Пробуждение (Леопарди/Найман)

Материал из Wikilivres.ru
Перейти к навигацииПерейти к поиску

Пробуждение
автор неизвестен, пер. Анатолий Генрихович Найман
Язык оригинала: итальянский. Название в оригинале: Il risorgimento. — Из сборника «Песни». Источник: http://lib.rus.ec/b/378157/read



Пробуждение[1]


Я думал, мукам юности
Вовек уж нет возврата,—
Горчайшая утрата
Во цвете лет моих;
Из глуби сердца движимы.
Так сладки муки эти,
Что ничего на свете
Нет радостнее их.

Какие слезы, жалобы
Исторгла перемена!
Из ледяного плена
Душою рвался я.
Но боль меня покинула,
И сердце опустело,
И без любви хладела
В унынье грудь моя.

Я плакал, что оставленной
Жизнь предо мной предстала;
Над миром покрывала
Раскинул вечный хлад.
День стал пустым; безмолвная
Ночь сумрачней и жутче,
Луна погасла в туче,
И звезды не горят.
И все же — чувство прежнее
Те слезы пробудило;
Как прежде, сердце жило
И билось в глубине;
Воображенье пряталось
За той же самой далью,
И с давешней печалью
Скрывалась боль во мне.

А вскоре не найти было
И от нее ни тени,
И больше мне на пени
Не оставалось сил;
Поник, и утешения
Я — сердцем, все забывшим,
Почти уже не жившим,—
Ни разу не просил.

Каким я был! Тот юноша,
Что с яростью и пылом
Жил в заблужденье милом,—
Похож ли на меня?
Мне сердца свистом ласточка
Не трогала бессонным,
В просторе заоконном
Кружась с рассветом дня,

Ни эта осень бледная
В усадьбе опустелой,
Ни солнца луч несмелый,
Ни колокола звон;
Вотще звезда вечерняя
Плыла над тишью ныне,
И соловей в долине —
Стонал напрасно он.
И даже очи светлые,
И беглый взгляд украдкой,
И зов любови сладкой,
Услышанный вдвоем,
И на моей лежавшая
Рука — нежна, прекрасна,—
Сошлись и вы напрасно
В тяжелом сне моем.

Уныло, без волнения,
Забыв, что значит нежность,
Я жил, и безмятежность
Прогнала тень с лица.
В груди моей измученной
Желанья все истлели,
Лишив последней цели —
Желания конца.

Как дней преклонной старости
Остаток жалкий голый,
Так жизни май веселый
Я проводил в те дни.
Ты, мое сердце, сказочных
Тех лет не замечало,
А их дано так мало,
Так коротки они.

Кто ж пробуждает все-таки
Меня от сна больного?
И что за доблесть снова
В себе почуял я?
Порывы, заблуждения
И призрачные дали.
Для вас не навсегда ли
Закрыта грудь моя?
Свет дней моих единственный! —
Так это вы воскресли —
Те чувства, что исчезли
В отрочестве моем!
Где б взором я ни странствовал
По небу, в ближнем поле,
Во всем — источник боли,
И радость есть во всем.

Опять со мною озеро
И лес на косогоре,
О чем-то шепчет море,
Беседует родник.
И после сна столь долгого
Я слезы лью обильно!
Кто мне велит? Как сильно
Взгляд от всего отвык!

О сердце, не надежды ли
Вновь распахнулись вежды?
Но мне лица надежды
Уж не видать, увы!
Мне трепет и мечтания
Достались от природы,
Да были злы невзгоды —
Дары ее мертвы.

И все же, окончательной
Не празднуют победы
Ни горестные беды,
Ни грязный мир, ни рок.
Я погружен в несхожие
С земною явью грезы.
Глуха природа; слезы
Не лей — какой в них прок?
О бытии заботится
Одном, забыв о благе;
Пусть мы несчастны, наги —
Ей мил наш скорбный вид.
Мы не находим жалости
Вокруг; и бег свой вечный
Вершим; и каждый встречный
Унизить нас спешит.

Талантами и доблестью
Наш век пренебрегает;
Еще не достигает
Достойный труд хвалы.
И вы, глаза отверстые,
Где чудный луч трепещет,
То не любовь в вас блещет —
Зря светите из мглы.

Глубокое и тайное
В вас чувство не искрится,
В груди не загорится
Вовеки дивный жар.
Живая страсть становится
Игрушкой интересной,
А за огонь небесный
Презренье — лучший дар.

Но прежние, я чувствую,
Мечтанья снова живы;
Узнав свои порывы,
Душа удивлена.
Ты, сердце, снова к бодрости
Зовешь, к былому пылу;
Я знаю, чуя силу,
Что от тебя она.
Мир, красота, природа ли,
Судьба ли — благородной,
Возвышенной, свободной
Душе несут обман.
Ты ж, сердце, рок осилило
Биеньем одиноким —
Так назову ль жестоким
Того, кем дух мне дан!



Примечания

  1. Пробуждение. — Написано в Пизе 7 — 13 апреля 1828 г. Впервые эта канцона напечатана во флорентийском издании «Песен».