А8/Сто восьмистиший ста поэтов/61-70

Материал из Wikilivres.ru
Перейти к навигацииПерейти к поиску
Сто восьмистиший ста поэтов/61-70
Антология восьмистиший

61. В. С. Соловьёв62. Минский63. Анненский64. К. Р.65. П. Ф. Якубович66. Надсон67. Ф. К. Сологуб68. Мережковский69. Вяч. Иванов70. Бальмонт

{{#invoke:Header|editionsList|}}

A8.jpg


61. Владимир Сергеевич Соловьёв (1853—1900)


* * *


Я добился свободы желанной,
Что манила вдали, словно клад, —
Отчего же с тоскою нежданной,
Отчего я свободе не рад?
  
Ноет сердце, и падают руки,
Всё так тускло и глухо вокруг
С рокового мгновенья разлуки,
Мой жестокий, мой сладостный друг.


3 декабря 1892

Одно из самых привлекательных и трогательных восьмистиший Владимира Сергеевича Соловьёва. В основе его парадокс — герой стихотворения, по всей видимости, сам автор, добивается желанной свободы, но вместо того, чтобы радоваться этому факту, он страдает, воспринимая его, чуть ли не как трагедию. Такая двойственность характерна для поэзии Соловьёва. Юлий Исаевич Айхенвальд замечает, что Соловьёв «…часто в своих стихах — только мыслитель…», что «…страстности и огня не следует искать…» в его поэзии, и дальше он пишет: "Но особым недостатком Соловьева мы признали бы то, что, как ни молитвенны, как ни возвышенны, как ни прекрасны иные его стихотворения, в них вторгается не всегда уместный, но всегда ему свойственный элемент шутливости. Любитель комики, мастер смеха, обладатель каламбуров, он этим нарушает иногда то впечатление религиозной сосредоточенности, которое одно только и было бы желанно.<…> Вообще, Соловьев слишком остроумен, ироничен и слишком разносторонен; как поэту (может быть, не только как поэту) ему недостаёт — странно сказать — какой-то последней серьёзности, предельного пафоса, великой односторонности; он не выступает в строгом величии, в задумчивом спокойствии мыслителя и аскета, откровениями стихов выражающего свою глубокую душу. Стихии Гейне платит он обильную дань; это иной раз придает лишнее очарование его любовной лирике, но зато искажает его молитву. Сам Соловьев как бы хочет оправдать эту черту свою, и он говорит: «всё лучшее в тумане, а близкое иль больно, иль смешно… из смеха звонкого и из глухих рыданий созвучие вселенной создано», — но, кажется, созвучия, гармонии между смешным и серьезным у него именно и нет. Мистик не должен бы смеяться, ибо в глубине что же смешно?.. (Ю. И. Айхенвальд. «Владимир Соловьев (Его стихотворения)». Из книги: Силуэты русских писателей. Вып. 3. М., 1906—1910; 2-е изд. М., 1908—1913.)

См. также:

  1. «Газели пустынь ты стройнее и краше…», 1878
  2. «Хоть мы навек незримыми цепями…», 1875
  3. «Лишь год назад — с мучительной тоскою…», 1874
  4. «Взгляни, как ширь небес прозрачна и бледна…» 1878
  5. L’onda dal mar' divisa («Волна в разлуке с морем…»), 1884
  6. «Воды, шумящие волны, — потоп угрожает!», 1885 → Боденштедт, 1880 → Гафиз, XIV век
  7. «Город глупый, город грязный!..», 1887
  8. «Люблю я дам сорокалетних…», 1887
  9. Якобы из Гейне («Как из пены волн рождённая…»), 1889 → Гейне 1822—23
  10. <Из Лонгфелло> («Всё память возвратить готова…»), 1891 → Лонгфелло
  11. «Пусть осень ранняя смеется надо мною…», 1892
  12. «Нет вопросов давно, и не нужно речей…», 1892
  13. «Тесно сердце — я вижу — твоё для меня…», 1892
  14. «Я добился свободы желанной…», 1892
  15. На палубе «Торнео» («Посмотри: побледнел серп луны…»), 1893
  16. На палубе «Фритиофа» («Только имя одно я успел прошептать…»), 1893
  17. Поправка («Ах, забыл я, — за святыми…») 1893
  18. «Что этой ночью с тобой совершилося?..», 1894
  19. «Эти грозные силы, что в полдень гремели…», 1895
  20. «Некогда некто изрек: „Сапоги суть выше Шекспира“…», 1897
  21. <Эпиграмма на В. В. Розанова> («Затеплю я свою лампаду…»), 1890-е годы
  22. «Трубят голубые гусары…», Гейне 1823—24
Edward Lear A Book of Nonsense 114.jpg




62. Николай Максимович Минский (1855—1937)


ОКТАВЫ (№6)


Вблизи святых руин недавнего былого,
Спеша, устроили мы суетный базар.
Где смолк предсмертный стон, там жизнь взыграла снова,
Где умирал герой, там тешится фигляр.
Где вопиял призыв пророческого слова,
Продажный клеветник свой расточает жар.
Певцы поют цветы, а ложные пророки
Нас погружают в сон — увы — без них глубокий!


<1888>

Здесь приведена шестая из цикла семи образцовых октав принадлежащих жанру т. н. гражданской поэзии. Сочинено в 1888 году и тогда же издано в «Наблюдателе» (№ 3, с. 74), с подзаголовком: «С итальянского», а затем в издании 1896 с подзаголовком: «Из Гаргано». О поэте Гаргано определённых сведений нам найти не удалось. Перевод это или средство усыпить цензуру при публикации этих стихов с очевидным политическим контекстом? Вероятнее — второе. Похоже, что формальным образцом для этого цикла послужила знаменитая «Осень» (Отрывок) Пушкина. Приведём слова Семёна Афанасьевича Венгерова, давшего точную характеристику поэзии Николая Максимовича Виленкина (более известного под псевдонимом Минский): «Всегда высоко настроенная, богатая образами и блещущая красками поэзия Минского отличается необыкновенной чуткостью к проклятым вопросам века. Минский — поэт мысли по преимуществу; выработка мировоззрения, стремление уяснить себе высшие тайны жизни решительно в нём преобладают над поэзией непосредственных ощущений. Отсюда его пафос и неизбежная приподнятость тона, дающая некоторым критикам основание упрекать его в риторизме. Основной тон его поэтического настроения — мрачная и безнадежная тоска». (Виленкин Николай Максимович. — Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона. Санкт-Петербург, 1890—1907).

См. также:

  1. «Она как полдень хороша…», 1880-е
  2. Один из многих («Встал он с бодрою душою…»), 1883
  3. Октавы. 1. «Окончена борьба. Пустая спит арена…», 1888
  4. Октавы. 2. «Но где же наша скорбь? Ужель, победный клик…», 1888
  5. Октавы. 3. «Нет счета тем гробам… Пусть жатвою цветущей…», 1888
  6. Октавы. 4. «О, если бы одни изменники меж нами…», 1888
  7. Октавы. 5. «Но нужды нет рабам, что злоба жадных глаз…», 1888
  8. Октавы. 6. «Вблизи святых руин недавнего былого…», 1888
  9. Октавы. 7. «О песня грустная! В годину мрака будь…», 1888
  10. «Перед луною равнодушной…», 1900
  11. Самоубийца. Фрагмент («Лень умереть. Лень мыслию инертной…»), 1922
Profet Hill.jpg





63. Иннокентий Фёдорович Анненский (1856—1909)

Иннокентий Фёдорович Анненский в 1909? году. Фотоателье С. Городецкого, Ц. Село. Подпись — факсимиле. Собрание Е. А. Голлербаха


ВЕСЕННИЙ РОМАНС


Ещё не царствует река,
Но синий лёд она уж топит;
Ещё не тают облака,
Но снежный кубок солнцем допит.

Через притворенную дверь
Ты сердце шелестом тревожишь…
Ещё не любишь ты, но верь:
Не полюбить уже не можешь…


<не позднее 1906 года>

Это 93-е стихотворение из книги Иннокентия Фёдоровича Анненского «Кипарисовый ларец», входящее в раздел «Размётанные листы» (в других изданиях — в раздел «Романсы»). Впервые напечатано в «Слове», № 382, 12 февраля 1906 года, («Литературное приложение» № 2, с. 2) с подписью «Ник. Т-о» («Никто»), и там озаглавлено «Романс». Здесь название воспроизведено по оглавлению в авторской тетради. Две заключительные строки, самые весомые в стихотворении, являются перекличкой с восьмистишием Пушкина «На холмах Грузии лежит ночная мгла...», где две последние строки звучат так:

И сердце вновь горит и любит — оттого,
Что не любить оно не может.

Этот момент как бы иллюстрирует мысль Анненского: «Ни одно великое произведение поэзии не остается досказанным при жизни поэта, но зато в его символах надолго остаются как бы вопросы, влекущие к себе человеческую мысль» («Что такое поэзия», 1903, в качестве предисловие к книге «Тихие песни»). В другом месте он писал: «Поэзия лишь намекает на то, что недоступно выражению. Мы славим поэта не за то, что он сказал, а за то, что она дал нам почувствовать несказанное» (РГАЛИ, ф. 6, оп. 1, ед. хр.14, л. 35 об. 3).

См. также:

  1. Идеал («Тупые звуки вспышек газа…»), 1890-е годы
  2.  ? («Пусть для ваших открытых сердец…»), 1890-е годы
  3. «Грозою полдень был тяжёлый напоён…», 1894 → Ренье
  4. На воде («То луга ли, скажи, облака ли, вода ль…»), 1900
  5. «Под грозные речи небес…», 1901
  6. «Золотя заката розы…», 1901
  7. «Для чего, когда сны изменили…», 1902
  8. Счастье и несчастье («Счастье деве подобно пугливой…»), опубл. 1904 → Гейне, 1851
  9. Впечатление («Один из голубых и мягких вечеров…»), опубл. 1904 → Рембо, 1870
  10. Мелодия для арфы («Мечту моей тоскующей любви…»), опубл. 1906
  11. Маки («Весёлый день горит… Среди сомлевших трав…»), 1900-е годы
  12. Аромат лилеи мне тяжёл («Аромат лилеи мне тяжёл…»), 1900-е годы
  13. Две любви («Есть любовь, похожая на дым…»), 1900-е годы
  14. Из окна («За картой карта пали биты…»), 1900-е годы
  15. Из окна («Только мыслей и слов…»), 1900-е годы
  16. Осенняя эмаль («Сад туманен. Сад мой донят…»), 1900-е годы
  17. Весенний романс («Ещё не царствует река…»), <не позднее 1906 года>
  18. Среди миров («Среди миров, в мерцании светил…»), 1909
  19. Мифотворцу — на башню. 1. «Где розовела полоса…», 1909
  20. Мифотворцу — на башню. 2. «Седой!.. Пора... Седому — мат…», 1909
  21. Ночная песня странника II («Над высью горной…»), между 1904 и 1909 → Гёте, 1780
  22. Ich grolle nicht («Я всё простил: простить достало сил…»), опубл. 1923 → Гейне, 1822—23
Maui Snaring the Sun, pen and ink, circa 1927, Honolulu Academy of Arts.jpg




64. К. Р. (1858—1915)

К. Р. Фотография.


* * *


Задремали волны,
Ясен неба свод;
Светит месяц полный
Над лазурью вод.

Серебрится море,
Трепетно горит…
Так и радость горе
Ярко озарит.


Крым. Май 1879.

Май 1879 года великий князь Константин Константинович Романов проводил в Ореанде, на южном берегу Крыма, где находилось царское имение. Там и было написано его стихотворение «Задремали волны...». Горе, о котором говорится в последних строках, вероятно — внезапная смерть брата Вячеслава случившаяся в возрасте 16 лет от миненгита всего три месяца до того 15 февраля 1879 года. В трёхстопном хорее восьмистишия, похожем на накаты волн безошибочно узнаётся ритм стихотворения Лермонтова «Из Гёте («Горных вершины...»). Стихотворение было положено на музыку Сергеем Васильевичем Рахманиновым для женского или детского хора с ф-п. (№ 4 из Шести хоров Op. 15, 1895—96).

