Образ Рейгана в советской литературе (Пригов)

Материал из Wikilivres.ru
Перейти к навигацииПерейти к поиску
Образ Рейгана в советской литературе
автор Дмитрий Александрович Пригов (1940—2007)
Из сборника «1983». Источник: www.kulichki.com © Д. А. Пригов, 1997. © Издание, Издательство Ивана Лимбаха, 1997
Образ Рейгана в советской литературе
1983

Содержание


Предуведомительная беседа


Рейган Почто тревожите прах мой?
Милицанер По то, что хотим оценку дать!
Рейган То дело Божье, но не человечье!
Милицанер А Бог на то нас здесь и поставил!
Рейган Не губите бедную душу!
Милицанер Ты сам ее загубил!
Рейган Спасите, научите!
Милицанер Нет! Ты от века таким замыслен! А мы лишь оценку даём.


Что же так Рейган нас мучит


Что же так Рейган нас мучит
Жить не дает нам и спать
Сгинь же ты, лидер вонючий
И мериканская блядь

Вот он в коросте и в кале
В гное, в крови и в парше
А что же иного-то же
Вы от него ожидали


Трудно с Рейганом нам жить


Трудно с Рейганом нам жить
Хочет все нас победить
Безумный! Победи себя!
А не то так обернется
С нашей помощью придется
Побеждать тебе себя


Вот избран новый Президент


Вот избран новый Президент
Соединенных Штатов
Поруган старый Президент
Соединенных Штатов

А нам-то что — ну, Президент
Ну, Съединенных Штатов
А интересно все ж — Прездент
Соединенных Штатов


Вот Китай на вьетнамцев напал


Вот Китай на вьетнамцев напал
Осуждает его наша пресса
Только я осуждать бы не стал
Они тоже ведь — бедные люди

Они просто орудье в руках
Исторических сил объективных
Ревзьянистами Бог наказал
Им случиться — самим хоть противно


Наш Анатолий Карпов разгромил врага


Наш Анатолий Карпов разгромил врага
Коварно мыслящего тупо
Так славный воин Карацюпа
С собакой на границе бил врага

Так Карповым разгромлен подлый враг
Весомо, окончательно и зримо
Японскую эскадру под Цусимой
Так легендарный потопил Варяг

На Бородинском так и Куликовом
Полях так поднималась Русь
И в страхе падал иностранный трус
Всходило солнце вслед
И вслед всходил враг новый


Лебедь, лебедь пролетает


Лебедь, лебедь пролетает
Над советской стороной
Но и ворон пролетает
Над советской стороной

Ой ты, лебедь-Ворошилов
Ой ты, ворон-Берия
Ой, страна моя, невеста
Вечного доверия!


Вдали Афганистан многострадальный


Вдали Афганистан многострадальный
Вблизи — многострадальный мой народ
От одного многострадального к другому
Летит в виде подарка самолет

А в самолете — воинские части
А в воинских частях сидит народ
Народ — ведь он всегда ленив отчасти
Не повезут — так сам не побежит


Они нас так уже не любят


Они нас так уже не любят
Как Сталин нас любил
Они нас так уже не губят
Как Сталин нас губил

Без ласки его почти женской
Жестокости его мужской
Мы скоро скуки от блаженства
Как какой-нибудь мериканец
Не сможем отличить с тобой


Вот американский Президент


Вот американский Президент
Жаждет он душой второго срока
А простой советский диссидент
Он и первого не жаждет срока

Что же к сроку так влечет его
Как ни странно — что и Президента:
Всякий в мире на своем посту
И не в наших силах преодолеть это


Так они сидели


Так они сидели
На той ветке самой
Один Ленин — Ленин
Другой Ленин — Сталин
Тихую беседу
Ото всех вели
Крыльями повеивали
На краю земли
Той земли Восточной
В Западном краю
Мира посередке
Ветки на краю


