Хроника текущих событий/20

Материал из Wikilivres.ru
Перейти к навигацииПерейти к поиску

Хроника текущих событий — выпуск 20
{{#invoke:Header|editionsList|}}


ДВИЖЕНИЕ В ЗАЩИТУ ПРАВ ЧЕЛОВЕКА В СОВЕТСКОМ СОЮЗЕ ПРОДОЛЖАЕТСЯ

       Х Р О Н И К А   Т Е К У Щ И Х   С О Б Ы Т И Й
                            Каждый человек  имеет  право   на
                            свободу  убеждений и на свободное
                            выражение их;  это право включает
                            свободу          беспрепятственно
                            придерживаться своих убеждений  и
                            свободу    искать,   получать   и
                            распространять информацию и  идеи
                            любыми средствами и независимо от
                            государственных границ.
                            ВСЕОБЩАЯ ДЕКЛАРАЦИЯ ПРАВ ЧЕЛОВЕКА,
                            статья 19
                      ВЫПУСК ДВАДЦАТЫЙ
    2 июля 1971 г.

СОДЕРЖАНИЕ: Политические процессы (май-июнь 1971 г.). -

               Движение  месхов  за возвращение на родину.  -
               Внесудебные    преследования.    -     Краткие
               сообщения.  - Новости Самиздата.- Некролог.  -
               Дополнение.
                   ГОД ИЗДАНИЯ ЧЕТВЕРТЫЙ

.



    ПОЛИТИЧЕСКИЕ ПРОЦЕССЫ (май-июнь 1971 г.)
    ЛЕНИНГРАДСКИЙ ПРОЦЕСС "ОКОЛОСАМОЛЕТЧИКОВ"
    Дело слушалось в Ленинградском горсуде 11-20 мая 1971  г.

Обвиняемые:

    1. ГИЛЯ ИЗРАИЛЕВИЧ БУТМАН,  39 лет,  инженер,  ст. ст. 17

(соучастие) 64-а, 70-1, 72, 189-1 УК РСФСР.

    2. МИХАИЛ СЕМЕНОВИЧ КОРЕНБЛИТ,  34 года, зубной врач, ст.

ст. 17, 64-а, 70-1, 72.

    3. ВЛАДИМИР      ОШЕРОВИЧ      МОГИЛЕВЕР,     30     лет,

инженер-математик, ст. ст. 70-1, 72, 189-1.

    4. СОЛОМОН ГИРШЕВИЧ ДРЕЙЗНЕР,  39 лет,  инженер,  ст. ст.

70-1, 72, 189-1.

    5. ЛАССАЛЬ САМОЙЛОВИЧ КАМИНСКИЙ, 41 год, инженер, ст. ст.

70-1, 72, 189-1.

    6. ЛЕВ НАУМОВИЧ ЯГМАН, 30 лет, инженер, ст. ст. 70-1, 72,

189-1.

    7. ЛЕВ ЛЕЙБОВИЧ КОРЕНБЛИТ, 48 лет, физик, канд. наук, ст.

ст. 70-1, 72, 189-1.

    8. ВИКТОР НОЕВИЧ БОГУСЛАВСКИЙ,  31 год,  инженер, ст. ст.

70- 1, 72.

    9. ВИКТОР ШТИЛЬБАНС, врач, ст. ст. 70-1, 72 УК РСФСР.
    Состав суда:  председатель - зам. председателя Ленгорсуда

Н.С.ИСАКОВА. Обвинители - ст. помощник прокурора г. Ленинграда И.В.КАТУКОВА и пом. прокурора ПОНОМАРЕВ. Защита - адвокаты: БУТМАНА - БРЕЙМАН, М.КОРЕНБЛИТА - БУЗИНЕР, МОГИЛЕВЕРА - ХЕЙФЕЦ, ДРЕЙЗНЕРА - ВИШНЕВСКИЙ, КАМИНСКОГО - РОЖДЕСТВЕНСКИЙ, ЯГМАНА - СТРЯПУНИН, Л.КОРЕНБЛИТА - ЧЕРНЯК, БОГУСЛАВСКОГО - ЗЕРКИН, ШТИЛЬБАНСА - ЯРЖЕНЕЦ.

    Обвинительное заключение:   Международный  сионизм  ведет

подрывную деятельность против социалистических стран, пытаясь осуществить идеологическую диверсию против СССР к других социалистических стран, распространяет клеветнические статьи, засылает туристов. Это способствовало созданию в Ленинграде сионистской антисоветской организации.

    Следствием установлено,    что    лица,    вступившие   в

организацию, поддерживали связь с сионистскими кругами Израиля, активно занимались враждебной деятельностью, клеветали на советскую внутреннюю и внешнюю политику, развивали эмигрантские настроения, склоняя лиц еврейской национальности к выезду в Израиль, используя для этого антисоветскую сионистскую литературу, в том числе изданную в капиталистических странах. Они создали комитет, имели связи с другими городами, стремились к конспирации, собирали членские взносы, использовали посылки из Израиля и от фирмы "Динерман". Они распространяли следующую антисоветскую литературу: УРИС "Исход", КЕННАН "Фельетон", "Итон" N 1, "Итон" N 2, "За возвращение евреев на Родину", сборник клеветнических писем "Исход".

    На вопрос:  "Признаете  ли  себя  виновными?"  обвиняемые

ответили:

    Г.БУТМАН - по ст.ст.70, 72, 189 - да; по ст. ст. 17, 64-а

- нет.

    М.КОРЕНБЛИТ - по ст.ст.70, 72 - да; по ст. ст. 17, 64-а -

частично, лишь факты.

    В.МОГИЛЕВЕР - по всем статьям - да.
    С.ДРЕЙЗНЕР - по всем статьям - да.
    Л.КАМИНСКИЙ - по ст.  ст. 70, 72 - частично, по ст. 189-1
    э

- нет.

    Л.ЯГМАН - по ст. ст. 70, 72 - нет, по ст. 189 - да.*

__________

    * - См. наст. выпуск.
    Л.КОРЕНБЛИТ - по всем статьям - да.
    В.БОГУСЛАВСКИЙ - по всем статьям - нет.
    В.ШТИЛЬБАНС - по всем статьям - да.
    Допрос подсудимых:
    Г.БУТМАН заявил,  что он с товарищами создал  сионистскую

организацию, ставившую целью борьбу против ассимиляции евреев и за право выезда в Израиль. Они изучали язык и историю еврейского народа, изготовляли литературу, часть которой признана судом антисоветской, он же ее ранее антисоветской не считал. Он не стремился подрывать советский строй, но, возможно, это случилось неумышленно. В самом конце декабря 1969 - начале 1970 г. он собирался вместе с ДЫМШИЦЕМ покинуть СССР нелегально, на самолете, и готовил эту акцию, но затем понял, что этот вариант неприемлем и добровольно отказался от него (примерно 9-10 апреля 1970 г.). К тому же и Израиль был против. Для осуществления своей мечты - переезда на постоянное жительство в государство Израиль - он запросил у своих родных вызов на всю семью. Начиная с середины апреля и до конца мая он энергично принимал все возможные меры для того, чтобы пресечь эту акцию (нелегальный переход границы) и уже 26 мая 1970 г. был твердо убежден, что полностью предотвратил возможность осуществления этой операции.