См. также:

  1. «Задремали волны…», 1879
  2. Прощание с Неаполем («Мы на далёкий северъ уплывали…»), 1881
  3. Венеция. I. Надпись к картине («С какою кроткостью и скорбью нежной…»), 1882
  4. «О, нет, за красоту ты не люби меня…», 1882 → Рюккерт
  5. «Умолкли рыдания бури кипучей…», 1883
  6. «Взошла луна… Полуночь просияла…», 1883
  7. Перед Сикстинскою Мадонной («Глядишь на этот образ запрестольный…»), 1885
  8. Рафаэль Санцио («В Страстную пятницу недаром он родился…»), 1885
  9. Колокола («Несётся благовест… — Как грустно и уныло…»), 1887
  10. «Озеро светлое, озеро чистое…», 1887
  11. «Сперва, обуянный гордыней слепою…», 1887
  12. «Ах, эта ночь так дивно хороша!..», 1890
  13. «Ночь. Небеса не усеяны звёздами…», 1890
  14. «Когда спадут листы, и ты пойдёшь…», 1910 → Стеккетти
  15. Надежда на Бога («Надейся, о дитя! Всё завтра, завтра снова…»), 1911 → Гюго
Harpers ferry by moonlight-small.jpg




65. Пётр Филиппович Якубович (1860—1911)

Пётр Филиппович Якубович. Фотография ок. 1885.


ТИШИНА


Вечер румяный притих, догорая,
Лист не прошепчет в лесной глубине;
Тучек перистых гряда золотая
В недосягаемой спит вышине.

Тихо мелькнула звезда, и другая...
Ночь надевает свой царский венец..
— Мука, великая мука людская!
Стихла ли ты, наконец?


1899

Поэт, прозаик и переводчик Петр Филиппович Якубович стихи свои подписывал инициалами П. Я., прозу и критику — псевдонимами Л. Мельшин, П. Ф. Гриневич, и др. Революционер-народник, он одиннадцать лет провел в тюрьмах и на каторге. Семён Афанасьевич Венгеров писал о его поэзии: «Проникнутые замечательным единством настроения, стихи П. Якубовича отводят ему одно из первых мест среди поэтов Некрасовской школы. Это певец борьбы, с первых шагов на поэтическом поприще понявший свою литературную задачу как призыв к отстаиванию дорогих ему идеалов народного счастья». (ЭСБЕ/Якубович, Петр Филиппович)

См. также:

  1. «Я пою для тех, чьи души юны…», 1884
  2. Тишина («Вечер румяный притих, догорая…»), 1899
Rops Varsovie.jpeg




66. Семён Яковлевич Надсон (1862—1887)

Семён Яковлевич Надсон Фотография ок. 1885, из Собрания сочинений, т. 1, опубл. А. Ф. Марксом, Петроград 1917.


* * *


Омывшись на заре душистою росою,
Сегодня ясный день, как девушка, румян.
Едва колышется дремотною волною
Морская гладь, вдали переходя в туман...
В сияньи солнечном сады благоухают,
Прозрачна глубь небес — ни облачка кругом;
И только чайки в ней и вьются и мелькают,
Блестят снежинками в просторе голубом.


1883

Одно из наиболее типичных стихотворений Семёна Яковлевича Надсона — невероятно красивый и музыкальный поэтический пейзаж. Впервые это восьмистишие было опубликовано в «Северном вестнике», 1887, № 2, стр. 209. Здесь воспроизведено по одному из нескольких автографов в тетради 13. Положено на музыку Цезарем Антоновичем Кюи. Секрет музыкальности своей поэзии Надсон раскрывает в своей «Автобиографии» (1884): «...отец мой, надворный советник Яков Семёнович Надсон, очень любил пение и музыку, способность, которую и я от него унаследовал. Иногда мне кажется, что, сложись иначе обстоятельства моего детства, я был бы музыкантом. Замечательно также, что, когда я, девяти лет от роду, начал писать стихи, они хромали во всех отношениях, кроме метрического, и размер у меня всегда был безошибочен, хотя о теории стихосложения я и понятия не имел. Думаю, что это — результат моих музыкальных способностей». Жизнь Надсона промелькнула молниеносно — он умер в 24 года безнадёжно больным туберкулёзом, и почти всё его немалое по объёму творчество укладывается по времени в каких-нибудь девять лет (1878—1886 годы). Пережив огромный взлёт популярности, его поэзия вскоре отошла на второй план и оказалась почти забытой, как часто бывает с явлениями моды. «В памяти читателей, — писал Григорий Абрамович Бялый, — сохранился образ поэта, безвременно погибшего от злой чахотки на заре своей деятельности, начавшейся шумным успехом. В стихотворениях Надсона часто шла речь о тяжком недуге, о тоске увядания, о близкой гибели. Разумеется, все понимали, что это не узкобиографические мотивы, что Надсон говорит не только о своей личной судьбе, но и о "болезнях" целого поколения». (Библиотека поэта. Большая серия. Второе издание. С. Я. Надсон. Полное собрание стихотворений. М.-Л., «Советский писатель», 1962).

См. также:

  1. «Минуло время вдохновений…», 1878
  2. В. Мамонтову («Что, милый Васенька, с тобою?..»), 1878
  3. Над свежей могилой. Памяти Н. М. Д. («Я вновь один — и вновь кругом…»), 1879
  4. «Когда душа твоя истерзана страданьем…», 1879
  5. «Замолк последний звук. Как тихое рыданье…», 1879
  6. «Пусть стонет мрачный лес при шуме непогоды…», 1879
  7. «Порваны прежние струны на лире моей…», 1879
  8. «О, спасибо вам, детские годы мои…», 1880
  9. «Мелкие волненья, будничные встречи…», 1880
  10. «Душа наша — в сумраке светоч приветный…», 1880
  11. «Свет и слеп, и завистлив, и глуп. Каждый день…», 1880, совм. с М. А. Российским → Гейне, 1822—23
  12. «Сладко пел в этот солнечный день соловей…», 1880, совм. с М. А. Российским → Гейне, 1822—23
  13. «Я хотел бы, чтоб чуткое сердце моё…», 1880, совм. с М. А. Российским → Гейне, 1822—23
  14. «Если был бы я Агарков…», 1881
  15. «Во мраке жизненном, под жизненной грозою…», 1881
  16. «Ах, этот лунный свет! Назойливый, холодный…», 1882
  17. «Мне не больно, что жизнь мне солгала, — о нет…», 1882
  18. «Умер от чахотки, умер одиноко…», 1882
  19. «Нет, не верится мне, чтоб и тут ты лгала…», 1882
  20. «Темно грядущее... Пытливый ум людской…», 1882
  21. «Сегодняшняя ночь одна из тех ночей…», 1883
  22. «Не завидуй им, слепым и беззаботным…», 1883
  23. «Пусть смятенья и грома полны небеса…», 1883
  24. «В солнечный день мы скользили по глади реки…», 1883
  25. «Серебрясь переливами звездных лучей…», 1883
  26. «Тоска гнетёт меня и жжёт неутомимо…», 1883
  27. «Тревожно сегодня мятежное море…», 1883
  28. «Им казалось, весь мир изменился с тех пор…», 1883
  29. «В окно залетел мотылёк и мелькает…», 1883
  30. «Она была славная девушка, — смело…», 1883
  31. «Омывшись на заре душистою росою…», 1883
  32. Из песен о невольниках. Лонгфелло. («Когда заносчиво над стонущим рабом…»), 1884
  33. «Мертва душа моя: ни грёз, ни упованья!..», 1884
  34. «Смирись, — шептал мне ум холодный…», 1884
  35. «Есть у свободы враг опаснее цепей…», 1884
  36. «О, не молчи, кукуевец бездушный…», 1884
  37. «Он спал, разметавшись в своей колыбели…», 1884
  38. «Весенние ночи!.. В минувшие годы…», 1884
  39. «Вечерело… Солнце в блеске лучезарном…», 1884
  40. «Всё та же мысль, всё те же порыванья…», 1885
  41. «Это не песни — это намёки…», 1885
  42. «Посмотри в глаза мне, милый, веселее!..», 1885
  43. «Чего тебе нужно, тихая ночь?..», 1885
  44. «Когда порой я волю дам мечтам…», 1885
  45. «Тихая ночь в жемчуг росы нарядилась…», 1886
  46. «Дураки, дураки, дураки без числа…», без даты
  47. «Напрасно, дитя, ты мечтаешь горячими ласками…», без даты
Small seagull.jpg




67. Фёдор Кузьмич Сологуб (1863—1927)

Душой росы, не выпитой пространством,
Дышал зелёный луг, улыбчив небесам.
Душа моя во тьме влеклася по лесам,
Упоена в безмерности пространством
И в изменяемости постоянством,
И я был весь, и снова был я в мире сам,
Когда душой, не выпитой пространством,
Зелёный луг дышал, улыбчив небесам.

14 июня 1913 года.
Тойла — Иеве. Дорога

Такого невероятного количества восьмистиший, как Фёдор Сологуб, наверное, никто не написал в русской поэзии. Большинство из них (около 180) — относятся к жанру триолета, разработанного поэтом досконально. Приведённое выше стихотворение входит в цикл «Земные небеса. Триолеты» из книги «Очарования земли» (1914). Здесь автор использует размер разностопного ямба: строки здесь, как мы видим, разной длины: 5-6-5-5-6-6-5-6 стоп, что создаёт тонкий и неожиданный эффект «органической неквадратности», так характерной для наиболее изысканных образцов музыки.

См. также:

