Хроника текущих событий/40/15

Материал из Wikilivres.ru
Перейти к навигацииПерейти к поиску

Хроника текущих событий — выпуск 40/15


You are reading ХРОНИКА ТЕКУЩИХ СОБЫТИЙ, ВЫПУСК 40, 20 мая 1976 г.
headfile: XTC4000 previous file: XTC4014, this flle: XTC4015 , Next file: XTC4016


ПЕРЕГОВОРЫ В ЦК КПСС

Сокращенная запись беседы, состоявшейся 16 февраля 1976 года в Приемной ЦК КПСС между 6 представителями евреев, добивающихся права на выезд в Израиль (Марк АЗБЕЛЬ, Владимир ЛАЗАРИС, Юлий КОШАРОВСКИЙ, Виталий РУБИН, Владимир СЛЕПАК, Анатолий ЩАРАНСКИЙ), и начальником Отдела административных органов при ЦК КПСС Альбертом ИВАНОВЫМ и начальником Всесоюзного ОВИРа Владимиром ОБИДИНЫМ.

ИВАНОВ: В ЦК поступило ваше письмо, в котором вы выражаете желание обсудить с компетентными представителями ЦК вопросы эмиграции. Мы с Владимиром Сергеевичем как раз и являемся такими представителями и готовы ответить на интересующие вас вопросы.

КОШАРОВСКИЙ: Каковы вообще причины отказов в выезде из СССР в Израиль?

ИВАНОВ: Прежде всего я хочу сказать, что абсолютное большинство людей, пожелавших уехать — 98,4 % — уехало. При решении этого вопроса мы руководствуемся советскими законами, гуманными принципами, заложенными в международных документах, подписанных Советским Союзом, и интересами государства. Поэтому отказывают в выезде из СССР в основном по следующим причинам: 1) Режимные соображения. Но это далеко не вечно. Сроки проходят, данные устаревают, и люди уезжают. 2) Материальные претензии родителей, а также претензии бывших жен, требующих выплаты алиментов. Кроме того, мы должны знать отношение родителей к отъезду их детей, так как мы не можем руководствоваться только меркантильными соображениями. Часто родители морально не хотят мириться с выездом своих детей.

ЛАЗАРИС: Какова процедура определения степени секретности? Существуют ли сроки действия отказов по секретности, в зависимости от формы допуска к секретным материалам, имеющейся у человека?

ИВАНОВ: Есть режимное и нережимное производство, и предприятие в каждом случае само определяет, что на данном конкретном участке такой-то срок достаточен, чтобы снять с работающего специалиста режим.

СЛЕПАК: Почему нельзя сразу указать максимальный срок действия отказа, с тем чтобы человек мог заранее знать, когда сможет покинуть страну?

ИВАНОВ: Сроки действия секретности указываться не будут. Вещи, которые были вчера не секретными, могут оказаться секретными и наоборот. Поэтому вполне возможно, что человек с первой формой секретности уедет сразу, а человек, имевший третью форму, получит отказ, поскольку именно эта область начинает развиваться как сугубо секретная.

РУБИН: Неужели в интересах государства держать тысячи людей годами в состоянии полной неопределенности, лишенными элементарных прав?

ИВАНОВ: Ну почему вы говорите о тысячах…?

РУБИН: Даже исходя из ваших данных — 1,6 % от 120 тысяч уехавших — это тысячи…

КОШАРОВСКИЙ: Существуют ли какие-нибудь инструкции, положения, правовые документы, определяющие возможные сроки отказа в выезде по секретности? Можно ли рассчитывать на появление таковых?

ИВАНОВ: Нет, подобных инструкций нет и не будет. Их вообще составить невозможно, так как в каждом случае принимается индивидуальное решение…

… Супруги не живут давно вместе, и один из них собирается уезжать и готов выплатить все свои алиментные обязательства вперед, но жена приходит к нам и говорит: «Я не хочу никаких денег вперед, я хочу, чтобы он здесь жил и выплачивал каждый месяц то, что должен». Понимаете, ну, просто из желания напакостить. И мы вынуждены учитывать эти моменты…

РУБИН: Мы не намереваемся обсуждать здесь наши конкретные случаи, однако я приведу пример своего отказа, поскольку это сразу показывает, что причины отказов в выезде не ограничиваются теми двумя случаями, которые вы назвали. Я специалист по древнекитайской философии, и мне дали отказ «как ценному специалисту».