   М.КОРЕНБЛИТ заявил,  что  хочет  уехать в Израиль.  Изучал

язык, историю. Подал заявление в ОВИР, но получил отказ. Когда БУТМАН предложил ему нелегально покинуть СССР на самолете, сразу же согласился, но вскоре стал сомневаться в правильности такого пути, а под влиянием МОГИЛЕВЕРА, ЧЕРНОГЛАЗА и КАМИНСКОГО вообще отказался от этого плана. Как член организации, хранил дома книги по истории Израиля, помогал в проведении конференций, где принимались устав к программа организации. Его возмущали преступления арабов-террористов, убивающих детей и женщин. В своей деятельности раскаивается. В заключение сказал: "Факт, что на скамье подсудимых евреи с высшим образованием, доказывает, что в СССР нет антисемитизма".

    В.ШТИЛЬБАНС показал:  он  -  случайный  человек  в   этой

группе. Одно время хотел уехать в Израиль нелегально, на самолете, и как врач готовил снотворное для пилотов, но потом отказался от этого плана. Сейчас во всем раскаивается, критикует сионистских экстремистов.

    В.МОГИЛЕВЕР был    одним   из   основателей   сионистской

организации. Занимался культурно-просветительной работой, обучал языку иврит, составлял учебники. Хотел уехать в Израиль, подал документы в ОВИР, в октябре 1969 г. получил отказ. Подписывал коллективные письма в советские органы, передавал за рубеж. Свою деятельность ранее не считал антисоветской. При изготовлении литературы стремился, чтобы в ней не было ничего антисоветского. Сожалеет об отдельных антисоветских высказываниях, так как не хотел наносить ущерба советской власти.

    С.ДРЕЙЗНЕР признал   себя   виновным.  Он  был  одним  из

основателей организации, участвовал в ее конференции, был членом комитета. Считал своим долгом способствовать изучению еврейского языка и культуры, борьбе за право выезда в Израиль. Знал, что у организации имеется похищенный множительный аппарат "Эра", монтировал его узлы. Этот аппарат предназначался исключительно для изготовления учебников языка иврит, но ни разу не был использован. К операции с самолетом относился отрицательно.

    Л.КОРЕНБЛИТ родился в Бессарабии, до 18 лет был румынским

подданным. Воспитывался в традиционном еврейском духе. Почти все члены его большой семьи погибли в концлагерях и гетто. Образование государства Израиль воспринято bм как единственная защита и убежище для оставшихся в живых евреев. "Как выяснилось в ходе следствия, - сказал Л.КОРЕНБЛИТ, - я абсолютно превратно толковал термин "антисоветский". Я считал, что к антисоветской можно отнести литературу, призывающую к свержению советской власти, изменению советского строя. Как мне растолковали за прошедшее со дня моего ареста время, "антисоветским" считается любое положение, расходящееся с официальной советской линией, все, что не совпадает и противоречит букве советской газетной статьи. В этом смысле те статьи, в которых выражались симпатия к Израилю и поддержка его борьбы за существование, действительно являются "антисоветскими", хотя Советский Союз там может не упоминаться. Поэтому я призна. себя виновным в распространении, изготовлении и хранении "антисоветской" литературы и готов понести наказание за это".

    Л.ЯГМАН в  1969  г.  вместе  с  семьей подал заявление на

выезд в Израиль, но получал отказы. Стал писать в различные инстанции, но снова получал отказы. Он и его товарищи не преследовали целей подрыва и ослабления советского государства. Они писали коллективные письма, чтобы добиться разрешения на выезд. Первое их них - открытое письмо в газету "Правда". В "Правде" он его не видел, но зато увидел на столе у следователя. Второе - письмо У ТАНУ с просьбой помочь выехать в Израиль. Не признал себя виновным по ст. ст. 70, 72, так как не считает организацию антисоветской, и по ст. 189,* так как не знал, что копировальный аппарат похищен.

__________

    * - См. наст. выпуск.
    Л.КАМИНСКИЙ 20 лет мечтал об отъезде в Израиль. В 1967 г.

впервые подал документы в ОВИР. Познакомился с БУТМАНОМ и ДРЕЙЗНЕРОМ, видел в них единомышленников, изучал у БУТМАНА иврит, потом изготовлял учебники, распространял литературу по еврейскому вопросу. Они никогда не ставили своей целью подрыв и ослабление советского строя. Это не под силу не только их группе, но и многим империалистическим государствам. В литературе, которую изготовляла и распространяла организация, его привлекали сведения по истории Израиля, о жизни в этой стране, а не случайно вкрадывавшиеся антисоветские высказывания. Такими материалами, признанными следствием "антисоветскими", были "Итон" 1, "Итон" 2, "Агрессоры" МНЯЧКО, сборник писем "Исход" и "За возвращение на Родину". Организацию считает не антисоветской, а сионистской, понимал как движение за объединение евреев в Израиле. Они не отождествляли себя с теми сионистами, которые устраивают дебоши у советских учреждений за границей.

    В.БОГУСЛАВСКИЙ занимался   брошюровкой   "Итона"  N  1  и

"Итона" N 2. Он не всегда был согласен с их содержанием, так как там встречались высказывания против советского правительства, и он, как и его сотрудник Л.КОРЕНБЛИТ, предлагал прекратить выпуск "Итонов". Перевел главу книги "Путь к войне". При обыске у него были изъяты личные рукописи, которые теперь ему инкриминируются, но он их не распространял.

    Во время допроса судья постоянно прерывала  подсудимых  и

адвокатов, требовала точного повторения сказанного на предварительном следствии.

    В числе  свидетелей  допрашивались  осужденные  в декабре

1970 г. по делу "самолетчиков" МАРК ДЫМШИЦ, ЭДУАРД КУЗНЕЦОВ, СИЛЬВА ЗАЛМАНСОН, ИОСИФ МЕНДЕЛЕВИЧ. Они показали, что обвиняемые на этом процессе были категорически против нелегального перехода границы. БУТМАН и КОРЕНБЛИТ Л. отговаривали от попытки захватить самолет.