  1. «Лес, озарённый луною…», 19 августа 1883
  2. «Чем строже себя наблюдаю…», первая половина 1887
  3. «Не гаси в своём сердце пожар…», 21 февраля 1889
  4. «Что в жизни мне всего милей?..», 18 августа 1889
  5. «Небо бледно-голубое…», 19 августа 1889
  6. «Он изнемог под тяжестью креста…», 14 октября 1889
  7. Воды («Весенние воды, что девичьи сны…»), 28 января 1890
  8. «Оскверняешь ложью…», 1 июля 1890
  9. «Я ждал, что вспыхнет впереди…», 12 октября 1892
  10. «Вчера в бессилие печали…», 1 ноября 1892
  11. «После жизни недужной и тщетной…», 21 января 1893
  12. «Благословляю, жизнь моя…», 4 апреля 1893
  13. «Рукоятью в землю утвердивши меч…», 26 июля 1893
  14. «Цветы роняют вешний аромат…», 4 августа 1893
  15. «Гляжу на нивы, на деревья…», 8 июля 1894
  16. «Стояли клёны в тяжком забытьи…», 12 июля 1894
  17. Ночь («Уныло плавала луна…»), 13 июля 1894
  18. «Чайка, предвестница бури…», 22 июля 1894
  19. «Покоя мёртвых не смущай…», 27 июля 1894
  20. «Покоя мёртвых не смущай…», 27 июля 1894/1913, вариант
  21. «Творение выше Творца…», 31 июля 1894
  22. «Кто близкой смерти не боится…», 4 августа 1894
  23. «Мы устали преследовать цели…», 28 сентября 1894
  24. «Лампа моя равнодушно мне светит…», 3 октября 1894
  25. «Светлой предутренней грёзой…», 2 декабря 1894
  26. «Под холодною властью тумана…», 17 декабря 1894
  27. «Ты не знаешь, невеста, не можешь ты знать…», 21 декабря 1894
  28. «Росла, росла волна прилива…», 6 марта 1895
  29. «Я, мечтавший одиноко…», 20 марта 1895
  30. «Я приготовился принять гостей…», 4 апреля 1895
  31. «Какие слабые цветы…», 14 мая 1895
  32. «Этот зыбкий туман над рекой…», 14 мая 1895
  33. «Полдневный сон природы…», 4 июля 1895
  34. «Чем бы и как бы меня ни унизили…», 7 августа 1895
  35. «Грустен иду по дороге пустынной…», 8 августа 1895
  36. «Ребёнок блажит в колыбели…», 24 сентября 1895
  37. «Пусть, кто хочет, веселится…», 30 сентября 1895
  38. «В беспредельности пространства…», 26 ноября 1895
  39. «Бледна и сурова…», не позднее 1896
  40. «Твоих немых угроз, суровая природа…», не позднее 1896
  41. «Я от мира отрекаюсь…», не позднее 1896
  42. «Я смотрю в немую твердь…», не позднее 1896
  43. «Грустная, бледная тень…», не позднее 1896
  44. Ты от жизни оторвался…", 5 января 1896
  45. «Не люблю, не обольщаюсь…», 3 июля 1896
  46. «Знаю я, — во всей вселенной…», 2 августа 1896
  47. «Мечтаю небом и землёй…», 3 августа 1896
  48. «И сердце склонялось ко сну…», 14 августа 1896
  49. «Прощая жизни смех злорадный…», 13 сентября 1896
  50. «Я — бог таинственного мира…», 28 октября 1896
  51. «Засмеёшься ли ты, — мне невесело…», 4 марта 1897
  52. «Не ужасай меня угрозой…», 7 марта 1897
  53. «Не надейся, не смущайся…», 27 сентября 1897
  54. «О владычица смерть, я роптал на тебя…», 20 октября 1897
  55. «Я верю в творящего Бога…», 30 декабря 1897
  56. «Он тёмен и суров, — и взор его очей…», 4 января 1898
  57. «Если невольно…», 9 января 1898
  58. «Печальный дар анахорета…», 16 августа 1898
  59. «Прикосновенье сочных трав…», 25 августа 1898
  60. «Среди блеска ночного…», 9 сентября 1898
  61. «Быть с людьми — какое бремя!..», 19 сентября 1898
  62. «И молчаньем мы скажем друг другу…», 22 сентября 1898
  63. Звезда Маир. 4. «Мой прах истлеет понемногу…», 22 сентября 1898
  64. «В путь пора — ладья готова…», 7 октября 1898
  65. «Всё хочет петь и славить Бога…», 8 октября 1898
  66. «Ты ничего не говорила…», 8 октября 1898
  67. «Если б хотел я любить…», 31 марта 1899
  68. «В молчаньи звёзд, в дыханьи ветра с полуночи…», 29 июля 1899
  69. «О как мы слабы и ничтожны!..», 11 октября 1899
  70. «Я воскресенья не хочу…», 25 июня 1900
  71. «Мечта далёких вдохновений…», 8 августа 1901
  72. «Лиса в капкане…», 12 августа 1901
  73. «То не слёзы, — только росы, только дождь…», 3 января 1902
  74. «Порочный отрок, он жил один…», 9 января 1902
  75. «Твоя душа — кристалл, дрожащий…», 29 апреля 1902
  76. «Моя усталость выше гор…», 10 мая 1902
  77. «Убитые камнем дороги жестоки…», 11 июня 1902
  78. «О лихорадочное лето!..», 14 июня 1902
  79. «По тем дорогам, где ходят люди…», 19 июня 1902
  80. «В стране безвыходной бессмысленных томлений…», 6 июля 1902
  81. «Изнемогающая вялость…», 9 июля 1902
  82. «Веришь в грани? хочешь знать?..», 5 декабря 1902
  83. «Трепещет сердце опять…», 17 февраля 1903
  84. «В синем небе тучки белые…», 4 апреля 1903
  85. «На гармонике рёв трепака…», 12 июня 1903
  86. «Я любви к тебе не знаю…», 11 марта 1904
  87. «Опьянение печали, озаренье тихих, тусклых свеч…», 17 июня 1904
  88. «Пламенем наполненные жилы…», 2 июля 1904
  89. «Наслаждаяся любовью, лобызая милый лик…», 2 июля 1904
  90. Тишина («Земным не прельщайся…»), не позднее 31 октября 1904
  91. «Клеветники толпою чёрной…», 28 ноября 1904
  92. «Слепой судьбе противореча…», 28 ноября 1904
  93. «Розы битв жестоких…», 3 декабря 1904
  94. «Белый мой цветок, таинственно-прекрасный…», 6 июля 1905
  95. «В светлый день похоронили…», 29 марта 1906
  96. «Злой, золотой, беспощадно ликующий Змей…», 20 июня 1906
  97. «Все эти ваши слова…», 2 июля 1909
  98. «В доме шатки половицы…», 27 ноября 1912
    Земля родная (триолеты)
  99. (1) «Какая нежная интимность…», 5 марта 1913
  100. (2) «Любите, люди, землю, — землю…», 5 марта 1913
  101. (3) «Земля докучная и злая…», 5 марта 1913
  102. (4) «Земной, желанный сердцу рай…», 5 марта 1913
  103. (5) «Ещё в полях белеет снег…», 6 марта 1913
  104. (6) «Как ни грозит нам рок суровый…», 9 марта 1913
  105. (7) «Природа учится у нас…», 9 марта 1913
  106. (8) «Вздыхает под ногами мох…», 15 апреля 1913
  107. (9) «Сердце дрогнуло от радости…», 15 апреля 1913
  108. (10) «Воздух, пёстрый от дождя…», 13 мая 1913
  109. (11) «Милая прохлада, — мгла среди полей…», 24 июня 1913
  110. (12) «Рудо-жёлтый и багряный…», 6 сентября 1913
  111. (13) «Тихо, тихо над прадедовским прудом…», 8 октября 1913
  112. (14) «Каждый год я болен в декабре…», 4 ноября 1913
    Радость дорог (триолеты)
  113. (1) «Один в полях моих иду…», 5 марта 1913
  114. (2) «Лежу в траве на берегу…», 5 марта 1913
  115. (3) «Печальный аромат болот…», 6 марта 1913
  116. (4) «Пройду над влагами болот…», 6 марта 1913
  117. (5) «Какая радость — по дорогам…», 10 марта 1913
  118. (6) «Тёплый ветер веет мне в лицо…», 10 марта 1913
  119. (7) «К безвестным, дивным достиженьям…», 24 марта 1913
  120. (8) «Что может быть лучше дороги лесной…», 18 июня 1913
    Города (триолеты)
  121. (1) «Безумно злое упоенье…», 5 марта 1913
  122. (2) «По узким улицам гремит…», 5 марта 1913
  123. (3) «Люблю большие города…», 5 марта 1913
  124. (4) «Разнообразность городов…», 9 марта 1913
  125. (5) «Во внутреннем дворе отеля…», 12 марта 1913
  126. (6) «По копейке четыре горшечка…», 21 марта 1913
  127. (7) «По ступеням древней башни поднимаюсь выше, выше…», 3 мая 1913
  128. (8) «Либава, Либава, товарная душа!..», 10 октября 1913
  129. (9) «Каменные домики, в три окошка каждый…», 7 декабря 1913
  130. (10) «Эта странная труппа актёров и актрис…», 8 декабря 1913
  131. (11) «Отбросив на веки зелёные пятна от очков…», 8 декабря 1913
  132. (12) «Яркий факел погребальный…», 28 декабря 1913 г. СПб.
    Земные небеса (триолеты)
  133. (1) «В небо ясное гляжу…», 6 марта 1913
  134. (2) «Тонкий край свой месяц долу кажет…», 21 марта 1913
  135. (3) «Душой росы, не выпитой пространством…», 14 июня 1913
  136. (4) «Купол церкви, крест и небо…», 11 июля 1913
  137. (5) «По небесам идущий Бог…», 17 ноября 1913
    Отрава (триолеты)
  138. (1) «Какое горькое питьё!..», 6 марта 1913
  139. (2) «Отдыхая в тёплой ванне…», 7 марта 1913
  140. (3) «Какая смена настроений!..», 8 марта 1913
  141. (4) «Надо жить с людьми чужими…», 10 марта 1913
  142. (5) «Лукавый хохот гнусных баб…», 11 марта 1913
  143. (6) «Сплетеньем роз венчайте милых жён…», 12 марта 1913
  144. (7) «Себе я покупаю смерть…», 10 апреля 1913
  145. (8) «Ты пришла ко мне с набором…», 26 мая 1913
  146. (9) «О, безмерная усталость!..», 26 мая 1913
  147. (10) «Ниву спелую волнуешь…», 27 мая 1913
  148. (11) «Аллеею уродливых берёз…», 2 июня 1913
  149. (12) «В иных веках, в иной отчизне…», 5 июня 1913
  150. (13) «Мои томительные дни…», 5 июня 1913
  151. (14) «Солнце, которому больно!..», 5 июня 1913
  152. (15) «Ты сжёг мою умильную красу…», 5 июня 1913
  153. (16) «Ночь настала рано…», 5 декабря 1913
    Утешения (триолеты)
  154. (1) «Безгрешно всё, и всё смешно…», 6 марта 1913
  155. (2) «Я верю, верю, верю, верю…», 7 марта 1913
  156. (3) «Увидишь мир многообразный…», 7 марта 1913
  157. (4) «Что же ты знаешь об этом…», 24 марта 1913
  158. (5) «Где-то есть тропа мечтательная…», 31 марта 1913
  159. (6) «Ты гори, моя свеча…», 4 июня 1913
  160. (7) «Благослови свиные хари…», 10 июня 1913
  161. (8) «Если ты чего-нибудь захочешь…», 14 июня 1913
  162. (9) «Безумно-осмеянной жизни…», 14 июня 1913
  163. (10) «Все мы, отвергнутые раем…», 18 июня 1913
  164. (11) «Моей свинцовой нищеты…», 31 августа 1913
  165. (12) «Сверкайте, миги строгих дней!..», 31 августа 1913
  166. (13) «Моя душа тверда, как сталь…», 31 августа 1913
  167. (14) «Звенела кованная медь…», 1 сентября 1913
  168. (15) «Моя далёкая, но сердцу близкая…», 2 декабря 1913
    Любовь земная (триолеты)
  169. (1) «Прижаться к милому плечу…», 6 марта 1913
  170. (2) «Я к ногам любимой брошу…», 8 апреля 1913
  171. (3) «Только будь всегда простою…», 11 апреля 1913
  172. (4) «В моём бессилии люби меня…», 26 мая 1913
  173. (5) «Ты только для меня. Таинственно отмечен…», 12 июня 1913
  174. (6) «Сила песни звонкой сотрясает тело птички.…», 14 июня 1913
  175. (7) «Птичка — только канарейка, домик — только клетка…», 14 июня 1913
  176. (8) «Рая не знаем, сгорая…», 13 июля 1913
    Дни (триолеты)
  177. (1) «День только к вечеру хорош…», 7 марта 1913
  178. (2) «Просыпаться утром рано…», 31 марта 1913
  179. (3) «День золотистой пылью…», 5 июля 1913
  180. (4) «Не надо долгого веселья…», 19 июля 1913
  181. (5) «С вами я, и это — праздник, потому что я — поэт…», 2 августа 1913
  182. (6) «Вот так придёшь и станешь на камнях над рекою…», 7 августа 1913
  183. (7) «Откачнись, тоска моя, чудовище…», 9 августа 1913
  184. (8) «Дошутился, доигрался, докатился до сугроба…», 7 сентября 1913
  185. (9) «У меня сто тысяч теней…», 11 сентября 1913
  186. (10) «Пройдут все эти дни, вся жизнь совьётся наша…», 7 декабря 1913
    Земные просторы (триолеты)
  187. (1) «Прекрасный Днепр, хохлацкая река…», 10 марта 1913
  188. (2) «Зелёная вода гнилого моря…», 24 марта 1913
  189. (3) «В полдень мертвенно-зелёный…», 24 марта 1913
  190. (4) «Лиловый очерк снежных гор…», 8 апреля 1913
  191. (5) «Ещё арба влечётся здесь волами…», 11 апреля 1913
  192. (6) «Веет ветер мне навстречу…», 2 июня 1913
  193. (7) «На него ещё можно смотреть…», 3 июня 1913
  194. (8) «Ну что ж, вздымай свою вершину…», 5 июня 1913
  195. (9) «Огонёк в лесной избушке…», 11 июля 1913
  196. (10) «Долина пьёт полночный холод…», 13 июля 1913
  197. (11) «Земли смарагдовые блюда…», 30 июля 1913
  198. (12) «Лежали груды мха на берегу морском…», 7 октября 1913
  199. (13) «Увидеть города и веси…», 7 октября 1913
  200. (14) «Снег на увядшей траве…», 2 декабря 1913
  201. (15) «Дачный домик заколочен…», 2 декабря 1913
  202. (16) «Ржавый дым мешает видеть…», 2 декабря 1913
    Проносящиеся (триолеты)
  203. (1) «Всё зеленее и светлее…», 10 марта 1913
  204. (2) «Всё чаще девушки босые…», 10 марта 1913
  205. (3) «Не увлекайтесь созерцаньем…», 20 марта 1913
  206. (4) «Займитесь чтением в вагоне…», 20 марта 1913
  207. (5) «Дивлюсь всему тому, что вижу…», 21 марта 1913
  208. (6) «Вон там, за этою грядою…», 24 марта 1913
  209. (7) «Как же огня не любить!..», 8 апреля 1913
    Вечера (триолеты)
  210. (1) «Томилось небо так светло…», 18 марта 1913
  211. (2) «Иду по улицам чужим…», 18 марта 1913
  212. (3) «Вот ухожу я от небес…», 18 марта 1913
  213. (4) «Вечерний мир тебя не успокоил…», 18 марта 1913
  214. (5) «Итальянец в красном жилете…», 2 июня 1913
  215. (6) «Тихий свет отбросив вверх, на потолок…», 23 октября 1913
  216. (7) «Матово-нагие плечи…», 23 октября 1913
  217. (8) «Глядит высокая луна…», 30 декабря 1913
    Личины (триолеты)
  218. (1) «Дрожат круги на потолке…», 21 марта 1913
  219. (2) «Над плёсом маленькой реки…», 24 марта 1913
  220. (3) «Утонул я в горной речке…», 7 апреля 1913
  221. (4) «Молодой босой красавец…», 8 апреля 1913
  222. (5) «Бесконечный мальчик, босоножка вечный…», 8 апреля 1913
  223. (6) «Прачка с длинною косою…», 8 апреля 1913
  224. (7) «Провинциалочка восторженная…», 11 апреля 1913
  225. (8) «Плачьте, дочери земли!..», 11 апреля 1913
  226. (9) «Вспомни слёзы Ниобеи…», 12 апреля 1913
  227. (10) «Поэт, привыкший к нищете…», 3 мая 1913
  228. (11) «Люди вежливы и кротки…», 3 мая 1913
  229. (12) «Спозаранку две служанки…», 18 июня 1913
  230. (13) «Я ничего не знаю, какая радость есть…», 25 июня 1913
  231. (14) «Цветными шелками по белому шёлку я вышила милый и сложный узор…», 13 сентября 1913
  232. (15) «Твоя душа — немножко проститутка…», 11 октября 1913
  233. (16) «Кто же кровь живую льёт?..», 11 октября 1913
    Я и ты (триолеты)
  234. (1) «Ни человека, ни зверя…», 24 марта 1913
  235. (2) «По неизведанным путям…», 11 июня 1913
  236. (3) «Я верен слову твоему…», 11 июня 1913
  237. (4) «Святых имён твоих не знаю…», 11 июня 1913
  238. (5) «Ночь, тишина и покой. Что же со мной? Кто же со мной?..», 27 июня 1913
  239. (6) «Ласкою утра светла…», 13 июля 1913
    Мечта (триолеты)
  240. (1) «Я был в лесу и сеял маки…», 25 мая 1913
  241. (2) «Пурпуреа на закате расцвела…», 27 мая 1913
  242. (3) «Лес и в наши дни, как прежде…», 11 июля 1913
  243. (4) «Та святая красота…», 13 июля 1913
  244. (5) «Я иду, печаль тая…», 13 июля 1913
  245. (6) «О ясных днях мечты блаженно строя…», 13 июля 1913
  246. (7) «Луна взошла, и дол вздохнул…», 14 июля 1913
    Земная свобода (триолеты)
  247. (1) «Господь прославит небо, и небо — благость Божью, но чем же ты живёшь?..», 10 июня 1913
  248. (2) «В очарованьи здешних мест…», 12 июня 1913
  249. (3) «Рождает сердце в песнях и радость и печаль…», 14 июня 1913
  250. (4) «Я возвращаюсь к человеку…», 11 июля 1913
  251. (5) «Но не затем к тебе вернуся…», 11 июля 1913
  252. (6) «Давно создать умел я перлы…», 11 июля 1913
    Цветы (триолеты)
  253. (1) «Ландыши, ландыши, бедные цветы!..», 8 апреля 1913
  254. (2) «Цвети, безумная агава…», 10 апреля 1913
  255. (3) «Слова так странно не рифмуют…», 11 апреля 1913
  256. (4) «Приветом роз наполнено купе…», 11 апреля 1913
  257. (5) «Обдувайся, одуванчик…», 2 июня 1913
  258. (6) «Венок из роз и гиацинтов…», 13 июня 1913
  259. (7) «Незабудки вдоль канавки…», 18 июня 1913
  260. (8) «Перванш и сольферино…», 5 июля 1913
  261. (9) «Как на куртине узкой маки…», 19 июля 1913
    Нежити (триолеты)
  262. (1) «Неживая, нежилая, полевая, лесовая, нежить горькая и злая…», 10 июня 1913
  263. (2) «Две лесные старушки и лесной старичок…», 21 июня 1913
  264. (3) «Защекочут до смеха, защекочут до дрожи…», 21 июня 1913
  265. (4) «В пути, многократно измеренном…», 5 июля 1913
  266. (5) «Гулял под зонтиком прекрасный кавалер…», 19 июля 1913
    Поэты (триолеты)
  267. (1) «Стихия Александра Блока…», 28 декабря 1913
  268. (2) «Розы Вячеслава Иванова…», 29 декабря 1913
  269. (3) «Мерцает запах розы Жакмино…», 28 декабря 1913
  270. (4) «Зальдивши тайный зной страстей, Валерий…», 29 декабря 1913
  271. (5) «Дарованный тебе, Георгий…», 29 декабря 1913
    Творчество (триолеты)
  272. (1) «Будетлянка другу расписала щёку…», 7 октября 1913
  273. (2) «На щеке прекрасной будетлянки…», 7 октября 1913
  274. (3) «Позолотила ноготки…», 7 октября 1913
  275. (4) «Пусть будет всё не так, как было…», 7 октября 1913
  276. (5) «Кто увидит искру? Виден только след…», 7 октября 1913
  277. «Когда приходит в час внезапный…», 29 апреля (12 мая) 1914
  278. Город Женевьевы, 5 (18) мая 1914
  279. «Над красавицею Сеной…», 7 (20) мая 1914
  280. Пьяный поэт, 7 июля 1914
  281. «Права змея, когда шипит и жалится…», 15 июля 1914
  282. Фридрихштрассе («Здесь не надо мечтать, ни к чему размышлять…»), не позднее 23 декабря 1914
  283. «Венцы печали...», 21 февраля 1915
  284. «Есть вдохновенье и любовь…», 14 апреля 1915
  285. «Отчего у тебя утомлённые руки?..», 22 апреля 1915
  286. В этот час («В этот час, когда грохочет в тёмном небе грозный гром…»), 25 июня 1915
  287. «На свете много благоуханной и озарённой красоты…», 4 мая 1916
  288. «Народ торжественно хоронит…», 22 марта 1917
  289. «Что мне весна, что радость юга…», не позднее 1920
  290. «С неистощённой радостью проснусь…», не позднее 1920
  291. «Туман и дождь. Тяжёлый караван…», 24 июля 1920
  292. «Туманы над Волгою милой…», 3 августа 1920
  293. «Милая мать, ты — Мадонна…», не позднее 1921
  294. «Зачем любить? Земля не стоит…», не позднее 1921
  295. «Так величавы сосны эти…», не позднее 1921
  296. Нине Каратыгиной («Вы любите голые девичьи руки…»), не позднее 1921
  297. «В моих мечтах такое постоянство…», не позднее 1921
  298. Пламеннее солнца сердце человека, не позднее 1921
  299. Навеки тёмный («Кто-то, чёрный и покорный, кнопку повернул…»), не позднее 1922
  300. В альбом («Девушка в тёмном платье…»), 3 (16) декабря 1925
  301. «Всё новое на старый лад…», 6 (19) июля 1926
  302. «Я становлюся тем, чем был…», 29 сентября (12 октября) 1926
  303. «Не скажешь, какими путями…», 29 сентября (12 октября) 1926
  304. «Божественной комедии…», 16(29) октября 1926
  305. «Вернулся блудный сын. Глядит из подворотни…», 10 (23) ноября 1926
  306. «И зло для нас премудро строит…», 8 (21) декабря 1926
  307. «Подъявший крест мучений жаждет…», 8 (21) декабря 1926
  308. «Горький о́цет одиночества…», 11(24) апреля 1927
First XMas Tree2.jpg




