From «The Berries of Conjecture»

Материал из
Перейти к навигацииПерейти к поиску
From "The Scent of Absence" From "The Berries of Conjecture"
⧼written by⧽ Oleg Prokofiev
See Poems. From the book "The Berries of Conjecture" ("Yagodki dogadok" — «Ягодки догадок»), 1997[1].

Oleg Prokofiev: "Yagodki dogadok", cover

Sed tu bonus fac benigne
Ne perenni cremer igne

[But Thou, all good, show mercy,
Lest I burn in everlasting fire.]

Dies irae

ne te plains pas de vivre plus près de la mort que les mortels
(do not complain of living closer to death than mortals do)

René Char


in the harbour of timid hopes
the flora of effervescent sails
promise us the wandering of seasons
the aroma of losses


в гавани робких надежд
флора цветущих парусов
сулит нам странствие сезонов
аромат утрат


these shy glances
poke me with their buds
they are solid and have no colour
their name is faithfulness
before them I’m defenceless
and the frost will strike suddenly


эти робкие взгляды
тычатся в меня бутонами
они тверды и цвета у них нет
имя им верность
перед ними я беззащитен
а вдруг ударит мороз


the self-sufficiency of day
is disturbed by the flashes of night
first a certain savagery
then the darkness of enlightenment
will develop the solar negative


самодостаточность дня
нарушается проблесками ночи
сперва некоторая дикость
потом темнота прозрений
проявит солнечный негатив


my life could be different
but then a quite alien personality
would look out of the mirror
just as if nothing had happened
without recognising me as before


моя жизнь могла быть иной
но тогда бы совсем другая личность
как ни в чём не бывало
выглядывала бы из зеркала
попрежнему меня не узнавая


don’t look for a needle in a haystack
you will run upon the point of a sword


не ищи иголки в стоге сена
напорешься на острие шпаги


opera is a strange invention
the singers sing of private affairs
the music flows like universal life
then everyone is gone
the composer takes away the last chord
and all return to a personal life
without music


опера странная выдумка
певцы распевают про частное дело
музыка льётся как всеобщая жизнь
наконец все расходятся
композитор уносит последний аккорд
и все возвращаются к личной
жизни без музыки


the fate of my friends is irreparable
like a drop of drops
it has seared my conscience with a line
which cannot be crossed


судьба моих друзей непоправима
она как капля капель
прожгла мне в совести черту
которую не перейти


in the crooked corridor of time
the insect’s soundless cry
for help and of pain
gives thanks to a century of torments


в кривом коридоре времени
беззвучный крик насекомого
о помощи и о боли
благодарит век мук


he who swallows himself with no remains
will live a valuable life
to disappear without trace or crumbs
so that no-one will find anything


кто проглотит себя без остатка
проживёт полноценную жизнь
чтобы исчезнуть бесследно без крошек
чтоб никто не нашёл ничего


the past grows richer
the further life moves on
which makes it even harder
to go through
the needle’s eye of our death


чем дальше жизнь
тем прошлое богаче
от этого ещё трудней
пролезть через игольное ушко
своей смерти


before we go further
we will sit down
in fact
this is what life is
before we die
let us sit down


перед тем как двигаться дальше
мы посидим
собственно говоря
это и есть жизнь
перед тем как умереть
мы посидим



  1. It is published here with the approval of the translators and heirs of the author. (DS).

Info icon.png ⧼CC-BY-SA⧽

cs | de | en | es | fr | ru | zh