    Свидетель Б.МАФЦЕР   (см.   "Рижский   процесс  четырех",

настоящий вып. "Хроники") показал, что подсудимые были против антисоветских высказываний, имевшихся в статьях "Итона", они требовали, чтобы "Итон" был тщательно отредактирован и не содержал ничего порочащего советскую власть.

    Другие свидетели (всего их было  допрошено  более  сорока

человек) характеризовали организацию как культурно-просветительную и свидетельствовали, что у ее членов не было антисоветских взглядов и преступных намерений.

    Прокурор КАТУКОВА  обвинила  подсудимых  в  антисоветской

деятельности, направленной на подрыв и ослабление советской власти, в организации акции по захвату самолета, в связи с реакционными кругами Израиля, в клевете на советскую международную и внутреннюю политику. Учитывая раскаяния к признания, высказанные подсудимыми во время следствия, прокурор предложила следующие сроки: БУТМАНУ - 10 лет, М. КОРЕНБЛИТУ - 8 лет, МОГИЛЕВЕРУ - 4 года, ДРЕЙЗНЕРУ - 3 года, КАМИНСКОМУ - 6 лет, ЯГМАНУ - 5 лет, Л. КОРЕНБЛИТУ 3 года, БОГУСЛАВСКОМУ 3 года, ШТИЛЬБАНСУ - 1 год лагерей строгого режима.

    Адвокаты не  отрицали  факта   существования   подпольной

организации и участия в ней подсудимых, признали антисоветский и сионистский характер этой организации. Они оспаривали лишь вину и - соответственно - меру наказания своих подзащитных. Адвокаты БУТМАНА и М.КОРЕНБЛИТА оспаривали их вину по ст. 64-а (через 17), адвокаты ЯГМАНА и БОГУСЛАВСКОГО - по ст.ст. 70 и 72. Адвокат КАМИНСКОГО отметил, что именно разговор с КАМИНСКИМ убедил БУТМАНА (по его собственному заявлению) окончательно отказаться от захвата самолета. Все адвокаты просили об уменьшении меры наказания.

    В последнем   слове   все   подсудимые   признали   себя

совершившими преступление и выразили раскаяние.

    Приговор суда  (восьмой день заседания,  20 мая 1971 г.):

Г.И.БУТМАН - 10 лет, М.С.КОРЕНБЛИТ - 7 лет, Л.С.КАМИНСКИЙ 5 лет, Л.Н.ЯГМАН - 5 лет, В.О.МОГИЛЕВЕР - 4 года, С.Г.ДРЕЙЗНЕР - 3 года, В.Н.БОГУСЛАВСКИЙ - 3 года, Л.Л.КОРЕНБЛИТ - 3 года, В.И.ШТИЛЬБАНС - 1 год лагерей строгого режима.


    РИЖСКИЙ ПРОЦЕСС ЧЕТЫРЕХ
    24-27 мая в Верховном  суде  Лат.ССР  слушалось  дело  по

обвинению инженера А.А.ШПИЛЬБЕРГА, 33 лет, инженера Б.М.МАФЦЕРА, 24 лет, слесаря М.3.ШЕПШЕЛОВИЧА, 28 лет и медсестры Р.И.АЛЕКСАНДРОВИЧ, 23 лет.

    Состав суда:  председатель - член  Верх.  суда  Лат.  ССР

Л.И.ЛОТКО, народные заседатели - ЕФРЕМОВ и КОЛЛИС, государственный обвинитель - пом. прокурора Лат. ССР старший советник юстиции Л.Ф.ЧИБИСОВ. Защита: адвокат ШПИЛЬБЕРГА - А.И.РОЖАНСКИЙ, адвокат МАФЦЕРА - И.Я.БРИГИС, адвокат ШЕПШЕЛОВИЧА - М.И.ЖАРОВА, адвокат АЛЕКСАНДРОВИЧ - И.М.ОТЛЯГОВА.

    Заседания суда  проходили  в  отдаленном  пригороде Риги.

Хотя суд считался открытым, присутствовать на заседаниях смогли лишь семь родственников подсудимых. Остальные места были заняты людьми, получившими специальные пропуска по месту работы.

    Жених РУТЫ АЛЕКСАНДРОВИЧ АЛЕКСАНДР АВЕРБУХ, который также

мог претендовать на присутствие в зале суда, незадолго до начала процесса был схвачен на улице и посажен на 15 суток "за сопротивление властям".

    Все подсудимые   обвиняются   по   ст.   65   УК  Лат.ССР

(соответствующей ст. 70 УК РСФСР): антисоветская агитация и пропаганда. Кроме того ШПИЛЬБЕРГ и МАФЦЕР обвиняются по ст. 67 УК Лат.ССР (соответствующей ст. 72 УК РСФСР): организационная деятельность, направленная к совершению особо опасных государственных преступлений, а равно участие в антисоветской организации.

    В обвинительном    заключении   сказано:   "...Следствием

установлено, что в силу общности антисоветских убеждений вышеназванные лица, вступив в преступный сговор, занимались изготовлением и распространением клеветнических сочинений, порочащих советский государственный и общественный строй. ШПИЛЬБЕРГ и МАФЦЕР занимались также организационной деятельностью, наладив массовое изготовление и распространение клеветнических материалов, порочащих национальную политику Советского государства". "Клеветнические сочинения", о которых говорится в обвинительном заключении, - это "Биография и стихи советского еврея", брошюры "За возвращение еврейского народа на родину" и "Домой", листовка "Наш родной язык" и самодельный "Итон" (вышло два номера), помещавший материалы о еврейском народе, о его истории.

    МАФЦЕР признал себя виновны.  Во время допроса МАФЦЕР,  в

частности, сказал: "...в мае 1969 г И.МЕНДЕЛЕВИЧ (осужден на ленинградском процессе "самолетчиков" на 10 лет - см. "Хронику" N 17) предложил мне участвовать в сборе материалов о положении евреев в Советском Союзе. Предполагалось, что эти материалы должны охватить лишь те факты, которые могут быть истолкованы как проявление дискриминации. Я возражал МЕНДЕЛЕВИЧУ, так как считал, что в действительности таких фактов не существует. Но он все же сумел убедить меня в целесообразности сбора материалов. Я считаю, что сионизм противоречит советской национальной политике, марксистско-ленинской идеологии, полититической линии партии и правительства... Распространявшаяся нами литература односторонне освещала положение на Ближнем Востоке, порочила национальную политику советского государства. Эта литература по существу являлась антисоветской, она пропагандировала ложные взгляды и могла быть использована в преднамеренно клеветнических целях..." Отвечая на вопрос судьи, МАФЦЕР сказал: "Да, я проводил сионистскую, антисоветскую деятельность и в этом виновен".