68. Дмитрий Сергеевич Мережковский (1866—1941)

Дмитрий Сергеевич Мережковский в Нижнем Новгороде, ок. 1890—1900. Фотограф: Максим Петрович Дмитриев.


* * *


О дитя, живое сердце
Ты за мячик приняла:
Этим мячиком играешь,
Беззаботно весела.

Ты, резвясь, кидаешь сердце
То к лазури, то во прах
С тем же хохотом беспечным
На пленительных устах.


1886

Больше известный своей прозой, Дмитрий Сергеевич Мережковский оставил глубокий след и в поэзии. Но стихи его, так же как и его проза, уязвимы, и о них больше критики, чем славословий. Приведём слова Семёна Афанасьевича Венгерова: «Уже в 15 лет помещал стихи в разных изданиях. Первый сборник стихотворений М. появился в 1888 г., второй, "Символы", в 1892 г. (СПб.).<…> Стих его изящен, но образности и одушевления в нем мало и, в общем, его поэзия не согревает читателя. Он слишком часто останавливается на темах, не соответствующих свойствам его суховатого дарования, и потому впадает в ходульность и напыщенность. <…> С конца 80-х гг. М. захватывает волна символизма и ницшеанства. Этот поворот невыгодно сказался на поэтической деятельности его. Мистицизма или хотя бы романтизма в ясном до сухости писательском темпераменте М. совершенно нет, почему и "символы" его переходят в ложный пафос и мертвую аллегорию». (ЭСБЕ/Мережковский, Дмитрий Сергеевич). Однако, приводимое нами восьмистишие, как и некоторые другие, пленяет своей простотой, лёгкостью и бесыскусностью. Жанр восьмистишия представлен у Мережковского чрезвычайно весомо — в основном это форма октавы, в которой им написаны 230 восьмистиший автобиографического стихотворного цикла-повести Старинные октавы Octaves du passé.

См. также:

