Человек, который был Четвергом (Честертон)

Материал из Wikilivres.ru
Перейти к навигацииПерейти к поиску

Человек, который был Четвергом (страшный сон)
автор Гилберт Кийт Честертон, пер. Наталья Леонидовна Трауберг
Язык оригинала: английский. Название в оригинале: The Man Who Was Thursday
{{#invoke:Header|editionsList|}}


Гилберт Кийт Честертон


Человек, который был Четвергом

(страшный сон)


Эдмонду Клерихью Бентли[1]


Клубились тучи, ветер выл,
и мир дышал распадом
В те дни, когда мы вышли в путь
с неомраченным взглядом.
Наука славила свой нуль,
искусством правил бред;
Лишь мы смеялись, как могли,
по молодости лет.
Уродливый пороков бал
нас окружал тогда —
Распутство без веселья
и трусость без стыда.
Казался проблеском во тьме
лишь Уистлера[2] вихор,
Мужчины, как берет с пером,
носили свой позор.
Как осень, чахла жизнь, а смерть
жужжала, как комар;
Воистину был этот мир
непоправимо стар.
Они сумели исказить
и самый скромный грех,
Честь оказалась не в чести, —
но, к счастью, не для всех.
Пусть были мы глупы, слабы
перед напором тьмы —
Но черному Ваалу
не поклонились мы,
Ребячеством увлечены,
мы строили с тобой
Валы и башни из песка,
чтоб задержать прибой.
Мы скоморошили вовсю
и, видно, неспроста:
Когда молчат колокола,
звенит колпак шута.

Но мы сражались не одни,
подняв на башне флаг,
Гиганты брезжили меж туч
и разгоняли мрак.
Я вновь беру заветный том,
я слышу дальний зов,
Летящий с Поманока[3]
бурливых берегов;
«Зеленая гвоздика»[4]
увяла вмиг, увы! —
Когда пронесся ураган
над листьями травы[5];
И благодатно и свежо,
как в дождь синичья трель,
Песнь Тузиталы[6] разнеслась
за тридевять земель.
Так в сумерках синичья трель
звенит издалека,
В которой правда и мечта,
отрада и тоска.
Мы были юны, и Господь
еще сподобил нас
Узреть Республики триумф
и обновленья час,
И обретенный Град Души,
в котором рабства нет, —
Блаженны те[7], что в темноте
уверовали в свет.

То повесть миновавших дней;
лишь ты поймешь один,
Какой зиял пред нами ад,
таивший яд и сплин,
Каких он идолов рождал,
давно разбитых в прах,
Какие дьяволы на нас
нагнать хотели страх.
Кто это знает, как не ты,
кто так меня поймет?
Горяч был наших споров пыл,
тяжел сомнений гнет.
Сомненья гнали нас во тьму
по улицам ночным;
И лишь с рассветом в головах
рассеивался дым.
Мы, слава Богу, наконец
пришли к простым вещам,
Пустили корни — и стареть
уже не страшно нам.
Есть вера в жизни, есть семья,
привычные труды;
Нам есть о чем потолковать,
но спорить нет нужды.[8]


Содержание

Примечания

  1. Бентли, Эдмунд Клерихью (1875-1956) — школьный друг Честертона, писатель и журналист.
  2. Уистлер, Джеймс Мак Нил (1834-1903) — американский художник; с 1855 г. жил в Англии и во Франции. Для молодого Честертона — как и для многих — он воплощал самый дух «конца века».
  3. Поманок — индейское название о-ва Лонг-Айленд, где родился Уолт Уитмен (1819-1892).
  4. «Зеленая гвоздика» — роман Р. Хигенса; эмблема декадентов, носивших этот странный цветок в петлице.
  5. …над листьями травы… — Речь идет о сборнике стихов Уолта Уитмена «Листья травы» (1855).
  6. Тузитала — прозвище, которое дали жители о-ва Самоа Роберту Луису Стивенсону.
  7. Блаженны те… — Парафраза евангельских слов «Блаженны не видевшие и уверовавшие» (Ин. 20: 23).
  8. © Перевод Г. М. Кружкова. Non-commercial.


Info icon.png Данное произведение является собственностью своего правообладателя и представлено здесь исключительно в ознакомительных целях. Если правообладатель не согласен с публикацией, она будет удалена по первому требованию. / This work belongs to its legal owner and presented here for informational purposes only. If the owner does not agree with the publication, it will be removed upon request.