Хроника текущих событий/36/19

← вып. 36/18

Хроника текущих событий выпуск 36/19

вып. 36/20 →

You are reading ХРОНИКА ТЕКУЩИХ СОБЫТИЙ, ВЫПУСК 36, 31 мая 1975г.
previous file: XTC3618 this file: XTC3619 Next file: XTC3620

НОВОСТИ САМИЗДАТА

Борис ХАЗАНОВ. "Новая Россия" (9 стр.)

Автор рассуждает о Родине, о патриотизме, о проблеме отъезда.

         Страх и  впитанное  с  материнским  молоком  рабство
    мешают нам оттолкнуться от берега.  Значит, мы недостойны
    называться свободными людьми, недостойны свободы. Как это
    всегда бывает,  мы заслужили свою участь.  Но я не  желаю
    признать себя рабом - и не хочу отрекаться от матери. И я
    нашел выход. Я сформулировал для себя главную мысль, но я
    не  виноват,  если  она  покажется  абсурдной.  Абсурдная
    истина порождается абсурдными обстоятельствами ... В море
    обломков  единственное,  за  что  я  могу уцепиться,  это
    русский язык. Веру в язык я противопоставляю вере в народ
    - умершего бога... Русский язык - это и есть для меня мое
    единственное отечество.  ... История знает Новую Англию и
    Новую   Голландию...   можно   основать  русскую  колонию
    где-нибудь в Канаде, Австралии, Новой Зеландии или вообще
    где угодно.  Давайте сговоримся и махнем туда все... Там,
    на новой земле,  как на новой планете,  мы взрастим  нашу
    свободу,  сохраним  наш  язык,  наш  образ  мыслей,  нашу
    культуру и нашу старую родину".

    Так кончается эта "обнаженным сердцем" написанная статья.

Данила ШУМУК. Фрагмент из окончания следствия. Июнь 1972г.

Маленький, в четыре странички, очерк написан на 1 л/п Мордовских лагерей, где автор с 1972г. отбывает десятилетний срок (Хр.28; см. также "Письма и заявления" в этом выпуске). Автор описывает первую встречу с адвокатом КАРПЕНКО:

         "- Я  уже  ознакомился   с   Вашим   делом,   Данила
    Лаврентьевич.  Я внимательно прочел весь Ваш труд.  (речь
    идет о мемуарах "Воспоминания о пережитом" - Хр.)... Надо
    признать,  что  Ваш труд - хотя еще черновик - написан на
    высоком уровне.  Если бы эта вещь вышла в свет,  Ваше имя
    прогремело  бы по всему миру.  Но этого не случится:  вся
    Ваша работа попала сюда, в следственные органы, а Вы сами
    - за решетку.  Вытащить Вас отсюда никакая сила не сможет
    - это я говорю Вам как Ваш  адвокат.  Вы  в  Вашем  труде
    неуважительно   говорите   о  святых  -  о  Ленине  и  об
    Октябрьской   революции,   поэтому   защищать   Вас   как
    невиновного я,  советский адвокат,  не могу.  Вам, Данила
    Лаврентьевич,  может помочь только Ваше раскаяние, и если
    Вы этого не сделаете,  Вас жестоко покарают;  боюсь,  что
    тогда Вам уж никогда не видеть свободы".

58-летний Данило ШУМУК получил максимальную санкцию 2 части ст.62 УК УССР: 10+5

А.МАРКОВ. Размышления об одном приговоре.

Автор стремится рассмотреть дело МАРАМЗИНА в политическом, юридическом и моральном аспектах, с тем чтобы "все, кого в любую минуту может сдавить своей мертвой хваткой беспощадная рука советской фемиды, извлекли из него необходимые уроки".

