А8/Мирра Александровна Лохвицкая

Материал из Wikilivres.ru
< А8
Перейти к навигацииПерейти к поиску
А8}} Антология восьмистиший/Дополнения
Мирра Александровна Лохвицкая (1869—1905)
А8}} →


В моем аккорде три струны,
Но всех больней звучит вторая,
Тоской нездешней стороны.
В моем аккорде три струны.
В них — детства розовые сны,
В них — вздох потерянного рая.
В моем аккорде три струны,
Но всех больней звучит вторая.

1896—1898

Так тонко всего лишь несколькими штрихами Мирра Александровна Лохвицкая (1869—1905) сама охарактеризовала суть своего поэтического творчества.

Поэтическое дарование Лохвицкой, сестры известной писательницы и поэтессы Тэффи, высоко оценивалось её современниками. Михаил Осипович Гершензон писал в 1908 году «Вестнике Европы»: «Кажется, никто из русских поэтов не приблизился до такой степени к Пушкину в смысле чистоты и ясности стиха, как эта женщина-поэт; её строфы запоминаются почти так же легко, как пушкинские». Вячеслав Иванов считал, что «глубина её была солнечная глубина, исполненная света, и потому не казавшаяся глубиной непривычному взгляду». Валерий Яковлевич Брюсов, который был не самым большим поклонником её поэзии, всё же сказал: «Для будущей Антологии русской поэзии можно будет выбрать у Лохвицкой стихотворений 10—15 истинно безупречных, но внимательного читателя всегда будет волновать и увлекать внутренняя драма души Лохвицкой, запечатлённая ею во всей её поэзии». После длительного периода забвения поэзия Лохвицкой снова оказалась в центре общественного интереса, когда в середине с 1990-х годов американский славист В. Ф. Марков объявил её «кладезем пророческих предвосхищений» и заявил, что «именно Лохвицкая, а не Ахматова, „научила женщин говорить“».

Стихи Лохвицкой проникнуты мистическим мироощущением. Главные темы её поэзии — любовь, вера, смерть. Часто это поэтический диалог с Констатином Дмитриевичем Бальмонтом, с которым её связывала не только поэзия но и глубокое чувство. И этот диалог не прекратился даже после смерти Лохвицкой. О своей любви Лохвицкая писала откровенно:


Приди! Испей от чаши сладостной.
Свой дух усталый обнови.
Я буду светлой, буду радостной,
Я буду гением любви.

Я дам лазурные мгновения.
Приди — и сердце обнови
Полетом вольного забвения
Меж белых роз моей любви.

Лохвицкая, 1902-04

И у Бальмота в стихотворении Скрипка, написанном через два года после смерти Лохвицкой, не случайно проскальзывает образ белых роз:


Был он в море белых роз,
С кем-то белым там встречался,
С ярким звуком оборвался,
И вернулся в брызгах слёз.

Бальмонт, ок. 1907

Уже больная, Лохвицкая размышляет о своей скорой смерти:

ВОСКОВАЯ СВЕЧА



Мне отраден лампад полусвет голубой, —
Я покоя, как счастья, хочу.
Но когда умирать буду я — пред собой
Я зажгу восковую свечу.

И рассеется мрак от дыханья огня,
И душа не предастся Врагу.
Пред восходом зари незакатного дня
Я свечу восковую зажгу.

Лохвицкая, 1902-04

Ответом на это служит восьмистишие Бальмонта:

ЛЕТУЧИЙ ДОЖДЬ


Летучий дождь раздробными струями
Ударил вкось по крыше и стенам,
— Довольна ли ты прошлыми годами,
И что ты видишь сердцем — в синем Там?

Горит свеча. Пустынный дом, тоскуя,
Весь замкнут в лике — Больше Никогда.
— Ах, в полночь об одном лишь вспомяну я,
Что мало целовал тебя тогда!