    РУТА АЛЕКСАНДРОВИЧ признала себя  виновной  частично.  Во

время допроса она сказала: "...С фактологической стороной дела я, в основном, согласна. Именно это я имела в виду, когда ответила, что признаю свою вину "частично". Но в обвинении сказано, что я действовала с "целью подрыва и ослабления советской власти". Эту часть обвинения я отрицаю, так как у меня никогда не было подобной цели. Я хотела уехать в Израиль и, получая отказы, стремилась приобрести знания о еврейской культуре и об Израиле. В получении и распространении этих знаний и состояла цель моих действий. Распространявшаяся мной литература выражала иную точку зрения, чем та, которая официально существует в Советском Союзе. Возможно, что там кое-что было изложено неправильно. Но ничего такого, что содержало бы идею подрыва или ослабления советской власти, в этой литературе не было...", Р.АЛЕКСАНДРОВИЧ сказала, что некоторые фактические утверждения МАФЦЕРА о ней неправильны.

    ШЕПШЕЛОВИЧ в  ответ  на  вопрос:   "Признаете   ли   себя

виновным?" сказал: "Факты подтверждаю. Виновным себя не признаю". Во время допроса ШЕПШЕЛОВИЧ заявил, что у него нет и никогда не было антисоветских убеждений. "Мои взгляды в общественно-социальном плане являются социалистическими, а в национальном - сионистскими... Единственной целью и побудительным мотивом моих действий было желание изучить историю и культурное наследие еврейского народа... Я заявляю, что литература, в изготовлении которой я участвовал, не содержит в себе клеветы... Единственная цель наших публикаций - информировать евреев, желающих знать правду об Израиле, и она не преступна".

    ШПИЛЬБЕРГ не признал себя виновным.  Он сказал,  что  его

взгляды никогда не были антисоветскими. "Я не мог заниматься антисоветской деятельностью уже в силу своих национальных устремлений и интересов. Подобная деятельность никак не вытекает из моих национальных устремлений и только отвлекала бы меня от реализации моих чаяний... Я не занимался распространением журнала "Итон". Все мое дело построено на показаниях одного МАФЦЕРА... МАФЦЕР взялся клеветать с целью заработать себе характеристику податливого обвиняемого. Он хотел бы показать, что во всем деле он был чьим-то подручным... Он преследует вполне определенную цель - своим угодничеством заработать себе положительную характеристику... Во время обыска у меня изъяли сочинения БЯЛИКА, ШОЛОМ-АЛЕЙХЕМА, открытки с видами Израиля, словари и учебники языка иврит. Подобная тенденция при изъятии литературы и сам характер обыска, разумеется, не могли мне внушить доверия к следствию".

    Свидетелями на  процессе  выступили   СИЛЬВА   ЗАЛМАНСОН,

И.ЗАЛМАНСОН, АЛЬТМАН, БОДНЯ, ХНОХ (осужденные на первом ленинградском процессе - см. "Хронику" N 17), МОГИЛЕВЕР, ДРЕЙЗНЕР, Л.КОРЕНБЛИТ, БОГУСЛАВСКИЙ (осужденные на "околосамолетном" процессе - см. наст. "Хронику"), сослуживцы и знакомые обвиняемых. Ходатайства обвиняемых о вызове в суд дополнительных свидетелей были отклонены.

    В своей речи прокурор ЧИБИСОВ сказал:  "...  При  решении

вопроса о мере наказания обвинение исходит из принципов гуманности и учитывает возраст подсудимых и личность каждого. МАФЦЕР, в связи с его искренним признанием вины и раскаянием, заслуживает снисхождения. При назначении меры наказания АЛЕКСАНДРОВИЧ учитывается состояние ее здоровья. ШПИЛЬБЕРГ к ШЕПШЕЛОВИЧ совершили тяжкое преступление, но не раскаялись и не осудили своих действий...", Прокурор потребовал приговорить ШПИЛЬБЕРГА к 4 годам, ШЕПШЕЛОВИЧА - к 2 годам, АЛЕКСАНДРОВИЧ - к 1 году и МАФЦЕРА - к 1 году лагерей строгого режима.

    Защитники МАФЦЕРА,  АЛЕКСАНДРОВИЧ  и  ШЕПШЕЛОВИЧА просили

суд квалифицировать действия их подзащитных не по ст. 65, а по ст. 183-1 УК Лат.ССР, (соотв. ст. 190-1 УК РСФСР). Защитник Р.АЛЕКСАНДРОВИЧ адвокат И.М.ОТЛЯГОВА просила ограничиться для нее тем наказанием, которое она уже отбыла (РУТА была арестована в октябре 1970 г.), а защитник ШЕПШЕЛОВИЧА адвокат М.И.ЖАРОВА просила суд ограничиться минимальной мерой наказания. Адвокат РОЖАНСКИЙ, защищавший ШПИЛЬБЕРГА, сказал: Впервые я слышу, что мера наказания измеряется не содеянным, а поведением на следствии и в зале суда. Подобный подход совершенно недопустим. Это точка зрения не только моя, но и точка зрения закона, точка зрения теории права... При обвинении в 4 эпизодах у ШПИЛЬБЕРГА и в 7 эпизодах у МАФЦЕРА прокурор требует для ШПИЛЬБЕРГА наказания в 4 раза больше, чем для МАФЦЕРА...". Разбирая эпизод за эпизодом, РОЖАНСКИЙ пришел к выводу, что обвинение, предъявленное ШПИЛЬБЕРГУ, не доказано ни по одному эпизоду, к просил оправдания своего подзащитного.

    Последние слова обвиняемых
    МАФЦЕР признал себя виновным по всем фактам.  Он  заявил:

"Я никогда не вернусь к прошлым ошибкам и не встану на преступный путь...".

    АЛЕКСАНДРОВИЧ: "Я    признаю    факты,   содержащиеся   в

обвинении, но цели подрыва и ослабления советской власти я никогда не преследовала... Мне близок дух социалистических идей, я не вижу здесь противоречия со своим стремлением выехать в Израиль".

    ШЕПШЕЛОВИЧ: "Прошу  суд  учесть следующее:  во-первых,  я

действовал в силу сионистских убеждений, которые не могут быть отождествлены с антисоветскими. Антисоветских взглядов у меня нет. В-овторых, я действовал сознательно, но никогда не преследовал целей подрыва или ослабления советской власти. Моя цель заключалась в одном - в пробуждении национального самосознания моего народа. Да и можно ли всерьез говорить о том, что несколько самодельных печатных изданий информационно-просветительного характера могут подорвать мощь такого государства, как СССР? В-третьих, литературу, которую я изготовлял, я не рассматриваю как противозаконную, клеветническую, считаю ее в известной мере критической и не нахожу в этом ничего преступного. Моя цель - это выезд в Израиль. Других целей и задач я не имел".