  1. «Ты читала ль преданья, как жгли христиан…», 1886
  2. «О дитя, живое сердце…», 1886
  3. «Пощады я молю! Не мучь меня, Весна…», 1886
  4. «Порой, когда мне в грудь отчаянье теснится…», 1887
  5. «Ласковый вечер с землёю прощался…», 1887
  6. «Задумчивый Сентябрь роскошно убирает…», 1887
  7. «Покоя, забвенья!.. Уснуть, позабыть…», 1887
  8. «Напрасно я хотел всю жизнь отдать народу…», 1887
  9. «В сияньи бледных звёзд, как в мертвенных очах…», 1887
  10. «Пусть темна моя дорога…», 1891
  11. Надгробные цветы («На бледном мраморе, тоскуя, увядали…»), 1892
  12. Октябрь («Уж вещий ворон каркал над дубровой…»), 1894
  13. Краткая песня («Порой умолкнет завыванье…»), 1894
  14. Не надо звуков («Дух Божий веет над землею…»), 1895
  15. Слепая («Боюсь, боюсь тебя, слепая…»), 1895
  16. «Синеет море слишком ярко…», 1897
    s:Старинные октавы Octaves du passé, 1890-е
    Песнь первая
  17. I. «Хотел бы я начать без предисловья…»
  18. II. «Обол — Харону: сразу дань плачу…»
  19. III. «Чем цель трудней — тем больше нам отрады…»
  20. IV. «Уж я давно мечтал о ней: резец…»
  21. V. «Но чтобы труд был легок и приятен…»
  22. VI. «И не боюсь оружье дать врагу…»
  23. VII. «Тревоги страстной, бурной и весенней…»
  24. VIII. «От шума дня, от клеветы людской…»
  25. IX. «От Невского с его толпою чинной…»
  26. X. «Свидетель грустный юных лет моих…»
  27. XI. «Забытые молитвы, сказки няни…»
  28. XII. «Чиновником усердным был отец…»
  29. XIII. «Любил семью, — для нас он жил на свете…»
  30. XIV. «И скукою томительной царил…»
  31. XV. «Не тратилось на нас копейки лишней…»
  32. XVI. «Володя, Саша, Надя… без конца…»
  33. XVII. «Под бременем запасов гнулись полки…»
  34. ХVIII. «Я с ключницей всегда ходить был рад…»
  35. XIX. «И только раз в году на именинах…»
  36. XX. «Но важный вид гостей пугал меня…»
  37. XXI. «Унылый знак привычек экономных…»
  38. XXII. «Мне жития угодников святых…»
  39. XXIII. «Как некое заклятие трикраты…»
  40. ХХIV. «Познал я негу безотчётных грёз…»
  41. ХХV. «И ждал чудес в тревоге непрестанной…»
  42. XXVI. «И лакомств мне давала мать, отец…»
  43. XXVII. «С тех пор доныне в бурях и в покое…»
  44. ХХVIII. «Но, на прогулку с нянею спеша…»
  45. XXIX. «В суровом доме, мрачном, как могила…»
  46. ХХХ. «Отец сердился, вредным баловством…»
  47. ХХХI. «Однажды денег взяв Бог весть откуда…»
  48. XXXII. «Когда на службе был отец с утра…»
  49. XXXIII. «Предметы жадных, робких наслаждений!..»
  50. XXXIV. «Я убежал, чтоб грозного лица…»
  51. XXXV. «В них — долгих лет покорная усталость…»
  52. XXXVI. «И с нею вместе я жалел себя…»
  53. XXXVII. «Он не чины, не ордена, не ленты…»
  54. XXXVIII. «Чиновник с детства до седых волос…»
  55. XXXIX. «Кругом в семье царила безмятежность…»
  56. XL. «Без горечи не проходило дня…»
  57. XLI. «С ним долгий путь она прошла недаром…»
  58. XLII. «О, только бы опять увидеть вас…»
  59. XLIII. «Отец по службе ездил за границу…»
  60. XLIV. «Бывало, с горстью лакомых конфет…»
  61. XLV. «Я до сих пор люблю, Шехеразада…»
  62. XLVI. «И только в горе вспоминал опять…»
  63. XLVII. «Я помню туфли, тёмные капоты…»
  64. XLVIII. «Старушки тень я видел на стене…»
  65. XLIX. «До старости была она кокеткой…»
  66. L. «Душа моя печальна и светла…»
  67. LI. «Cтарушки взгляд всегда был жив и зорок…»
  68. LII. «Как много скуки, горестных минут…»
  69. LIII. «Увы, что значит эта жизнь? Над нею…»
  70. LIV. «Да будут же стихи мои полны…»
  71. LV. «Старушка Эмма у неё гостила…»
  72. LVI. «Был муж её предобрый старичок…»
  73. LVII. «На Островах мы лето проводили…»
  74. LVIII. «Там детскую почувствовал любовь…»
  75. LIX. «В двух грядках все работы земледелья…»
  76. LX. «И ласточек, летевших через двор…»
  77. LXI. «Позолоченным: их любили дети…»
  78. LXII. «И связан с ней был чудный летний сон…»
  79. LXIII. «Гляжу на свет, не удивляясь чуду…»
  80. LXIV. «Той радостью душа ещё полна…»
  81. LXV. «Я полюбил Эмара, Жюля Верна…»
  82. LXVI. «Я находил в елагинских полях…»
  83. LXVII. «Я не забуду в тёмном переплете…»
  84. LXVIII. «Как жаждал я открытья новых стран!..»
  85. LXIX. «Я с братьями ходить любил по крыше…»
  86. LXX. «За погребом был гладкий, как стекло…»
  87. LXXI. «Я с книгой так садился меж ветвями…»
  88. LXXII. «И, каждой смелой веткой дорожа…»
  89. LXXIII. «И каждый день взлезал к нему, как белка…»
  90. LXXIV. «Идёт лакей придворный по пятам…»
  91. LXXV. «В оранжереи, к плотничьей артели…»
  92. LXXVI. «Спеша на ледник с блюдом через двор…»
  93. LXXVII. «Мы под дворцом Елагинским в подвале…»
  94. LXXVIII. «Не долетает шум дневной сюда…»
  95. LXXIX. «Вдыхая запах влажный и тяжёлый…»
  96. LXXX. «С младенчества людей пленяет грех…»
  97. LXXXI. «Елагин пуст, — вдали умолк коляски…»
  98. LXXXII. «Когда сквозь дым полуденных лучей…»
  99. LXXXIII. «Но скоро дни забот пришли на смену…»
  100. LXXXIV. «Разносчицы вдали я слышать мог…»
  101. LXXXV. «Когда же Летний сад увидел снова…»
  102. LXXXVI. «В сквозной тени трепещущих берёз…»
  103. LXXXVII. «Стучится дождь однообразно в стёкла…»
  104. LXXXVIII. «Но вот пришёл великий грозный час…»
  105. LXXXIX. «Я помню место на второй скамейке…»
  106. XC. «От слёз дрожал неверный голосок…»
  107. XCI. «А говорить по-русски не умели…»
  108. XCII. «Так укрощали в молодых сердцах…»
  109. XCIII. «Манить ребёнка воля перестала…»
  110. XCIV. «В тот час, как тёмной грифельной доски…»
  111. XCV. «Вдруг голос мамы, шорох платья милый…»
  112. XCVI. «За год разлуки: как угрюмый зверь…»
  113. XCVII. «Но я уж сам к ней бросился в объятья…»
  114. XCVIII. «Под взорами возлюбленных очей…»
  115. XCIX. «И, улыбаясь, плакали мы оба…»
  116. C. «Не мог расторгнуть наших вольных уз…»
  117. СI. «Под сладостной защитой и покровом…»
  118. СII. «На завтрак белый рябчика кусок…»
  119. СIII. «Я чувствовал её очарованье…»
  120. СIV. «Коль в сердце, полном горечи и зла…»
  121. СV. «Когда стремлюсь я к неземной отчизне…»
  122. СVI. «Слетаешь ты, незримая, ко мне…»
  123. CVII. «У волка есть нора, у птиц жилища…»
  124. СVIII. «Давно привык я будущих скорбей…»
  125. CIX. «Пою, свирель на тихий лад настроя…»
  126. CX. «Кто б ни был ты, о мой случайный друг…»
  127. CXI. «Ты так же горьким опытом наказан…»
  128. CXII. «Тебе на суд я отдаю себя…»
  129. CXIII. «Смягчись на миг в борьбе ожесточенной…»
  130. CXIV. «И пусть морщины скуки и труда…»
  131. CXV. «Пусть хмурит брови Аристарх журнальный…»
    Песнь вторая
  132. I. «Уже никто не вденет ногу в стремя…»
  133. II. «От рифмы я отвык, и мне начать…»
  134. III. «Их музыка подобна поцелую…»
  135. IV. «Там нет ни зла людского, ни добра…»
  136. V. «О, юность бедная моя, как мало…»
  137. VI. «За сладостный, невинный жар в крови…»
  138. VII. «Врата несуществующего рая…»
  139. VIII. «Однажды мы весною в первый раз…»
  140. IX. «Я думаю, Армидин сад, и ты бы…»
  141. X. «Смотрели жадно мы на красный дом…»
  142. XI. «Пусть наглухо опять окно закрыли…»
  143. XII. «Мне эта улица мила с тех пор…»
  144. XIII. «Душа волненьем сладким вновь объята…»
  145. XIV. «Люблю я запах ёлки в Рождество…»
  146. XV. «Всё мимолетно — радости и мука…»
  147. XVI. «О, тёмная владычица людей…»
  148. XVII. «Всё важно в нём и сонно, и прилично…»
  149. XVIII. «С Сергеем мы ходили в тот же класс…»
  150. XIX. «А неуклюжий Саша, молчаливый…»
  151. XX. «Благоразумен, важен, как старик…»
  152. XXI. «Но иногда, романтик добродушный…»
  153. XXII. «У нас в крови — неугасимый жар…»
  154. XXIII. «Обычный в жизни путь ему неведом…»
  155. XXIV. «Самонадеян и умён, и горд…»
  156. XXV. «Мне помнится под колбою стеклянной…»
  157. XXVI. «Мне объяснял фанатик молодой…»
  158. XXVII. «Я чувствовал, что он не прав во многом…»
  159. ХХVIII. «И любопытство жадное влекло…»
  160. XXIX. «В столовой раз за чаем мы сидели…»
  161. XXX. «Из всех углов ползёт ночная тень…»
  162. XXXI. «Вдруг настежь дверь, — и дрогнул воздух сонный…»
  163. XXXII. «Отец спросил: "Откуда?" — "Из суда…»
  164. XXXIII. «И шёпотом беспомощных молений…»
  165. XXXIV. «"Наука доказала…" — "Чушь и гниль…»
  166. XXXV. «Теперь конец уж ясен бедной маме…»
  167. XXXVI. «Прочь, негодяй, из дома моего!..»
  168. XXXVII. «Вам оскорблять себя я не позволю…»
  169. XXXVIII. «И долго я в ту ночь не мог уснуть…»
  170. XXXIX. «Он может повредить моей карьере…»
  171. XL. «С тех пор прошли года, но помню то…»
  172. XLI. «Я слов уже не слышал — только звуки…»
  173. XLII. «Мы грешны все: я не сужу отца…»
  174. XLIII. Когда же утром мы при лампе встали…»
  175. XLIV. «И может быть, то первый приступ был…»
  176. XLV. «И жизнь пошла, чредой однообразной…»
  177. XLVI. «Лимониус, директор, глух и стар…»
  178. XLVII. «Урок по спрятанной в рукав бумажке…»
  179. XLVIII. «Честнейший немец Кесслер — латинист…»
  180. XLIX. «Ответов ждал со страхом и томленьем…»
  181. L. «Читал Платона Бюрик — не педант…»
  182. LI. «Несчастный мальчик, с мнимою отвагой…»
  183. LII. «Как выступал на лбу ученика…»
  184. LIII. «Но в старших классах алгебры учитель…»
  185. LIV. «В нём было всё противно: глупый нос…»
  186. LV. «Мне от Попова слушать надоело…»
  187. LVI. «Лимониус с инспектором пришли…»
  188. LVII. «Как жаждал сердцем правды я и мщенья!..»
  189. LVIII. «Тебе остался верен я с тех пор…»
  190. LIX. «В те дни уж я томился у преддверья…»
  191. LX. «И бес меня смущал: нас каждый день…»
  192. LXI. «Кощунственная мысль была упряма…»
  193. LXII. «Но по привычке давней перед сном…»
  194. LXIII. «Скребётся мышь, страшат ночные звуки…»
  195. LXIV. «Что избавление должно прийти…»
  196. LXV. «Миссионер для обращенья Кости…»
  197. LXVI. «И спорам их о Боге без конца…»
  198. LXVII. «Но дерзкого неверья злое семя…»
  199. LXVIII. «Как Тайнами Христовыми сожжён…»
  200. LXIX. «С непобедимым трепетом боязни…»
  201. LXX. «Но вышло всё так просто, без чудес…»
  202. LXXI. «Я с нянею пошёл на балаганы…»
  203. LXXII. «А в тучках — нежен золотой апрель…»
  204. LXXIII. «И благовест колоколов победный…»
  205. LXXIV. «Но я молчал, стыдился дум моих…»
  206. LXXV. «Спасителем моим Елагин милый…»
  207. LXXVI. «Всё трогало меня почти до слёз…»
  208. LXXVII. «Катались мы на лодке с братом Сашей…»
  209. LXXVIII. «Закусывая парой огурцов…»
  210. LXXIX. «Скучать в домашней церкви за обедней…»
  211. LXXX. «Крик ласточек сквозь пение псалмов…»
  212. LXXXI. «И в этой церкви раз в толпе воскресной…»
  213. LXXXII. «Лишь смутно помню, что она была…»
  214. LXXXIII. «И образ твой, елагинская фея…»
  215. LXXXIV. «Когда в затишье знойных вечеров…»
  216. LXXXV. «И, крадучись, как вор, к решётке сада…»
  217. LXXXVI. «Но холод жизни ранний цвет убил…»
  218. LXXXVII. «Мы в сердце вечную таим измену…»
  219. LXXXVIII. «А в прачешной и в кухне был пожар…»
  220. LXXXIX. «И весело мне было рядом с нею…»
  221. XC. «Зачем ты дал нам две души, Господь?..»
  222. ХСI. «Не смейся же, читатель благосклонный…»
  223. ХСII. «Так сразу я в двух женщин был влюблён…»
  224. XCIII. «Тот узел Гордиев чей меч разрубит?..»
  225. XCIV. «Я осенью в тот год увидел Крым…»
  226. XCV. «Из царства моха, кочек и рябины…»
  227. XCVI. «Там, где шумят немолчные валы…»
  228. XCVII. «В обители Георгия Святого…»
  229. XCVIII. «О, боги древности, я чуял вас…»
  230. XCIX. «Обвеян прелестью твоей, Эллада…»
  231. C. «Там я любил по целым дням мечтать…»
  232. CI. «Но долго я скрывал подруги тайной…»
  233. CII. «Я Пушкину бесстыдно подражал…»
  234. CIII. «Я пел коварных дев, красы Эдема…»
  235. CIV. «Я не люблю родных моих, друзья…»
  236. CV. «Не ведали мы с нею шумной славы…»
  237. CVI. «И был в чертах прекрасного лица…»
  238. CVII. «С тобой не страшен ночи мрак беззвездный…»
  239. CVII. «Пусть годы память обо мне сотрут…»
  240. CIX. «Мы не нашли в сердцах людей ответа…»
  241. CX. «Когда я с Музой начинал мой путь…»
  242. CXI. «А может быть и то: под слоем пыли…»
  243. CXII. «Теперь с тобой прощаясь, мы почтим…»
  244. CXIII. «Ты в горестный и страшный час, родная…»
  245. CXIV. «Ты в горестный и страшный час, родная…»
  246. CXV. «Великого обета не нарушу…»
  247. «Люблю мой камень драгоценный…», 1904
  248. «Я всех любил, и всех забыли…», 1908
  249. «Ужель мою святыню…», 1909
  250. Да не будет («Надежды нет и нет боязни…»), 1909
  251. Ночная песнь странника («Ты, о, неба лучший дар…»), 1909 → Гёте, 1776
  252. «Ты ушла, но поздно…», не позже 1914
  253. «Всё кончается смертью, все кончается сном…», 1914
  254. «Я знаю: счастья будет мало…», 1915
  255. «Мне жаль, что жизнь твоя бесследной…», 1915
  256. «Суждены пути нам розные…», 1915
  257. «Уж хлопья снега вверх и вниз…», 1915
  258. «Мне ничего не надо…», 1915
  259. «— Кто ты? Друг? — Не друг. — А кто же?..», 1915
  260. «Я край одежд Твоих лобзаю…», 1915
  261. «Пусть же дьявол ликует…», 1915
Sigmund Grimm, Augsburg, Germany, 1520.jpg




69. Вячеслав Иванович Иванов (1866—1949)

PD-RusEmpire
Flag of Russia.svg

О. А. Ш.