Бальмонт, ок. 1907

Хваля поэзию Лохвицкой (в том же «Вестнике Европы», 1908), Гершензон высказал и критическое замечание: «Вся пьеса удавалась ей сравнительно редко: она точно не донашивала свой поэтический замысел и воплощала его часто тогда, когда он в ней самой ещё не был ясен. Но отдельная строфа, отдельный стих часто достигают у неё классического совершенства». В миниатюрах, таких как восьмистишия, поэзия Лохвицкой полностью избавлена от подобного недостатка. Однако, несмотря на весьма внушительный объём её поэтического наследия, в жанре восьмистиший она создала не более двух-трёх дюжин стихотворений, почти все из которых собраны здесь.

Лохвицкая умерла от сложной и не вполне понятной болезни в возрасте 35 лет. Многие её поздние стихи можно назвать предсмертными. Вот одно из них:

* * *


Темно в туманной вышине,
Не видно звезд во мгле ненастья.
Не говори о счастье мне, —
Ты для меня дороже счастья.

Страдать, безмолвствуя, легко
Тому, кто ждет и верит вечно.
Одно молчанье — велико,
Одно страданье — бесконечно!

без даты

1889—1895
  1. «Душе очарованной снятся лазурные дали...»
  2. «Ни речи живые, ни огненный взгляд…»
  3. Вечерняя звезда. Из Мюссэ («Ты, чистая звезда, скажи мне, есть ли там…»)
  4. Элегия («Я умереть хочу весной…»), 5 марта 1893
  5. Из отголосков прошлого («Спустился вечер голубой…»)
  6. Две красоты («Лазурный день. На фоне бирюзовом…»)
    1896—1898
  7. «Быть грозе! Я вижу это…»
  8. Триолет («В моем аккорде три струны…»)
  9. «Есть что-то грустное и в розовом рассвете…»)
  10. «Кто — счастья ждет, кто — просит славы…»)
  11. Она и он (триолеты) 1. «Сулит блаженство, но не счастье…»)
  12. Она и он (триолеты) 2. «Лови крылатые мгновенья…»)
    1898—1900
  13. «Белая нимфа — под вербой печальной…»)
    1900—1902
  14. «Есть радости — они как лавр цветут…»)
  15. «Взор твой безмолвен — и всюду мгла…»)
    1902—1904
  16. Крест («Люблю я солнца красоту…»)
  17. «Люблю тебя со всем мучением…»
  18. «Нет без тебя мне в жизни счастья…»
    Перед закатом
  19. Уходящая («С ее опущенными веждами…»)
  20. Восковая свеча («Мне отраден лампад полусвет голубой…»)
  21. Белые розы («Приди! Испей от чаши сладостной…»)
  22. «Темно в туманной вышине…»
    Не вошедшее в сборники
    Мгновение, опубл. 1889
  23. Мгновение 1. «Проснулась я… в углу едва мерцал…»
  24. Мгновение 2. «Я пред собой увидела того…»
  25. Мгновение 3. «И завязался тихий разговор…»
  26. Мгновение 4. «О, как хорош был он! Глаза его…»
  27. Мгновение 5. «И наступил он, – жданный мною час…»
  28. Мгновение 6. «Он мне шептал: Приляг на грудь мою…»
  29. Мгновение 7. «Я не искал божественной любви…»
  30. Мгновение 8. «Когда спала ты в темноте ночной…»
  31. Мгновение 9. «Но вот проснулась ты, о жизнь моя…»
  32. Мгновение 10. «Мы встретимся, мы разойдемся вновь…»
  33. Мгновение 11. «Свой быстрый ход умерил паровоз…»
  34. Мгновение 12. «Мы на платформу вышли… Мысль одна…»
  35. «Спаситель, вижу Твой чертог…», опубл. 1893
  36. «Есть радости — они как лавр цветут…» (вариант), 1900—1902


Lokhvitskaya signature.png



© Д. Смирнов-Садовский. Составление. Комментарии. Дизайн.