    ШПИЛЬБЕРГ: "Я надеюсь  на  торжество  справедливости  при

решении моей судьбы и судьбы моих двух дочерей, младшую из которых я еще не видел".

    Суд приговорил:   А.А.ШПИЛЬБЕРГА    -    к    3    годам,

М.З.ШЕПШЕЛОВИЧА - к 2 годам, Р.И.АЛЕКСАНДРОВИЧ и Б.М.МАФЦЕРА - к 1 году лагерей строгого режима.

                           *****
    Рига. 2  мая  на  Еврейском  кладбище собрались на митинг

около двух тысяч евреев. Они требовали освобождения обвиняемых. Митинг продолжался около полутора часов. Митингующие были оцеплены милицией, которая не мешала им, их лишь просили, чтобы не было листовок.

                           *****
    23 мая, накануне суда над четырьмя евреями в Риге, группа

желающих выехать в Израиль обратилась ко всем людям доброй воли с призывом поднять свой голос в защиту справедливости.

                           *****
    29 мая в  газете  "Советская  Латвия"  напечатана  статья

В.СТРОКОЛЕВА "Крах самозванцев", тенденциозно излагавшая материалы следствия и суда.


    КИШИНЕВСКИЙ ПРОЦЕСС ДЕВЯТИ
    21 июня 1971 г.  в  Верховном  суде  Молдавской  ССР  под

председательством члена Верховного суда республики Д.Д.БОРДЮЖИ началось слушание дела по обвинению:

    А.С.ВОЛОШИНА - по ст. ст. 17-61, 67, 69, 119 УК Молд. ССР

(соотв. ст. ст. 64, 70, 72 и 89 УК РСФСР). Последняя статья - "Хищение государственного имущества",

    А.З.ГАЛЬПЕРИНА - по тем же статьям,
    А.М.ГОЛЬФЕЛЬДА - по тем же статьям,
    Х.Я.КИРЖНЕРА - по тем же статьям,
    С.А.ЛЕВИТА - по ст. ст. 67, 69,
    Д.РАБИНОВИЧА по ст. 119,
    Л.А.ТРАХТЕНБЕРГА - по ст. ст. 67, 69, 119,
    Д.И.ЧЕРНОГЛАЗА (Ленинград) - по ст.  ст.  17-61,  67, 69,

119,

    Г.З.ШУРА (Ленинград) - по тем же статьям.
    Государственный обвинитель - ст. помощник прокурора Молд.

ССР А.П.ПОЛУЭКТОВ. Защитники: Т.Я.БАРАНЦЕВА, Ю.И.ЛУРЬИ, А.И.РОЖАНСКИЙ, В.Г.СТРЯПУНИН и др.

    ВОЛОШИН, ГАЛЬПЕРИН,  ГОЛЬДФЕЛЬД и КИРЖНЕР  "обвиняются  в

том, что они вместе с осужденными ранее Ленгорсудом Дымшицем, Бутманом и др. принимали участие в подготовке захвата самолета гражданской авиации для бегства на нем за границу" (ст. 17-61 УК Молд. ССР, соотв. 17-64 УК РСФСР). "Они же с подсудимыми Черноглазом Д.И., Шуром Г.З., Левитом С.А., Трахтенбергом Л.А. вовлекали в преступную деятельность других граждан, изготовляли и распространяли литературу антисоветского содержания" (ст. ст. 67, 69 УК МССР). Имеются в виду "Исход" УРИСА, "Шестидневная война", "Итон" NN 1, 2, "Маккавеи - братья мои" ГОВАРДА ФАСТА. "С целью размножения такой литературы подсудимые Рабинович, Гальперин и Волошин похитили из Молдавского филиала проектного института Центросоюза СССР множительный электрографический аппарат "Эра" (ст. 119 УК МССР). (Обвинительное заключение цитировалось по газете "Советская Молдавия" от 22 июня 1971 г.)

    ВОЛОШИН, ГАЛЬПЕРИН,  КИРЖНЕР,  ЛЕВИТ и РАБИНОВИЧ признали

себя виновными (ВОЛОШИН своими показаниями помогал следствию.) ГОЛЬДФЕЛЬД признал вину частично, ТРАХТЕНБЕРГ отрицал виновность по ст. ст. 67, 69. ЧЕРНОГЛАЗ не признал себя виновным по ст. ст. 17-61 и 119 и сказал, что если и были нарушения ст. ст. 67, 69, то действовал он непреднамеренно и без антисоветской направленности. ШУР виновным себя не признал. "Кишиневский суд, - заявил он, - не правомочен меня судить; я ни разу не был в Кишиневе, ни один свидетель по пунктам обвинительного заключения, касающимся меня, не является жителем Кишинева. Ни разу, - продолжал ШУР, - с момента моего перевода из Ленинграда в следственную тюрьму в Кишиневе (осень 1970 г.) я не был допрошен по делу о хищении "Эры". Мне было предложено следователем Куликовым в присутствии прокурора признать себя виновным и быть освобожденным из-под стражи прямо в зале суда, в противном же случае получить 5-7 лет заключения".

    ШУР отказался участвовать в процессе и объявил голодовку.

Из-за обморока его последнее слово было отложено на день.

    Из вызванных   на   суд  свидетелей,  четверо  (МАХОТЬКО,

ФРЕЙЗЕР и др.) отказались давать показания. Свидетель ГРУМАН (Кишинев) заявил суду, что готов давать показания на своем родном языке. Прокурор под аплодисменты зала потребовал возбудить против них дело об отказе от дачи свидетельских показаний.

    Свидетели М.ДЫМШИЦ  и М.КОРЕНБЛИТ (осужденные Ленгорсудом

и прибывшие в Кишинев под конвоем), как и прежде, причиной подготовки захвата самолета назвали немотивированные отказы в выезде в Израиль.

    Обвинитель в своей  речи  остановился  на  попытке  угона

самолета ("большинство подсудимых принимало активное участие в организации нападения на самолет с целью измены Родине"). Подсудимые, по словам ПОЛУЭКТОВА, создали под видом ульпана (объединение для изучения иврита, истории и культуры Израиля) антисоветскую организацию. "Эра" служила не для изготовления учебников иврита, как утверждают подсудимые, а для печатания антисоветской литературы.

    28 июня был зачитан приговор: ЧЕРНОГЛАЗ - к 5, ГОЛЬДФЕЛЬД

- к 4, ВОЛОШИН, КИРЖНЕР, ЛЕВИТ, ТРАХТЕНБЕРГ и ШУР - к 2 в ГАЛЬПЕРИН - к 2 с половиной годам, РАБИНОВИЧ - к 1 году ИТЛ строгого режима.