Плоской чашей, розовой по краю,
Лотос белый зыблется над Нилом,
И чертят фламинго в синем небе
Дуги света розовей Авроры.

Этих красок юность помнят взоры.
Мать-Земля себя подобной Гебе
Видит в них, как в зеркале застылом,
Обрученной суженому Раю.

24 января 1915

Михаил Леонович Гаспаров дал Вячеславу Ивановичу Иванову такую краткую характеристику: «„Вячеслав Великолепный“, крупнейший поэт и теоретик символизма как мировоззрения. Его „среды“ в квартире („Башне“) на Таврической ул. в Петербурге в 1905—1909 гг. были одним из центров русского символизма. Филолог и историк по образованию, он в совершенстве владел имитациями античных и ренессансных стихотворных форм» (См. статью М. Гаспаров: «Русские стихи 1890-х-1925-го годов в комментариях»). Фламинго — так в семье Ивановых называли Ольгу Александровну Шор (псевд. О. Дешарт, О. Deschartes), которой посвящено это восьмистишие, написанное в Москве, 24 января 1915 г. и напечатанное в «Северных Записках», Петроград, 1915 г. Стихотворение связано с воспоминанием о поездке поэта в Египет весной 1902 г., где он наблюдал полёты фламинго, о которых он говорил: «Розовое облачко над головой — залог от небес о рае». Особенность этого восьмистишия — оригинальный принцип рифмовки: abcd dcba, где вторая половина зеркально отражает первую. «...Видит в них, как в зеркале застылом...» — пишет поэт, достигая поразительного единства содержания и формы.

См. также:

  1. Caveant Consules («Мудрецы многосердечья…»), 1891
  2. Laeta. III. «В Риме ль о Понте вздыхать? Из Рима ли к берегу Понта...», 1892, опубл. 1902
  3. Тихий Фиас («С маской трагической мы заедино мыслить привыкли...»), ок. 1892, опубл. 1902
  4. Демон («Ваши на сводах небес бремена престольные, боги...»), ок. 1892, опубл. 1902
  5. Виноградник Диониса («Виноградник свой обходит, свой первои́збранный, Диони́с…»), до 1902
  6. Долина — храм («Звезда зажглась над сизой пеленой…») 1904
  7. Горная весна. V. «Всклубясь, межегория зыбкий...» 1904
  8. Озимь («Как осенью ненастной тлеет…»), 1904
  9. Sacra Fames («Мудрость нудит выбор: «Сытость — иль свобода»…»), ок. 1904, опубл. 1911
  10. Стены Каиновы («Вас Каин основал, общественные стены…»), не позднее 1907
  11. Пасхальные свечи. II. «Христос Воскрес! Воскрес Христос…», не позднее 1907
  12. Exit Cor Ardens («Моя любовь — осенний небосвод…»), 1907
  13. Строки Валерию Брюсову («О Тайн ключарь, проникший руны…»), 1900-е, не позднее 1911
  14. Весенняя оттепель («Ленивым золотом текло…»), опубл. 1905
  15. На Родине («Посостарилось злато червонное…»), 1905
  16. Ущерб («Повечерела даль. Луг зыблется, росея…»), 1906
  17. Повилики («Повилики белые в тростниках высоких…»), 1906
  18. Мёртвая Царевна («Помертвела белая поляна…»), 1907
  19. «Твой лик напечатлелся тенью…», 1909 → Новалис
  20. «Почиет луч загадочного знака…», 1909 → Новалис
  21. Fata morgana («Так долго с пророческим мёдом…»), не позднее 1910
    Бельт, 1910
  22. 1. «С утра стучит и числит посох…», 1910
  23. 2. «Но ты всё та ж, душа, что встаре!..», 1910
  24. 3. «Гул ветра словно стон по елям…», 1910
  25. 4. «Где не с лампадой рудокопа…», 1910
  26. 5. «Ни тьма, ни свет: сестры и брата…», 1910
  27. 6. «Душа, прими и Север серый…», 1910
  28. 7. «До хмурых сосен, в сумрак бледный…», 1910
  29. 8. «В тебе ли всё, что сердцу светит…», 1910
  30. 9. «Цветёт по зарослям прибрежным…», 1910
  31. Славянская женственность («Как речь славянская лелеет…»), не позднее 1911
  32. Leoni Aquila Alas («Мы препоясаны мечом…»), не позднее 1911
  33. Turris eburnea I. «Изваяна не из камений — из слоновой кости Башня…», не позднее 1911
  34. Новые газэлы о розе. I. Роза огня («Если, хоть раз, видел твой взор — огни розы…»), не позднее 1911
  35. Новые газэлы о розе. IV. Роза крови («Мой дар — алый! Алые кровью несу — розы Адона…»), не позднее 1911
  36. Signum Rosae. Huitain («Где Роза дышит, место свято…»), не позднее 1911
  37. Rosa Centifolia. Триолет («Я розу пел на сто ладов…»), не позднее 1911
  38. Молчание («Вся горит — и безмолвствует роза…»), не позднее 1911
    Eden, не позднее 1911
  39. 1. «О глубина любви, премудрости и силы…», не позднее 1911
  40. 2. «Не знаем счастья мы, как невод золотого…», не позднее 1911
  41. 3. «Где лёгких веяний лелеют растворенья…», не позднее 1911
  42. 4. «То счастье не на миг, не дар судеб и часа…», не позднее 1911
  43. 5. «То — Индия души, таинственно разверстой…», не позднее 1911
  44. 6. «И только грудь вздохнёт: «Твоя да будет Воля»…», не позднее 1911
  45. Уста зари («Как уста, заря багряная горит…»), опубл. 1912
  46. Весы («Какой прозрачный блеск! Печаль и тишина…»), 1913
    Алкей и Сафо, 1914
  47. XIII. К Сафо («Святая Сафо!..»), 1914 → Алкей
  48. XIV. Зима («Дождит Отец Зевс с неба ненастного…», 1914 → Алкей
  49. XXXVIII. На Питтака («Зевс-отец! Лидийцы златых статеров…»), 1914 → Алкей
  50. XLII. «Где в простор морской пурпуровой соли…», 1914 → Алкей
  51. XXIX. Брачный пир («Напиток в котле…»), 1914 → Сафо
  52. XXX. «Я негу люблю…», 1914 → Сафо
  53. [C]. «Дева, в томных розах стыда и неги!..», (Подражание Сафо), 1914
  54. CVII. К Подругам («Будет день — и к вам, молодые девы…»), 1914 → Сафо
  55. CVIII. К Подругам («Мимолетна младость; но будет мило…»), 1914 → Сафо
  56. CX. К Гонгиле («Где ты? Мы зовём,— покажись, Гонгила!…»), 1914 → Сафо
  57. CXI. Конец Свадебной песни («Пели мы всю ночь про твою, счастливец…»), 1914 → Сафо
  58. Фламинго («Плоской чашей, розовой по краю...»), 1915
    Серебряный бор, 1919
  59. 4. «В какой гармонии Природа...», 1919
  60. 6. «Уязвило жарким жалом утро бор...», 1919
  61. 8. «Какою ленью дышит лес...», 1919
FlamingokopfAusKoerperteileDerVoegel1.png




70. Константин Дмитриевич Бальмонт (1867—1942)

Константин Дмитриевич Бальмонт в 1892 году. Деталь из группового фото.

Рождается внезапная строка,
За ней встаёт немедленно другая,
Мелькает третья ей издалека,
Четвёртая смеётся набегая.

И пятая, и после, и потом,
Откуда, сколько, я и сам не знаю,
Но я не размышляю над стихом,
И право никогда — не сочиняю.

<1905>

Так искренне, ясно, легко и не без остроумия Константин Дмитриевич Бальмонт описал свой творческий метод — нанесение на бумагу того, что спонтанно рождается в голове, без сомнения и размышления. Понятно, что с таким отношением легко прослыть за графомана — то, что с ним, как раз, и произошло. Стихи Бальмонта легко критикивать. «Вы часто находите у него и такие строфы, которые многословны и неприятно шумливы, даже неблагозвучны, которые далеки от поэзии и обнаруживают прорывы и провалы в рассудочную, риторическую прозу. В его книгах вообще очень много лишнего, слишком большое количество слов», — так писал о них Юлий Исаевич Айхенвальд в 1910 году, и продолжал: «В общем, Бальмонт не подвергает себя никакой самодисциплине. Не Автомедон своей колесницы, он, к сожалению, правду говорит, когда, в „Фейных сказках“, сообщает нам, как он пишет стихи:

…………………………………….
Но я не размышляю над стихом.

Напрасно. Размышлением нельзя создавать стихов, но можно и должно их проверять. Отказавшись от этого, неразмышляющий поэт и обнаружил в себе роковое отсутствие художественной скупости, художественной строгости. Не сдержанный, совсем не классик, он распустил свои слова и часто выбирает и особенно соединяет их между собою — без внутренней необходимости. Его слова и их сочетания заменимы, и пристального взгляда, требовательной критики они порою не выдерживают. И дурно уже то, что их приходится объяснять и защищать, что они не говорят сами за себя. Эта расплывчатость и принципиальная неоправданность многих произведений Бальмонта находится ещё в связи и с тем, что он дает пышные обещания, но исполняет меньше, чем сулит. Свой собственный герольд, он как бы предшествует самому себе и очень громко трубит в звучные фанфары своих предисловий и слов, сам характеризует себя, там и здесь возвещает своё художническое credo. Но так оно обще, что становится бессодержательным, и его поэтические формулы, слишком широкие, ни к чему не обязывают. Он вообще любит широкий размах, великолепие, роскошь, или щегольство, так что все это даже утомляет и почти граничит с дурным тоном». Ю. И. Айхенвальд: Бальмонт. Из книги: Силуэты русских писателей. В 3 вып. М., 1906—1910; 2-е изд. М., 1908—1913.

Гораздо более сжата и ёмка характеристика, данная Михаилом Леоновичем Гаспаровым в 1993 году: «БАЛЬМÓНТ (наст. фам. — Бáльмонт) Константин Дмитриевич (1867—1942, Париж) из всех символистов первым получил общечитательское признание и первым его утратил („исписался“), сохранив, однако, славу самого „певучего“ поэта эпохи. Его заслуга — разработка сверхдлинных размеров (часто с внутренними рифмами) и удлиненных рифмических цепей». Русские стихи 1890-х-1925-го годов в комментариях. Москва: Высшая школа, 1993. — 272 с. Значит, есть что-то в его поэзии, способное вызывать уважение подлинных ценителей, и читатель, вооружившись терпением, как тот петух из эзоповской басни, может отыскать для себя в исполинском ворохе его поэтической продукции настоящие жемчужины, а их у него предостаточно.

Вот примеры восьмистиший, составленных из длинных строк шестистопного амфибрахия, написанных Бальмонтом в 1923 году в эмиграции:

ВЕРБЛЮДЫ


Прошли караваном верблюды, качая своими тюками.
Нога на широком копыте в суставе сгибалась слегка.
Изящна походка верблюда. Красивы верблюды с горбами.
И смотрят глаза их далеко. Глядят на людей свысока.

Когда же достигнут до цели, мгновенно сгибают колени.
Как будто свершают молитву с сыновьим почтеньем к земле.
Недвижны в песках изваянья. На золоте красные тени.
Вот выбрызнут звезды по небу, ожившие угли в золе.