ИВАНОВ: Мы всегда должны учитывать интересы государства. Если у нас в стране, например, два специалиста по древнекитайской философии, то можем ли мы обоих выпустить? Или, например, среди лиц еврейской национальности много врачей. Если в поликлинике работает около 70 % врачей-евреев и все сразу захотят уехать — можем ли мы их всех выпустить?

ЩАРАНСКИЙ: …Есть отказы с формулировкой: «В вашем случае нет воссоединения семьи». Такое объяснение, например, было дано семье Матуса РАБИНОВИЧА из Красноярска, у которого в Израиле родная дочь.

ИВАНОВ: (к ОБИДИНУ): Вам известен этот случай?

ОБИДИН: Да, РАБИНОВИЧ был у меня на приеме. Он с женой и двумя дочками живет здесь, и только одна дочь живет со своей семьей в Израиле. Если они хотят объединиться, то логичнее этой дочери приехать в СССР, а не наоборот. Здесь все законно.

ИВАНОВ (разводя руками): Да, конечно.

ЩАРАНСКИЙ: Во многих случаях не было указано вообще никаких причин. Если предположить, что все эти странные отказы вызваны только лишь недобросовестностью или произволом местных властей, то это все равно компрометирует эмиграционную политику и ее соответствие тем гуманным принципам и международным нормам, о которых вы говорили в начале. Все это указывает на необходимость эмиграционного закона, который мог бы регулировать практику таким образом, чтобы произвольные отказы были невозможны.

ИВАНОВ: Законы у нас есть, и мы ими руководствуемся.

РУБИН: Речь идет о таком законе, на основании которого каждый человек мог бы заранее знать, что его ждет в будущем. Как, например, закон о пенсиях.

ИВАНОВ: Я уже объяснял, что каждый случай у нас рассматривается индивидуально, исходя из интересов государства. Истина всегда конкретна. Нельзя придумать закон или инструкцию на все случаи жизни.

ОБИДИН: Кстати, закон был опубликован в Ведомостях Верховного Совета…

ЛАЗАРИС: Да? И вы можете нам назвать номера?

ОБИДИН: Я сейчас не помню. Но в общем, это то же самое, что висит на стенке в ОВИРе — о порядке подачи документов на выезд.

КОШАРОВСКИЙ: Какие существуют изменения в процедуре подачи заявлений на выезд?

ОБИДИН: Теперь мы не требует характеристики с места работы, а лишь справку.

СЛЕПАК: … Оказалось, что ее иногда еще труднее получить, чем характеристику. Во-первых, на справке тоже требуются подписи «треугольника», а во-вторых, там должно быть указано об отсутствии материальных претензий со стороны предприятия. Это означает, что надо сдать все материальные ценности, книги, приборы, рабочую одежду и т. п. Практически, во многих случаях это означает, что надо уйти с работы перед подачей заявления на выезд.

ОБИДИН: В таких случаях люди могут представить справку с места работы после рассмотрения их заявлений о выезде.

ЩАРАНСКИЙ: До сих пор это было невозможно. Могут ли евреи теперь ссылаться на вас в случае отказа ОВИРов принять документы без такой справки?

ОБИДИН: Да, можете.

ЛАЗАРИС: Сейчас широко распространена практика призыва молодых людей на службу в армию после подачи ими заявления на выезд в Израиль, Каков с вашей точки зрения, смысл в таком призыве и в воинской подготовке людей, цель которых — жить в Израиле?

ИВАНОВ: До тех пор, пока бывший гражданин СССР не пересек границу, он не перестает быть гражданином СССР, и в силу этого за ним сохраняются все его обязанности и, прежде всего, обязанность служить в армии.