Вот у Грузин есть Руставели


Вот у Грузин есть Руставели
У нас же — Пушкин супротив
Кто победит, коли свести?
Пожалуй что и Руставели
Да нет, пожалуй, все же Пушкин
За ним огромный весь народ
Да все мы братья! Лучше-ка вот
Поворотим-ка наши пушки
Против общего врага


Так во всяком безобразье


Так во всяком безобразье
Что-то есть хорошее
Вот герой народный Разин
Со княжною брошенной
В Волгу бросил её Разин
Дочь живую Персии
Так посмотришь — безобразье
А красиво, песенно


Штатские — они все в Штатах


Штатские — они все в Штатах
А в мундирах — в СССР
Если там у них по штату
Есть в мундирах, например
Так это одно названье
Снял мундир — не различить
А у нас — не совлачить
Как и всякое призванье
Сладкое, мучительное


Вот Достоевский Пушкина признал


Вот Достоевский Пушкина признал:
Лети, мол, пташка в наш-ка окоём
А дальше я скажу, что делать
Чтоб веселей на каторгу вдвоём

А Пушкин отвечал: Уйди, проклятый!
Поэт свободен! Сраму он неймёт!
Что ему ваши нудные страданья!
Его Господь где хочет — там пасёт!


Шостакович наш Максим


Шостакович наш Максим
Убежал в Германию
Господи, ну что за мания
Убегать не к нам, а к ним
Да к тому же и в Германию

И подумать если правильно
То симфония отца
Ленинградская, направлена
Против сына-подлеца
Теперь выходит что


Опять порубан Президент


Опять порубан Президент
Теперь уж правда в Бангладеши
Нигде ему спасенья нет
На варварской планете нашей

Все на него! все на него!
Ведь не было! — откуда ж это?
О, Господи! Ведь год всего
Как мне мечталось Президентом
Да уберёг


Вот у них там, у французов


Вот у них там, у французов —
Миттеран, Наполеон
А у нас зато — Кутузов
Жалко только помер он

С чьей же помощью придется
Их заманивать опять
Не хотят они — а жаль!
Знать, самим идти придётся


Чтобы режим военный утвердить


Чтобы режим военный утвердить
То надо б отключить канализацью
И не одна не устоит
Цивилизованная нацья

Когда фекальи потекут вовне
Ведь дух борьбы — он гордый по природе
Он задохнется в этаком говне
И полностью умрет в народе


Кто это полуголый


Кто это полуголый
Стоит среди ветвей
И мощно распевает
Как зимний соловей

Да вы не обращайте!
У нас тут есть один
То Александр Пушкин
Российский андрогин


Не хочет Рейган нас кормить


Не хочет Рейган нас кормить
Ну что же — сам и просчитается
Ведь это там у них считается
Что надо кушать, чтобы жить

А нам не нужен хлеб его
Мы будем жить своей идеею
Он вдруг спохватится: А где они
А мы уж в сердце у него!


Китайцы, скажем, нападут


Китайцы, скажем, нападут
На нас войной — что будет-то?
Кто в этом деле победит? —
Китайцы, верно, победят
А, может, наши победят
А в общем — дружба победит
Ведь братские народы-то


Дело мира в основе проиграно


Дело мира в основе проиграно
Потому что не хочет нас Бог
Со врагами селить в отдалении
Все в соседстве их селит от нас

Скажем, дружим мы вот с аргентинцами
Что бы рядышком нас поселить
Ан вот, селит нас рядом с китайцами —
Где уж миру и счастию быть


Вот ходим, выбираем малость


Вот ходим, выбираем малость
В суды, в районные советы
Так как же тогда оказалось
Что Рейган президентом

Как будто все предусмотрели
Да вот в системе нашей значит
Какая-то вот есть слабинка
Куда он вот и пролезает


Они живут, не думая


Они живут, не думая
Реакционны что
Ну что ж, понять их можно
А вот простить — никак

Верней, простить их можно
А вот понять — никак:
Ведь реакционеры —
А с легкостью живут