1923
МЕДВЯНАЯ ТИШЬ


Медвяная тишь от луны округлой и желтоогромной
В сосновом лесу разлилась, дремотный безмолвствует бор.
И только по самым верхам скользит ветерок неуёмный,
И между высоких вершин чуть слышный идет разговор.

Далёко родимая Мать от Волги глядит до Урала,
От Белой волны на Закат, глядит чрез Алтай на Восток.
Атлантика мне говорит, что ждать остаётся мне мало,
К Родимой моей припаду, чуть только означится срок.

1923


См. также:

  1. Струя («Наклонись над колодцем, — увидишь ты там…»), 1885
    Под северным небом. Элегии, стансы, сонеты 1894
  2. XIV. «Я знаю, что значит — безумно рыдать»
  3. XV. У Скандинавских скал («Дремлют гранитные скалы, викингов приют опустевший…»)
  4. XIX. Норвежская девушка («Очи твои, голубые и чистые…»)
  5. XX. М*** («Ты — шелест нежного листка…»)
  6. XXI. Чайка («Чайка, серая чайка с печальными криками носится…»)
  7. XXIV. «О, если б мне сердце холодное…»
  8. XXVI. «Когда между тучек туманных…»
  9. XXIX. «Есть красота в постоянстве страдания…»
  10. XXXIX. Цветок («Умер бедный цветок на груди у тебя…»)
  11. XLI. Два голоса («Скользят стрижи в лазури неба чистой…»)
    В безбрежности 1895
  12. «Всё мне грезится Море да Небо глубокое…»
  13. «Вечно-безмолвное Небо, смутно-прекрасное Море…»
  14. «Нет, не могу я заснуть, и не ждать, и смириться…»
  15. Трубадур («Мадонна, солнце между звёзд, мадонн прекрасных украшенье…»)
  16. «Черноглазая лань, ты глядишь на меня…»)
  17. «Помогите! Помогите! Я один в ночной тиши…»)
  18. «Свеча горит и меркнет и вновь горит сильней…»
  19. Триолеты. 1 «Твоя застенчивая нежность…»
  20. Триолеты. 2 «Немая царственная вечность…»
  21. Триолеты. 3 «Любви цветок необычайный…»
  22. Триолеты. 4 «Ты промелькнула, как виденье…»
    Тишина. Лирические поэмы 1897
  23. Искры. 1 «Туман ли собирается…»
  24. Искры. 2 «Повсюду сказка бледная…»
  25. Искры. 3 «Как медленно движение…»
  26. Искры. 4 «За гранью отдалённою…»
  27. Искры. 5 «Но то не Смерть, печальная…»
  28. Искры. 6 «Там вечны сны блаженные…»
  29. Искры. 7 «Зачем же, — дух стремления…»
  30. «Как волны морские…»
  31. Немая тень («Немая тень среди чужих теней…»)
  32. Из-за дальних морей («Из-за дальних морей, из-за синих громад…»)
  33. Зимний дым («Дым встаёт, и к белой крыше…»)
  34. Пламя («Нет. Уходи скорей. К восторгам не зови…»)
  35. Пред картиной Греко. 1. «На картине Греко вытянулись тени…»
  36. Пред картиной Греко. 2. «Да, но безумье твое было безумье священное…»
  37. «О, волны морские, родная стихия моя…»
  38. Забытая колокольня 3. «Много лет тому назад…»
  39. Забытая колокольня 4. «И тысячи ангелов, тысячи Гениев Света…»
  40. Забытая колокольня 6. «Мы цветы срывали, нам цветы цвели…»
  41. Забытая колокольня 10. «Вы умершие, вы мертвые, хоть кажетесь живыми…»
  42. Звезда пустыни. 2. «Только что сердце молилось Тебе…»
  43. Звезда пустыни. 3. «Но замер и ветер средь мертвых песков…»
    Горящие здания. Лирика современной души, 1900
  44. «Я люблю далёкий след — от весла…»
  45. Слова любви («Слова любви, несказанные мною…»)
  46. Хлопья тумана. 4 «Я как сон пред тобой, я как сон голубой…»
  47. Закатные цветы («О, краски закатные! О, лучи невозвратные!..»)
  48. «Мой друг, есть радость и любовь…»
  49. Совесть. II. Под ярмом («Как под ярмом быки влекут тяжёлый воз…»)
  50. Бабочка («Залетевшая в комнату бабочка бьётся…»)
  51. И да, и нет. 3. «Страшны мне звери, и черви, и птицы…»
  52. И да, и нет. 4. «Лишь демоны, да гении, да люди…»
  53. Жизнь («Жизнь — отражение лунного лика в воде…»)
  54. Как паук («Как паук в себе рождает паутину…»)
  55. Альбатрос («Над пустыней ночною морей альбатрос одинокий…»)
    Будем как солнце. Книга Символов, 1903
  56. «Я знаю людей с голубыми глазами…», 1902
  57. Волны («Волна бежит. Волна с волною слита…»
  58. Белый цветок («В твои глаза взглянувши, я понял в тот же миг…»
  59. Замарашка («Бедная ты замарашка…»)
  60. Семицветник. 1. «Лесной ручей поет, не зная почему…»
  61. Семицветник. 7. «Зачем ты хочешь слов? Ужели ты не видишь…»
  62. Русалка («Если можешь, пойми. Если хочешь, возьми…»)
  63. «Я больше её не люблю…»
  64. Весёлый дождь («Весёлый дождь низлился с высоты…»)
  65. Над болотом («Над болотом позабытым брошен мост…»)
  66. «Я не знаю, что такое — презрение…»
  67. Намёк («Сгибаясь, качаясь, исполнен немой осторожности…»)
    Только любовь. Семицветник, 1903
  68. «Я не знаю мудрости, годной для других…», 1902
  69. Узел («Я нити завязал могучего узла…»), 1903
  70. Жемчуг. 3. «Паутинка сентябрьского дня…»
  71. К случайной («Опрокинулось Небо однажды, и блестящею кровью своей…»)
  72. «Чем выше образ твой был вознесён во мне…»
    Литургия красоты. Стихийные гимны 1905
  73. Юная девушка («Милая юная девушка, с глазами как сказка прекрасными…»)
  74. Серая птичка («О, серая птичка, с глазами печальными, чёрными…»)
  75. Безнадежность («Мучительная слитность…»)
  76. Бог Океан («Волны морей, безпредельно-пустынно-шумящие…»)
  77. На чёрном фоне («На чёрном фоне белый свет…»)
  78. Голубой, зелёный, жёлтый, красный («Голубой, зелёный, жёлтый, ярко-красный…»), 1905
  79. Зелёный («На странных планетах, чье имя средь нас неизвестно…»)
  80. Нежно-лиловый («Колокольчик на опушке леса…»)
  81. Хрустально-серебристый («Звуки лютни в свете лунном…»)
  82. Опалово-зимний («Лёгкий слой чуть выпавшего снега…»)
    Фейные сказки. Детские песенки, 1905
  83. Трудно фее (««Фея» шепнули сирени…»)
  84. Фея и снежинки («Катаясь на коньках…»)
  85. Три песчинки («Что можно сделать из трёх песчинок?..»)
  86. Шелковинка («Из тонкой шелковинки я ниточку пряду…»)
  87. Как я пишу стихи («Рождается внезапная строка…»)
  88. Лучше («Я не хотел бы стать грозой…»)
  89. Золотой и синий («Солнечный подсолнечник, у тына вырос ты…»)
  90. Паутинки («От сосны до сосны паутинки зажглись…»)
  91. Он спросил меня («Он спросил меня — Ты веришь?..»)
  92. Бессмертники («Бессмертники, вне жизни, я мальчик был совсем…»), 1905
  93. Осенний воздух («Пахнет грибами, листом перепрелым…»), 1905
  94. Бусинки («Моросит. Как бы росинки…»), 1905
  95. Одуванчик («В бесконечности стремленья бесконечность достиженья…»), 1905
  96. Снежинки («На детскую руку упали снежинки…»), 1905
    Злые чары. Книга заклятий, 1906
  97. Тучка («Ты родилась, чтоб тучкой быть…»)
  98. В путь («День меняется на вечер, коротается…»)
  99. Вопль («Я верю в возможную силу и правду — его, всепобедного Света…»)
  100. Полночный час («Полночный час. Ведовски-страшный час…»)
  101. В безмерном Всё («В безмерном Всё я только быстрый атом…»)
    Жар-птица. Свирель славянина, 1906
  102. Заговор Громов («Гром с Востока означает изобилие во всём…»)
  103. Целебная Криница («Конь Ильи копытом звонким бьёт — рождается криница…»)
    Песни мстителя, 1907
  104. Если хочешь («Если хочешь смести паутину…»)
    Птицы в воздухе. Строки напевные, 1908
  105. Юной кубанке («Когда я близ тебя, мне чудится Египет…»)
  106. Родное («Аллеи рек. Зеркальности озер…»)
  107. Облачная лестница («Если хочешь в край войти вечно-золотой…»)
  108. <Мы уйдём> («Мы уйдём на закате багряного дня…»)
  109. Вино («Хорошо цветут цветы, украшая сад…»)
  110. Мысли сердца («Золото лучистое я в сказку хороню…»)
  111. Блестящие мухи («Сколько блестящих мух…»)
  112. На грани («Блаженно, став на грань предела…»)
  113. Ты далеко («Ты далеко, но говоришь со мной…»)
  114. Искра («Искры малой, но горящей…»), 1908
  115. Терем мира («Каждый цветок есть цветистая планета…»)
  116. Морское («Глыбы отдельные скал, округлённые ласкою волн…»)
  117. Морские розы («Морские розы — розы белые…»)
  118. Червонные Святки («Святая неделя, Червонные Святки…»)
  119. Заклинание Стихий («Царь-Огонь, Царевич-Ветер, и Вода-Царица…»)
  120. Звук из таинств («Цветок есть расцветшее пламя, Человек — говорящий огонь…»)
  121. Слово о Судьбе («На чистое поле, под ясное Небо, под чёрное облако встань…»)
  122. Желай («Желай того, чего желают Боги…»)
  123. Хрустальный воздух («Какая грусть в прозрачности Небес…»)
  124. Прощай («Мне жаль. Бледнеют лепестки…»)
  125. Поля вечерние («Поля вечерние. Печальные закаты…»)
  126. Створки раковин («Створки раковин я вижу на песке…»)
  127. Не погасай («Не погасай, — она сказала…»)
  128. Возглас боли («Я возглас боли, я крик тоски…»)
    Хоровод времён. Всегласность 1908)
  129. «Конь к коню Гремит копыто…»
  130. «Мы оттуда, и туда, всё туда…»
  131. Люблю тебя («Люблю тебя, люблю как в первый час…»), 1908
  132. Струнность («Завершены часы священных оргий…»)
  133. Ау («Твой нежный смех был сказкою изменчивою…»)
  134. Мазурка («Я видел, как ты танцевала мазурку…»), 1907
  135. Одиночество («Я боялся людей, презирал, ненавидел их…»)
  136. Он («Хотя он похож на Огонь, он незрим…»)
  137. Место моё («Место моё — на пороге мгновенья…»)
  138. Огненная жатва («Клокочет огненное море…»)
  139. Сухой Перун («Сухой туман, когда цветенье нив…»)
  140. Вызов («Бряцать на кимвалах — умерших религий…»)
  141. Песни бесовские («Песни бесовские, песни приязные…»)
  142. Джелальэддин Руми («Тот, кто знает силу пляски…»)
  143. «Псалом Безмолвия свершается сгорая…», 1908
  144. «Какая ночь! Все звёзды. Полны числа…»
  145. «О, паденье росы, при рождении дня…»
  146. «Вызвездило. Месяц в дымке скрыт…»
    Зелёный вертоград. Слова поцелуйные 1909
  147. Свет чудесный («Свет чудесный, свет прелестный светит нам с Небес…»)
  148. Горлицы-голуби («Горлицы белые, воркуйте поутру…»)
  149. Слово Божие («Слово Божие — в пчеле…»)
  150. Ангелы небесные («Ангелы небесные…»)
  151. Простые («Мы пожалуй и простые…»)
  152. Ладан («Есть ладан и ладан. Есть ладан простой…»)
  153. Бог живой. Горлицы («Бог живой, везде живой…»)
  154. Погоня («Чей это топот? — Чей это шёпот? — Чей это светится глаз?..»)
  155. Царь-Дух («Царь Дух! Царь Дух! Царь Бог! Царь Бог!..»)