    Вынесено частное   определение   возбудить   дело  против

свидетелей, отказавшихся давать показания (ст. 197 УК). Последнее судебное заседание записывалось на видеомагнитофонную ленту.


    СУД НАД ВАЛЕРИЕМ КУКУЕМ (Свердловск)
    В.КУКУЙ, 1938  г.р.,  свердловский  инженер,  объединение

"Сельхозтехника" (см. "Хронику" N 19), 15-16 июня был судим по ст. 190-1 УК РСФСР в Свердловском облсуде. Вход в зал суда был свободным. Председательствующий в суде - ШАЛАЕВ. Государственный обвинитель - ЗЫРЯНОВ. Общественный обвинитель - ДОБРЫНИН (от "Сельхозтехники"). Защитник - НАУМОВ.

    Содержание обвинительного заключения:
    1. КУКУЙ с 1964 по 1970 г.  устно распространял сведения,

порочащие внутреннюю и внешнюю политику СССР (утверждая, что в СССР существует антисемитизм, нет свободы слова, что советская политика на Ближнем Востоке определяется не принципом справедливости, а государственными интересами и т.д.).

    2. Размножал   на   пишущей   машинке   и   распространял

литературу, порочащую советский государственный и общественный строй. В числе произведений, инкриминировавшихся КУКУЮ, фигурировало "Собачье сердце". КУКУЮ пришлось разъяснить, что автор этого произведения не он, а МИХАИЛ БУЛГАКОВ. Но в ходе судебного разбирательства прокурор вновь вернулся к этой повести при допросе свидетеля ВАРШАВСКОГО: "Вы только посмотрите, какие там нецензурные выражения!" Свидетель: "Хотите, я Вам почитаю частушки из "Тихого Дона"?" - Прокурор: "Нет, не хочу".

    В обвинительной  речи  ЗЫРЯНОВ  назвал  "Собачье  сердце"

антисоветским произведением. "Схватить бы его за мозолистую пролетарскую ногу", - возмущенно цитировал прокурор. Адвокат НАУМОВ и сам КУКУЙ в последнем слове настаивали на том, что "Собачье сердце" не есть криминал.

    Допрашиваемый в     качестве     подсудимого,     В.КУКУЙ

последовательно опровергал все пункты обвинения: желание уехать в Израиль вызвано исключительно национальным чувством; он не распространял антисоветской литературы; его критические высказывания всегда относились к отдельным отрицательным явлениям (в частности к фактам антисемитизма), но не к государственной политике СССР. Все свидетели (знакомые и сослуживцы) дали благоприятные для КУКУЯ показания, отрицая антисоветский характер его высказываний и действий. Некоторые свидетели отказались от своих показаний на предварительном следствии, компрометирующих КУКУЯ, и заявили, что показания эти были даны под нажимом следователя и под влиянием страха (например, БЛАНК сказал: "Я думал, что если Кукуй сидит, а я не буду давать против него показаний, то и меня посадят").

    Единственным свидетелем  обвинения  по  существу оказался

брат ВАЛЕРИЯ - АНАТОЛИЙ КУКУЙ, который сам на суд не явился (по болезни), но прислал письмо, где говорилось, что ВАЛЕРИЙ - "сионист и антисоветчик", и что ему, АНАТОЛИЮ, известно со слов матери, что ВАЛЕРИЙ "перепечатывал на машинке антисоветские материалы".

    Мать, ЗИНАИДА БОРИСОВНА КУКУЙ,  присутствовавшая на суде,

опровергла показания АНАТОЛИЯ как ложь и клевету.

    ВАЛЕРИЙ заявил,   что   у   него  с  братом  разногласия,

"связанные с жилплощадью".

    Прокурор потребовал для КУКУЯ 3 года ИТЛ общего режима.
    Общественный обвинитель призвал суд "судить Кукуя по всей

строгости советских законов".

    Защитник просил   ограничить   наказание   одним    годом

принудительных работ.

    В своем   последнем  слове  ВАЛЕРИЙ  КУКУЙ  сказал  между

прочим: "Меня возмущает факт публикации в газете "Уральский рабочий" статьи обо мне "Где "земля предков"?" и "клеветники получают отпор". Статьи напечатаны в то время, когда шло следствие. Однако тон статей и их форма были такими, как будто суд уже закончился и моя вина доказана. Я усматриваю в этом попытку повлиять на общественное мнение и на решение суда".

    Закончил В.КУКУЙ свое последнее слово так:  "...Я верю  в

справедливость и гуманность советского суда. Я верю, что буду освобожден, что мне будет дана возможность вернуться к своей семье и воспитывать дочку, что я смогу осуществить свою заветную мечту: уехать в Израиль - землю предков".

    Приговор: 3 года лагерей общего режима.
    Справка: Возбудить уголовное дело против КУКУЯ, подать на

него в суд решило собрание коллектива "Сельхозтехники" по инициативе директора.


    СУД НАД РЕЙЗОЙ ПАЛАТНИК (Одесса)
    22-24 июня в Одессе проходил суд над РЕЙЗОЙ ПАЛАТНИК (см.

о ней "Хронику" N 17). Следствие проводил следователь УКГБ по Одесской обл. В.И.ЛАРИОНОВ.

    Председатель суда - КАДЕНКО, прокурор - ТЕКУНОВА.
    Обвинение по ст.  187-1 УК УССР (соотв.  190-1 УК РСФСР).

Среди изъятых при обыске и инкриминируемых Р.ПАЛАТНИК материалов - открытое письмо 40 евреев (ответ на пресс-конференцию в Москве), статья "Эйнштейн и сионизм", стихи Н.КОРЖАВИНА и А.ГАЛИЧА, открытые письма членов СП СССР В.КОНЕЦКОГО, В.СОСНОРЫ, письмо Л.ЧУКОВСКОЙ в защиту СОЛЖЕНИЦЫНА.

    Р.ПАЛАТНИК не признала себя виновной и  заявила,  что  не

считает эти материалы клеветническими.

    Свидетели - сотрудники Р.ПАЛАТНИК по библиотеке -  хорошо

отозвались о ней. ПАЛАТНИК заявила, что суд преследует ее за желание уехать в Израиль. На замечание судьи, что сионизм, которому ПАЛАТНИК сочувствует, - реакционное и антисоветское движение, она ответила, что ему сочувствовал А.ЭЙНШТЕЙН.

    Прокурор ТЕКУНОВА назвала ПАЛАТНИК  отщепенкой,  попавшей

под влияние сионистской пропаганды. "Ее вина усугубляется тем, - сказала прокурор, - что она является работником идеологического фронта". Письмо 40 евреев прокурор ТЕКУНОВА объявила клеветническим и сфабрикованным, заявив, что многие подписи под письмом "вымышленные".