Не хочет Рейган свои трубы


Не хочет Рейган свои трубы
Нам дать, чтобы советский газ
Бежал как представитель нас
На Запад через эти трубы
Ну что ж
Пусть эта ниточка порвется
Но в сути он непобедим
Как жизнь, как свет, как песня к ним
Он сам, без этих труб прорвется
Наш газ


Вот могут, скажем ли, литовцы


Вот могут, скажем ли, литовцы
Латышцы, разные эстонцы
Россию как родную мать
Глубоко в сердце воспринять
Чтобы любовь была большая
Конечно, могут — кто мешает


А что? — вот такие ребята рождаются


А что? — вот такие ребята рождаются
Чего захотят — от того не отступят
Канадцев побьют и Корчного отлупят —
От них уж другого и не ожидается

Поскольку с народом! а если побьют кого
Из наших — тот сразу в народ и вминается
Как не был! У них же побьют кого
Тот долго один на дороге валяется


Друзья — они ведь люди сложные



Друзья — они ведь люди сложные
Вот, скажем, тот же взять Китай
Уж как вредил нам невозможно он
А все ведь друг, а все ведь свой

Да и враги ведь люди сложные
Вот тех же мериканцев взять —
Продукты шлют нам всевозможные
А все — враги, едри их мать


Поляки все не образумятся


Поляки все не образумятся
Все с демонстрациями ходят
А жизнь тем временем проходит
Себе, как тихая безумица
Все неприкаянная ходит
И к нам, бывает, что заходит
Но уж как полная безумица


Мы — Миттераны


Мы — Миттераны
Мучат нас раны
Соцьяпьные мучат
Мы соцьялисты
Вот коммунисты
Пусть нас научат
А коммунисты
Соцьялистам в ответ:
Да. вас научишь! —
В вас совести нет
Классовой


Вот представитель наш в ООН


Вот представитель наш в ООН
Опять в Америке остался
И ясно представляет он
С чем он теперь навек расстался
Впрочем, и раньше представлял
Когда достойно представлял
Нас в ООН


Пётр Первый как злодей


Пётр Первый как злодей
Своего сыночечка
Посреди России всей
Мучил что есть мочи сам
Тот терпел, терпел, терпел
И в краю березовом
Через двести страшных лет
Павликом Морозовым
Отмстил


Я женщин не люблю, хотя вот


Я женщин не люблю, хотя вот
Мне плутни их порой милы —
То Фурцева министром станет
То Тэтчер — лидером страны

А то бегут, бегут — куда вы?
Раскрепощенные, куда? —
А мы, как у Акутагавы
Читал Расёмон? — вот туда


На Хисена на Хабре


На Хисена на Хабре
Да Гуккуни Уэддей
Там Кадаффи-Миттеран
Рейган-Картер — кто храбрей

Я храбрей всех, лам-ца-ца
Вот пишу я черт-те что
Пострадаю д' ни за что
Так
Ради красного словца



Скажем, вот она — Японья


Скажем, вот она — Японья
Ничего уже не помнит

Где Варяг, а где Цусима
А мы просто объясним ей:

Накося-ка выкуси-ка
А то сику всяка сука
Будет здесь



Вашингтон он покинул


Вашингтон он покинул
Ушел воевать
Чтоб землю в Гренаде
Американцам отдать

И видел — над Кубой
Всходила луна
И бродатые губы
Шептали: Хрена
Вам!


Вот он, вот он — конец света


Вот он, вот он — конец света
Завтра встанем в неглиже
Встанем-вскочим — света нету
Правды нету! денег нету!
Ничего святого нету! —
Рейган в Сирии уже


Info icon.png Данное произведение является собственностью своего правообладателя и представлено здесь исключительно в ознакомительных целях. Если правообладатель не согласен с публикацией, она будет удалена по первому требованию. / This work belongs to its legal owner and presented here for informational purposes only. If the owner does not agree with the publication, it will be removed upon request.