  156. Корабельщики («Будьте твёрды в буре дикой, корабельщики мои...»)
  157. В тереме высоком («Что там в тереме высоком непонятно говорят?..»)
  158. Заклятие («Ни отцу, ни матери, ни племени, ни роду...»)
  159. Иконостас («На моём иконостасе — Солнце, Звёзды, и Луна…»)
  160. Херувимская («Выше, ниже, Херувимы, образующие тайно...»)
  161. Осанна («Что было у вас за пирами?..»)
    Зарево зорь 1912
  162. Огнебагрянка («Расцвела в лесу огнебагрянка…»), опубл. 1912
  163. В зареве зорь («С сердцем ли споришь ты? Милая! Милая!..»), 1910
  164. Всё ближе («Всё ближе, и ближе к заветному краю, ещё, и ещё, и совсем…»), опубл. 1912
  165. Колосья («Качаются, качаются…»), опубл. 1912
  166. Зима («Ветры зиму строят на высотах…»), опубл. 1912
  167. Серебряный путь («Снег был за-ночь. Убелилась верея…»), опубл. 1912
  168. В снежной замети («В снежной замети кружиться...»), опубл. 1912
  169. Рыдальщица («Рыдальщица! Зачем рыдать?..»), опубл. 1912
  170. Приближаясь к Александрии («Заходящее солнце уходило за море…»), 1909—11
  171. Прекрасней Египта («Прекрасней Египта наш Север…»), 1911
    Белый зодчий, 1914
       Златые вёдра
  172. Алтарь («Разбросала в глубинностях Неба рука неземного Художника…»)
  173. Сириус («Ослепительный, как Солнце, южный Сириус горит…»)
  174. В ночах («Далеко от минутных разговоров и споров…»)
  175. Ночные волшебства («Я взял полумесяцы, месяцы, и самые круглые луны…»)
  176. Извив («Если гирляндой гремучей…»)
  177. На старых канатах («На старых канатах, изведавших бурю и брызги солёной волны…»)
  178. Частью-частицей («Частью-частицей морей и ветров и ночей и рассветов…»)
  179. Летучие («Что пенно мелькает…»)
  180. Тонкий бисер («Тонкий бисер капелек росистых…»)
  181. Магей-Агава («Я магей восхвалю на гремучем тамтаме…»)
  182. В океане («Солнце опять утонуло в Океане за влажною далью…»)
  183. Жемчужина («Посмотри, в просторах матовых потухающей зари…»)
  184. В дымке («Флейты звук, зоревой, голубой…»)
  185. На грани («Я держу себя на грани…»)
  186. Страсть («Страстью зачался мир…»)
  187. Гобелен 1. («Мгла замглила даль долины…»)
       Жужжанье струн
  188. Цветная раковина («Цветная раковина, на сушу брошенная…»)
  189. Рот («Ртом, от бетеля красным…»)
  190. Зеркало («Ширяют ласточки над зеркалом пруда…»)
  191. Венец («Глубокий пруд. Отлоги берега…»)
  192. Язык любви («Язык любви есть листья, шорох листьев…»)
  193. Ты не видал («Ты не видал, а я увидел воздушно-алые атоллы…»)
  194. Коралловые острова («Море как озеро, безглагольно-лагунное…»)
  195. Круглое зеркало («Лагунный атолл это луг заливной…»)
  196. Риф («Днём и ночью шумит неустанный бурун…»)
  197. Заворожённые («Тонга-Табу, Юг Священный, Край Заворожённый…»)
  198. Рассвет («Рассветный свет по пламеням идёт…»)
  199. Жемчуга («Тонга-Табу и Самоа — две жемчужины морей…»)
  200. Уплывает корабль («Уплывает корабль, уплывает, восставая на дальней черте…»)
       Золотое яйцо
  201. Ночью («Для каждого есть возжеланье быть в тихом покое…»)
  202. На опушке («Луг, золотой от весенних цветов…»)
  203. Два сокола («Белый сокол, светлый сокол, он отец…»)
  204. Степь («Я иду, иду. Всюду степь и степь…»)
  205. В степях («Здесь мы бродим на степи. Говорим себе: Терпи…»)
  206. Колос («Колос полный, колос спелый, золотой…»)
  207. Русь («Русь — русло реки всемирной…»)
  208. В июле («Сухой короткий треск кузнечика…»)
  209. Бродяга («Бродяга я. До холодов, с грозой…»)
       Южный Крест
  210. Заповедь («Не убивай. Не отнимай. Не соблазняй — несоблазнённый…»)
  211. Светоч юга («С каждой ночью всё направо содвигался Орион…»)
  212. Ковчег вечерний («Луна взошла за Океаном…»)
  213. Напевы рун («Напевы рун звучат — но лишь для взора…»)
  214. Не искушай («Мать Матерей, родимая Земля…»)
  215. Щит («Бывший круглым, Лунный Щит…»)
  216. Дух («В Духе мы рождаемся…»)
  217. Лазарь («Лазарь в своих пеленах…»)
  218. Я знаю («Песчинки дождя золотого, который излился однажды…»)
  219. Камень четырёх граней. 2. («Я — Земля, Земля!..»)
    Ясень. Видение древа, 1916
  220. Звук звуков («Сейчас на Севере горит луна...»), 1916
    Дар Земле 1921
  221. Золотые столбы («Золотые столбы лучей...»)
  222. Ночная бабочка («Белая бабочка сказки полночной...»)
  223. Созвенные («Высокий кокошник. Наряд нарочитый...»)
  224. Дуга («Луна затерялась за гранью зубчатой, окутанных дымкою, гор...»)
  225. Бесспорно («Ожидая неожиданное...»)
  226. Цельность счастья («Цельность счастья, это — счастие вдвойне...»)
  227. Судьба («Я не верила, я поверила...»)
  228. Твои глаза («Твои глаза — простор души твоей...»)
  229. Идущая прямо («Ты знаешь страсть, но чувственности нет...»)
  230. Минута («Хороша эта женщина в майском закате...»)
  231. Вино («Я пил с тобой вино, ему же нет названья...»)
  232. Беседка. 1. «Мне хочется уйти с тобой в беседку...»
  233. Беседка. 4. «Мне радостно и больно...»
  234. Беседка. 5. «В моё окно в ночи всегда глядит звезда...»
  235. Беседка. 7. «Как метель опушила деревья...»
  236. Эсфирь («Я потонул в голубой небошири...»)
  237. Лия («Причудливая Лия...»)
  238. Мейта («О, нежная Мейта...»)
  239. София («Звук София — лозунг мудрый...»)
  240. Мерцанье («Глаза затянутые дымкой томной неги...»)
  241. Ночь («Ночь, с миллионами солнц, разбросавшихся в дали бездонной...»)
  242. Маяк («Мы не знаем, какие влияния звёзд без конца отдалённых...»)
  243. Звёздный водомёт («‎Я видел звёздный водомёт...»)
    Моё — ей. Россия. Стихи 1923
  244. Верблюды («Прошли караваном верблюды, качая своими тюками...»)
  245. Ресницы («На глаза, утомленные зреньем, опусти затененьем ресницы...»)
  246. Топь («В сквозном теченьи мглы трясины вязки...»)
  247. Околдованный 3 («Я узнал, как дышат корни всех растений...»)
  248. Ощупь («Всеохватная ощупь зеленой листвы...»)
  249. Перун («Перун! Перун! Перо орла...»)
  250. Медвяная тишь («Медвяная тишь от луны округлой и желтоогромной...»)
    Не вошедшее в сборники
  251. Вячеславу Иванову («Когда умолк вдали тяжелый шум лавин…»), без даты
  252. Неприступный храм («Мир опять в кровавой древней саге…»), опубл. 1927
  253. Уток тканья («Над синим морем, ходом дня взметаем…»), опубл. 1927
  254. Воскликновение («Из всех таинственный, кем столько песен спето…»), без даты
    Переводы
  255. Маленький мальчик, потерявшийся («“Отец, отец, куда ты идешь?..»), опубл. 1921 → Блейк, ок. 1789
  256. Станса, написанная в Брэкнеле («Мне в грудь упал твой нежный влажный взгляд…»), 1893—96 → Шелли, 1814
  257. К поющей. Отрывок («Мой дух ладьею зачарованной…»), 1893—96 → Шелли, 1817
  258. К Музыке. Отрывок («Целебных слёз родник прозрачный!..»), 1893—96 → Шелли, 1817
  259. Музыка. Отрывок («Нет, Музыку ты не зови…»), 1893—96 → Шелли, 1817
  260. «Орёл могучий, ты паришь…», 1893—96 → Шелли, 1817
  261. Утраченный руководитель («Я плачу, скорбь моя необычайна…»), 1893—96 → Шелли, 1818
  262. Отрывок («Иди за мною, в глубь лесную…»), 1893—96 → Шелли, 1819
  263. Воспоминание и желание. Отрывок («Там, где-то, может быть, с небесными тенями…»), 1893—96 → Шелли, 1819
  264. Предчувствия. Отрывок («Не будет ли сегодняшнего дня?..»), 1893—96 → Шелли, 1819
  265. «Я ласк твоих страшусь, как горьких мук…», 1893—96 → Шелли, 1820
  266. Дух Мильтона («Мне снилось, дух Мильтона, мощный, встал…»), 1893—96 → Шелли, 1820
  267. К*** («Пусть отзвучит гармоничное, нежное пенье…»), 1893—96 → Шелли, 1820
  268. К Эдуарду Уильэмсу. 1. «Из райской области навеки изгнан змей…», 1893—96 → Шелли, 1821
  269. К Эдуарду Уильэмсу. 2. «Я ненавистью горд, — презрением доволен…», 1893—96 → Шелли, 1821
  270. К Эдуарду Уильэмсу. 3. «И потому, когда, друзья, мой милый друг…», 1893—96 → Шелли, 1821
  271. К Эдуарду Уильэмсу. 4. «Когда я прихожу в свой дом, такой холодный…», 1893—96 → Шелли, 1821
  272. К Эдуарду Уильэмсу. 5. «Сегодня целый час, перебирая цвет…», 1893—96 → Шелли, 1821
  273. К Эдуарду Уильэмсу. 6. «Журавль, ища гнезда, через моря стремится…», 1893—96 → Шелли, 1821
  274. К Эдуарду Уильэмсу. 7. «Я ей вчера сказал, как думает она…», 1893—96 → Шелли, 1821
  275. Завтра («Где Завтрашний день? Где ты, призрак желанный?..»), 1893—96 → Шелли, 1821
  276. Цукка. 1. «Погасло Лето, Осень золотая…», 1893—96 → Шелли, 1821
  277. Цукка. 2. «Погасло Лето, — я живу, скорбя…», 1893—96 → Шелли, 1821
  278. Цукка. 3. «Любил я — о, не вас я разумею…», 1893—96 → Шелли, 1821
  279. Цукка. 4. «Ни на Земле, ни в Небе, ты ни в чём…», 1893—96 → Шелли, 1821
  280. Цукка. 5. «В цветах, в деревьях, в водах, и в долинах…», 1893—96 → Шелли, 1821
  281. Цукка. 6. «И так я шёл, терзаясь и скорбя…», 1893—96 → Шелли, 1821
  282. Цукка. 7. «Я взял его и между стенок вазы…», 1893—96 → Шелли, 1821
  283. Цукка. 8. «Влиянием лучей и теплоты…», 1893—96 → Шелли, 1821
  284. Цукка. 9. «Тот стебель стал бы сильным и прекрасным…», 1893—96 → Шелли, 1821
  285. Цукка. 10. «И сердце в нём раскрылось негой снов…», 1893—96 → Шелли, 1821
  286. Похоронная песнь («О, ветер, плачущий уныло…»), 1893—96 → Шелли, 1822
  287. «Я не скорблю, что мой земной удел…», 1901 → По, 1828
  288. Стансы для музыки. 1. «Кто сравнится в высшем споре…», 1903 → Байрон, 1816
  289. Стансы для музыки. 2. «В полночь месяц чуть колышет…», 1903 → Байрон, 1816
  290. В уровень с водой («Так быстро стремится ладья моя в зеркале вод…»), 1923 → Ду Фу, VIII век
  291. «Я слышу, меня обвиняют, что я подрываю основы…», без даты → Уитмен, XIX век
  292. «Мне снилось во сне, что я вижу неведомый город…», без даты → Уитмен, XIX век
  293. «Солнце взошло среди туч...»Армянская народная песня
  294. «Дай мне, Боже, крылья лебедины...» Болгарская народная песня
  295. «Хорошо проснуться раным-рано...»Хорватская народная песня


Calligrafie, Jan Van De Velde (1605).jpg




© Д. Смирнов-Садовский. Составление. Комментарии. Дизайн.