    В своем   последнем   слове   Р.ПАЛАТНИК   сказала,   что

рассматривает процесс над ней как звено единой цепи антиеврейских процессов в Ленинграде, Кишиневе и Риге. Считает, что сейчас, когда очень многие евреи Советского Союза выражают желание выехать в Израиль, суд над ней направлен на то, чтобы запугать их. РЕЙЗА рассказала о тяжелых, унизительных условиях, в которых она содержалась в тюрьме. ПАЛАТНИК закончила свою речь так: "Я позволила себе роскошь мыслить, а это, очевидно, нельзя. Поэтому я нахожусь на скамье подсудимых. Я ничего не прошу у суда, кроме справедливости".

    Приговор: 2 года лагерей общего режима.
    Несколько родственников и друзей Р.ПАЛАТНИК, которые были

допущены в зал суда на чтение приговора, стали кричать: "Рейза, до встречи в Израиле! Весь еврейский народ с тобой".


    СУД НАД СИМАСОМ КУДИРКОЙ
    СИМАС КУДИРКА, 1929 г.р., радист литовского рыболовецкого

судна, в ноябре 1970 г. пытался остаться на борту американского катера в территориальных водах США; капитан катера выдал его советским морякам (см. "Хронику" NN 18, 19).

    КУДИРКА был   арестован,   следствие   вели  органы  КГБ,

обвинение предъявлено по ст. 62 УК Лит.ССР (соотв. ст. 64 УК РСФСР) - измена родине.

    Процесс проходил 17-20 мая в зале Верховного суда Лит.ССР

в Вильнюсе. Председатель суда - МИСЮНАС, прокурор - ПЕТРАУСКАС, адвокат - ГАВРОНСКИС. Когда председатель назвал фамилию защитника, КУДИРКА заявил, что отказывается от защиты. "Если защитник Гавронскис - честный человек и будет защищать меня по совести, то это ему только повредит, если же он нечестен и выполнит роль второго прокурора, как это часто бывает на политических процессах в Литве, то я думаю, что мое дело не такое уж сложное и достаточно будет одного прокурора".

    С.КУДИРКА не  признал  себя виновным,  поскольку,  как он

заявил, своей родины Литвы он не предавал, а Россию, называемую сегодня Советским Союзом, он не считает своей родиной. Объясняя причины, побудившие его бежать на Запад, КУДИРКА говорил больше 4-х часов. Он рассказывал, что вырос в очень бедной семье. В 1940 г., когда Литва была присоединена к СССР, к нужде прибавился еще и национальный гнет. Он помнит, как в 1941 году людей увозили в Сибирь, и знает, что ссылали самых сознательных литовцев, среди них было много народных учителей, которых объявили тогда "буржуями". В 1944 г. он вновь стал свидетелем выселений в Сибирь, увидел массовые убийства. Многие его товарищи ушли в партизаны. Почти все они погибли. Он продолжал учиться в Вильнюсе, окончил 8 классов и решил стать моряком. Он хотел увидеть мир и думал, что в море забудет трагедию своего народа. Он хотел убежать от страшных картин: на базарных площадях валялись изуродованные тела литовских партизан.

    Прокурор ПЕТРАУСКАС  высказал  возмущение  предательством

КУДИРКИ и заявил, что его поступок позорит советскую Литву; он потребовал для подсудимого 15 лет лишения свободы в лагерях строгого режима и конфискации имущества.

    Защитительную речь произнес  сам  КУДИРКА.  Он  цитировал

ГЕРЦЕНА, МАРКСА, ЛЕНИНА. Объяснял разницу между социалистической теорией и практикой в Литве. КУДИРКА рассказал, как пытались его "перевоспитать" следователь ст. лейтенант УРБОНАС, руководитель следств. отдела полковник КИСЬМЕН, председатель КГБ генерал-майор ПЕТКЯВИЧУС и другие, специально прибывшие из Москвы. Ему предлагали осудить литовский буржуазный национализм, который толкнул его на предательство, и за это обещали судить по ст. 82 УК Лит.ССР (переход границы). Но КУДИРКА заявил, что он отказывается ценой личной свободы продать свою родину Литву.

    КУДИРКА говорил   о   борьбе   литовского  народа  против

ассимиляции. Он рассказал о десятилетней борьбе "лесных братьев", которые почти все погибли и умерли в концлагерях. Даже работники органов КГБ подтверждают, что погибло 50 тысяч литовских партизан. "Мировая история еще не знала столь длительного и потребовавшего стольких жертв партизанского движения".

    КУДИРКА высказал единственную просьбу к Верховному суду и

правительству СССР - предоставить Литве независимость.

    Приговор суда:  10  лет  принудительных  работ  в лагерях

строгого режима с конфискацией имущества.

    У КУДИРКИ остались мать, жена и двое детей.
    Во время  следствия  родственников  и  знакомых   КУДИРКИ

уговаривали дать показания, свидетельствующие о его невменяемости. Медицинская комиссия во главе с главным психиатром Вильнюса ГУТМАНАСОМ признала С.КУДИРКУ здоровым.


    СУД НАД ЛЕВИТИНЫМ (КРАСНОВЫМ)
    Восьмого мая  по  отношению к КРАСНОВУ,  находящемуся под

следствием на свободе, была изменена мера пресечения: он был взят под стражу.

    19 мая 1971 г.  Московский горсуд в помещении Люблинского

райсуда слушал дело по обвинению церковного писателя А.Э.КРАСНОВА-ЛЕВИТИНА (ст.ст.190-1, 142 ч. 2 УК РСФСР). Судья - БОГДАНОВ, прокурор - БИРЮКОВА, защитник - А.А.ЗАЛЕССКИЙ.

    Перед зданием   суда   собралась    группа    друзей    и

родственников А.Э.ЛЕВИТИНА. В зал были допущены только мачеха - Г.А.ЛЕВИТИНА и академик А.Д.САХАРОВ.

    Обвинительное заключение   содержало   много   цитат   из

произведений КРАСНОВА, на основании которых строилось обвинение в клевете на советский государственный и общественный строй и в том, что автор "подстрекал служителей церкви нарушать закон об отделении церкви от государства" (ст. 142 УК РСФСР). А.Э.КРАСНОВ-ЛЕВИТИН обвинялся также в том, что в 1968-69 г.г. он подписал ряд обращений и петиций, из которых особо были выделены письмо Будапештскому совещанию компартий и обращение в ООН в мае 1969 г.