ЩАРАНСКИЙ: В 1975 году трое молодых евреев — Анатолий МАЛКИН (Москва), Александр СИЛЬНИЦКИЙ (Краснодар), Яков ВИНАРОВ (Киев) — были приговорены к тюремному заключению за отказ от службы в армии. Все эти молодые люди были исключены из учебных институтов за свое желание выехать в Израиль, что сделало возможным их призыв в армию.

ИВАНОВ: Обучать в институте человека, желающего эмигрировать в Израиль, мы не будем.

ЩАРАНСКИЙ: Считаете ли вы естественной ситуацию, при корой молодой человек лишен возможности эмигрировать, так как это влечет за собой немедленный призыв в армию?

ИВАНОВ: Они должны отслужить и после этого могут уезжать.

ЛАЗАРИС: Не является ли причиной отказа сам факт службы в армии? Например, Глеб КУПЕРМАН (Черновцы) перед призывом в армию специально предупредил военное начальство о своем желании уехать в Израиль, и это было записано в его военных документах. Однако сейчас, через 2 года после демобилизации, ему дают отказ из-за службы в армии.

ИВАНОВ: Факт службы в армии причиной для отказа являться не может. Многие уехали сразу после службы в армии. Случай с КУПЕРМАНОМ показывает, что ОВИР должен давать более точную формулировку.

ЩАРАНСКИЙ: Мы хотели бы еще поднять вопрос о судьбе людей, осужденных в 1970 году в Ленинграде за попытку угона самолета в Израиль. Закон о наказании за попытку угона самолета был принят только в 1973 году, и максимальное наказание по этому закону — 10 лет — меньше сроков, которые были даны трем из осужденных по Ленинградскому процессу. Можно ли рассчитывать на пересмотр дела и сокращение сроков осуждения?

ИВАНОВ: Я не прокурор и сейчас не готов ответить вам на этот вопрос. Однако мы учтем ваш интерес к этому вопросу.

АЗБЕЛЬ: С сожалением хочу отметить, что компетентных ответов на все вопросы мы не получили. Когда вы обосновываете существующую практику тем, что советские граждане станут уезжать в Израиль из-за нежелания служить в армии, или что 70 % врачей поликлиники могут попытаться одновременно эмигрировать, трудно принять это всерьез. Однако мы понимаем, что такие занятые люди, как вы, не станут терять два часа своего времени, беседуя с нами и не собираясь сообщить ничего нового. Хотите ли вы, чтобы мы передали что-нибудь тем 70 евреям, которые ждут нас внизу у входа в Приемную ЦК?

ИВАНОВ: Конечно, мы не могли сразу ответить вам на все вопросы. Однако мы учтем ваш интерес к ним. Вы видели, мы записали эти вопросы, теперь мы должны все это продумать, пропустить, так сказать, через себя…

ЩАРАНСКИЙ: Важно, чтобы вы не пропустили все это мимо себя…

ИВАНОВ: Но я еще раз хочу вам сказать, что истина конкретна. Поэтому пусть каждый подаст заявление непосредственно на имя ОБИДИНА, и под контролем ЦК его дело будет пересмотрено.

ЛАЗАРИС: И пересмотр состоится в указанный срок.

????

ЛАЗАРИС: А после этого мы вновь сможем прийти к вам и обсудить результаты этого пересмотра?

ИВАНОВ: Ну, конечно, приходите. Мы не отказываемся от встречи.

РУБИН: В заключение я хочу выразить свое разочарование тем, что, как ясно из нашей беседы, права человека по-прежнему игнорируются и противопоставляются интересам государства.

ИВАНОВ: Это не так. Истина конкретна. Подавайте заявления на пересмотр, а там видно будет.

Спустя некоторое время, многие евреи, добивающиеся разрешения на выезд, в том числе участвовавшие в беседе, получили очередной отказ.


You are reading ХРОНИКА ТЕКУЩИХ СОБЫТИЙ, ВЫПУСК 40, 20 мая 1976 г.
headfile: XTC4000 previous file: XTC4014, this flle: XTC4015 , Next file: XTC4016