Арест МАРАМЗИНА автор объясняет его необычайной активностью в связи с ленинградскими обысками и арестом ХЕЙФИЦА. Следствие и суд, по мнению автора, не пошли по обычному пути непризнания МАРАМЗИНА писателем, как поступали "с самыми известными мастерами слова", так как сценарий предусматривал, что все "признания" и "разоблачения" должен сделать именно писатель. "В этом смысле МАРАМЗИН оказался просто находкой, удачей, которую нельзя было упустить: ведь до этого ни одного из подвергавшихся травле писателей не удавалось заставить безоговорочно признать правомерность применения "антисоветский" к художественному произведению, разоблачить "подрывной характер" литературного творчества, заявить о том, что художественная литература как форма политической пропаганды способна приносить ущерб государству". Рассматривая проблему "раскаяния", автор говорит: "Раскаяние на суде аморально, - заявил Г.Г.СУПЕРФИН на своем процессе и получил пять лет пермских лагерей с последующей ссылкой. Надо полагать, что он имел в виду, что "раскаяние" на политическом процессе не может быть искренним, ибо, как правило, оно является следствием страха перед наказанием, желанием купить снисхождение". Называя "раскаяние" МАРАМЗИНА результатом сделки беспринципных партнеров, автор оговаривает, что нельзя ставить на одну доску моральные установки палачей и жертвы, несмотря на их трогательное согласие в ходе процесса. Однако, радуясь выходу МАРАМЗИНА на свободу, автор резко возражает против попыток некоторых его друзей "превозносить его мнимые заслуги в том, что он-де никого не выдал, никого не посадил, т.е. отстоял право не быть доносчиком". Цель госбезопасности он видит не в том, чтобы посадить на скамью подсудимых читателей и распространителей самиздата из числа знакомых МАРАМЗИНА, но "сломать человека, деморализовать и растлить его", а в результате "разложить демократическое движение внутри страны и дискредитировать его перед мировой общественностью..., дать отпор клеветникам (на Западе) и восстановить престиж самого передового, самого демократического государства". Надеясь, что когда-нибудь сам МАРАМЗИН расскажет, какой обработке его подвергали, автор демонстрирует несколько известных по этому поводу примеров политики кнута и пряника: несоразмерно тяжелый приговор ХЕЙФЕЦУ, вынесенный тогда, когда МАРАМЗИН еще отказывался от показаний; разные перипетии с пропиской жены МАРАМЗИНА; "главным же посулом была свобода и право эмигрировать в Израиль" (автор высказывается об этом с уверенностью, хотя только МАРАМЗИН и органы ГБ знают, было ли это прямое обещание или молчаливый намек - Хр.). Автор характеризует всю обстановку процесса, разыгранного по отрепетированному сценарию, в частности, остро иронизирует по поводу речи защитника, лейтмотивом которой было: "На Родину нельзя обижаться". Адвокат С.А.ХЕЙФЕЦ "добился" исключения из приговора письма ГРИГОРЕНКО и КОСТЕРИНА, не поставив под сомнение антисоветский характер как этого, так и других документов. Он объяснил политическое невежество МАРАМЗИНА тем, что в какой-то период жизни он перестал читать советские газеты и слушать советское радио, а в определении меры наказания дошел до такой смелости, что, согласившись с условным приговором, попросил дать не пять лет, а меньше! Автор уделяет особое внимание письму МАРАМЗИНА в "Монд" - доказательству его чистосердечного раскаяния. Письмо полно противоречий и неувязок, вызывающих сомнение в его подлинном авторстве, МАРАМЗИН говорит здесь "чужим голосом". Ссылаясь на фразу из письма МАРАМЗИНА о том, что писателю "оскорбительно служить игрушкой в политических махинациях", автор заключает: "Это так, но, игрушкой в политических махинациях Владимир МАРАМЗИН стал совершенно сознательно. И не на Западе, а у себя в стране".

Н.СТРОГАНОВ. От Цепного до Аничкова, размышляя и стыдясь. Статья - памфлет на ту же тему.

You are reading ХРОНИКА ТЕКУЩИХ СОБЫТИЙ, ВЫПУСК 36, 31 мая 1975г.
previous file: XTC3618 this file: XTC3619 Next file: XTC3620