещают издать красиво, и издатель, говорят, очень богатый. Спрашиваю у Вас совета. Мне почему-то немного тревожно, но меня уверяют, что книжка моих стихов в настоящий момент нужна и найдёт много читателей. Также сулят написать об ней в двух-трех газетах... Если Вы посоветуете, то желаю я в духе своём посвятить книгу Вам — «Нечаянной Радости» и прошу Вас написать хотя бы маленькое предисловие. Озаглавить книгу (стихи) я предлагаю так:

Николай Клюев.
Сосен перезвон.
Не то, что мните вы, — природа!
Ф.Тютчев
Адрес мой: Москва, Новослободская улица, дом №13, кв. 9.
Редакция журнала «Новая земля» Н. Клюеву.
Жду скорого ответа, так как пробуду здесь недолго. Приветствую Вас в любви.
Н. Клюев»

Предисловие, однако, было написано не Блоком, а Брюсовым, где поэзия Клюева была охарактеризована как «дикий лес, разросшийся как попало, по полянам, по склонам, по оврагам. Ничего в нем не предусмотрено, не предрешено заранее, на каждом шагу ждёт неожиданность, — то причудливый пень, то давно повалившийся, обросший мохом ствол, то случайная луговина, но в нём есть сила и прелесть свободной жизни». И далее: «Поэзия Н. Клюева похожа на этот дикий, свободный лес, не знающий никаких “планов”, никаких “правил”. Стихи Клюева вырастали тоже “как попало”, как вырастают деревья в бору. Современному читателю иные стихотворения представляются похожими на искривленные стволы, другие покажутся стоящими не на месте или вовсе лишними; но попробуйте поправить эти недостатки, — и вы невольно убьёте в этих стихах самую их сущность, их своеобразную, свободную красоту. Поэзию Клюева нужно принимать в её целом, такой, какова она есть, какой создалась она в душе поэта столь же непроизвольно, как слагаются формы облаков под бурным ветром поднебесья. У Клюева много стихов шероховатых, неудачных; это бесспорно, это видно с первого взгляда. Но у него нет стихов мёртвых, каких так много у современных стихотворцев, ловко умеющих придавать своим созданиям внешнюю красивость, — увы! напоминающую красоту трупа. Поэзия Клюева жива внутренним огнём, горевшим в душе поэта, когда он слагал свои песни. И этот огонь, прорываясь в отдельных строках вспыхивает вдруг перед читателем светом неожиданным и ослепительным. Почти в каждом стихотворении Клюева есть строки, которые изумляют...»

Поэт Клюев — один из многих жертв сталинских репрессий. Он был арестован как «близко стоящий к руководству» участник «монархо-кадетской» повстанческой организации «Союз спасения России» (организации, которая никогда не существовала!!!) и приговорён к высшей мере «социальной защиты». Расстрелян между 23—25 октября 1937 г. в Томске у горы Каштак.

См. также:

  1. «Нам закляты и заказаны…», 1912
  2. «Простятся вам столетий иго…», 1912
  3. «На тёмном ельнике стволы берёз…», <1915>
Wilson A. Bentley snowflake, 1890.jpg


© Д. Смирнов-Садовский. Составление. Комментарии. Дизайн.