Тайное
Я скребу зубовный скрежет любви. Жёлтый камень курильщика расцвёл на нём китайской пагодой. Я вхожу в неё, потный от чада, который вдыхают до смерти и пупка ревнители наслаждений. Матушки! Где ваш, британцы, якорь спасения? Лао-цзы, дырявый насквозь, не верит, дичок, пришельцу. Он сморщен, как падалица. У него кожа орангутанга и когти отросшей без дела воли. Смахнув шапчонку, пустой китаёза, однако, кланяется три и ещё три долгих разочка. Я вижу его халат, отливающий зеркалом моих сидячих поступков, и скребу дубьём, весь в поту от чада, скрежет его журчащей каменнолюбой груди. Не прошу счета в расплату за помешательство жизни, но хочу вконец окитаиться и карябать безделкой кисти пернатые борозды в небеси.
Опубл. 1988
Примечания
- ↑ Публикуется здесь с разрешения вдовы В. M. Козового Ирины Ивановны Емельяновой.
