I. Лес
Я вместе с Дантом в сумрачных лесах
Бродил и видел чёрную пантеру,
Льва и волчицу — непонятный страх
Меня объял, но следуя примеру
Великого поэта, я бежал
В долины мрака, не теряя веру
В спасенье, и в просвете между скал,
Безмолвное увидев привиденье,
Бессмертного Вергилия узнал.
«Куда спешите вы? — спросил Вергилий, —
Есть путь иной — через страну теней!»
И Дант спросил: «Но где найду я силы,
Чтоб, как апостол Павел, как Эней,
Пройти сквозь мир от этого отличный?»
Ответил Публий: «Друг мой, будь смелей,
И ты пройдёшь в своём мирском обличье
Сквозь Ад в Чистилище, где ждёт тебя
Та, что была когда-то Беатриче».
III. Равнодушные
«Войди и о надежде позабудь!» —
Мы прочитали на воротах Ада.
«Тут и начнётся наш нескорый путь!»
«Кто там кричит?» «Они не стоят взгляда!
Не совершив ни худа, ни добра,
Ни в Рай, ни в Ад не внидет это стадо.
Вот Ахерон — к Харону нам пора!»
Вдруг, всё загрохотало, и пред нами
Заполыхала пламени гора.
IV. Нехристи
(Круг первый)
Вот первый круг — живут в нём души тех,
Кто был рождён до рождества Христова
И совершил один лишь тяжкий грех —
В неведомое им не верил слово.
Адам и Авель, Ной и Моисей
С потомками, покинув край суровый,
Теперь в Раю. А вот — совет мужей:
Поэты во главе с самим Гомером,
Герои, мудрецы: Эней, Сократ, Орфей...
V. Развратники
(Круг второй)
И в круг второй нас пропускает Минос.
«За что они страдают? Что за крик?»
«За похоть и разврат их ветер вынес
И потопил в пучине в тот же миг.
Здесь стонут Клеопатра и Елена,
Паоло, обхватив прекрасный лик,
Вовеки не избавится от плена
Своей любви. Франческа говорит:
„Плоть стала прахом, но любовь нетленна!“»
VI. Обжоры
(Круг третий)
Мы в третьем круге залитом водой,
В пасть Церберу кидаем комья глины.
Вдруг, из трясины слышим Чакко вой —
Флоренции былого гражданина:
«Я за обжорство ввергнут в эту грязь,
Поведаю, что город наш старинный
Забрызган будет кровью много раз!» —
Сказал, и скрылся в слякоти зловонной,
Но вот уж Плутос поджидает нас.
VII. Растратчики, скопидомы,
гневные и бездельники
(Круги четвёртый и пятый)
«Pape Satan, Pape Satan aleppe!» —
Он прорычал, пустив в четвёртый круг,
Где, надрываясь в маете нелепой,
Толкают друг на друга грузный тюк
Попы-растратчики и скопидомы;
Но нам остановиться недосуг,
И к кругу мы спускаемся другому —
К стигийской тине, где наказан гнев,
И где безделье погрязает в дрёме.
VIII. Ардженти. У ворот Дита.
Впустил нас Флегий нехотя в своё чёлн
И стал грести к воротам града Дита.
Ардженти показался между волн.
Вергилий оттолкнул его сердито,
А Дант воскликнул: «Прочь, поганый дух!»
Но вот ограда. У ворот закрытых
Суровый страж — к любым моленьям глух —
Лишь мертвецов в свой город пропускает,
А прочих отгоняет, словно мух.
IX. Фурии. Посланник неба. Безбожники
Три Фурии — Мегера, Тисифона,
Алекто с воем подскочили к нам;
Сейчас примчится злобная Горгона,
И, чтоб не уподобиться камням,
Глаза закрыли мы, но грохот страшный
Заставил их открыть: вот по волнам
Идёт посланник Неба; двери башни
Распахнуты, и входим мы туда,
Где жжёт огонь безбожников вчерашних.
X. Эпикурейцы, Фарината
(Круг шестой)
Душа и тело умирают вместе —
Эпикурейцы думали когда-то.
Теперь они лежат в гробах отверстых.
Из гроба встал надменный Фарината:
«Мы с родом Данта давние враги
И в битвах побеждали вас двукратно.
Что было дальше? Отвечай, не лги!»
И Дант ответил: «Ныне вы разбиты —
Так счастья переменчивы круги!»
XI. Город Дита. Насильники,
обманщики, воры, коварные
(Круг седьмой)
Мы подошли к отвесному обрыву
И замерли, вдыхая мерзкий смрад.
Воспользовался Публий перерывом
И так сказал: «Вот Дита скорбный град,
В нём разместились три ужасных круга:
В одном насилье демоны казнят,
В другом обманщик стонет и ворюга,
А за коварство — самый гнусный грех
На самом дне карает Дит-зверюга».
XII. Тираны
Бежали мы от злого Минотавра
По склону вниз, но тут наперерез
К нам ринулись три бешеных Кентавра,
Грозя стрелами: Фол, Хирон и Несс.
Вергилий успокоил их. На спину
Взобрался Нессу Дант — я тоже влез,
И вброд мы перешли кровавую пучину,
Где варятся тираны всех времён;
Дант видел древних, я — известных ныне.