    КРАСНОВ-ЛЕВИТИН полностью   не   признал    свою    вину,

утверждая, что доводы обвинения основаны на произвольном и неверном толковании отрывков его произведений. Он разъяснил, что в его работах содержится критика отдельных явлений, а не клевета на строй, что он высказывал свои действительные мнения, а не заведомо ложные измышления. КРАСНОВ сообщил суду, что некоторые цитаты, приведенные в обвинительном заключении в качестве примеров "антисоветской клеветы", - это тексты Священного Писания.

    Свидетели: священники Г.ЯКУНИН,  В.БОРОЗДИНОВ,  иеромонах

Псково-Печерского монастыря о. АГАФАНГЕЛ (ДОГАДИН), В.ЛАШКОВА, В.БЕРЕСТОВ, Е.КУШЕВ, В.ШАВРОВ, Л.КУШЕВА и др. показали, что читали работы КРАСНОВА и не видят в них ничего клеветнического.

    Прокурор БИРЮКОВА,  повторив  обвинительное   заключение,

просила для КРАСНОВА-ЛЕВИТИНА наказания - 3 года ИТЛ общего режима.

    Адвокат А.А.ЗАЛЕССКИЙ,  опровергнув  пункт за пунктом все

доводы обвинительного заключения, предоставил суду сделать вывод из его защитительной речи.

    В последнею слове А.Э.КРАСНОВ-ЛЕВИТИН сказал:
         "...Я верующий христианин.  А задача христианина  не
    только в том,  чтобы ходить в церковь.  Она заключается в
    воплощении  заветов  Христа  в  жизнь.  Христос  призывал
    защищать всех угнетенных.  Поэтому я защищал права людей,
    будь то почаевские монахи,  баптисты или крымские татары,
    а    если   когда-нибудь   станут   угнетать   убежденных
    антирелигиозников,  я стану  защищать  и  их...  Ни  один
    здравомыслящий   человек   не  считает,  что  критиковать
    отдельные положения законов,  вносить поправки к  ним  -
    является преступлением. Это демократическое право каждого
    гражданина  завоевано  в  трудной   борьбе   за   свободу
    английской,  французской,  Октябрьской  революциями...  Я
    писал правду,  одну  правду.  Все  в  моих  произведениях
    основано    на   достоверных   фактах   и   соответствует
    действительности..  Я считаю,  что данная речь  прокурора
    является позором для советского суда..."
    (Справка: в  Самиздате  распространено  последнее   слово

КРАСНОВА-ЛЕВИТИНА, содержащее некоторые фактические неточности.)

    Суд в приговоре исключил из обвинения три эпизода (статью

о почаевских монахах, о водосвятии, существующее в отрывках письмо в ТАСС), переквалифицировал обвинение со cт. 142 ч. 2 на cт. 142 ч.1 и приговорил А.Э.ЛЕВИТИНА (КРАСНОВА) по ст. 142 ч. 1 к 1 году исправительно-трудовых работ по месту работы с вычетом 20% зарплаты и по ст. 190-1 к 3 годам лагерей общего режима. О А.Э.КРАСНОВЕ-ЛЕВИТИНЕ и его работах см. "Хронику" NN 16, 17, 19.

                           *****
    Инициативная группа   по  защите  прав  человека  в  СССР

обратилась в Комиссию по правам человека ООН, к Папе ПАВЛУ VI и к Поместному Собору Русской Православной Церкви. В обращении АНАТОЛИЙ ЭММАНУИЛОВИЧ КРАСНОВ-ЛЕВИТИН характеризуется как человек высокой морали, убежденный противник всякого рода насилия и политического экстремизма, его оружие - открытое слово, обращенное к совести. "Решение Московского горсуда невозможно рассматривать иначе как еще один акт произвола властей в отношении инакомыслящих, в отношении верующих, в отношении борцов за права человека в нашей стране".

    Обращение поддержали 30 человек.
    Академик А.Д.САХАРОВ обратился к Председателю  Президиума

Верховного Совета СССР ПОДГОРНОМУ с просьбой облегчить участь КРАСНОВА. "В статьях Левитина, инкриминированных ему судом, - пишет САХАРОВ, - фактически выражается естественная для верующего точка зрения о моральном и философском значении религии, высказываются мнения по актуальным вопросам, а также обсуждаются с лояльных и демократических позиций проблемы свободы совести... Я присутствовал на суде и убежден в отсутствии нарушения закона во всех деяниях Левитина".

    В Самиздате    появилось    открытое    письмо   ГЕННАДИЯ

СМИРНОВСКОГО (Москва) "Под закрытыми вратами Фемиды" - репортаж с места суда над КРАСНОВЫМ-ЛЕВИТИНЫМ.

    В июне,  еще  до   утверждения   приговора   кассационной

инстанцией, КРАСНОВ был переведен из Бутырской в Краснопресненскую пересыльную тюрьму и зачислен в хозобслугу.

                           *****
    Таллин. Инженер-радиотехник ВЛАДИМИР ВАСИЛЬЕВИЧ ЭЙХВАЛЬД,

57 лет (о возбуждении против него дела по cт. 194-1 УК ЭССР, соотв. ст. 190-1 УК РСФСР - см. "Хронику" N 18), в апреле был признан невменяемым стационарной судебно-психиатрической экспертизой. 1 июня по определению Таллинского горсуда ЭЙХВАЛЬД помещен в психбольницу общего типа.

                           *****
    Сочи. 30  июня  -  2  июля  проходил  суд  над  АНАТОЛИЕМ

РУМЯНЦЕВЫМ и ВАЛЕНТИНОЙ ВОЛЖСКОЙ, 1947 г.р. (об их аресте см. "Хронику" N 19), обвиняемых по ст. 190-1.

    Судья - ЧЕПУРКО  (Краснодарский  краевой  суд),  прокурор

ГОНЧАРОВА (Сочи). Адвокат РУМЯНЦЕВА - АРИСТОВ (Краснодар), ВОЛЖСКОЙ - адвокат ПАШКЕВИЧ (Сочи),

    РУМЯНЦЕВУ и  ВОЛЖСКОЙ  было  разрешено во время следствия

зарегистрировать брак. Следствию (следователь прокуратуры г. Сочи - ШАТОВ) было известно, что ВОЛЖСКАЯ беременна, однако мерой пресечения оставалось содержание под стражей. ВОЛЖСКУЮ возили из армавирской тюрьмы в Сочи на допросы и в Краснодар на психиатрическую экспертизу.

    РУМЯНЦЕВУ инкриминировалось:   передача   ВОЛЖСКОЙ  книги

А.МАРЧЕНКО "Мои показания" и шести стихотворений неизвестного автора (два из них - "Парад" и "Империя" РУМЯНЦЕВ переписал в свою тетрадь, что было расценено следствием как факт размножения).

    ВОЛЖСКАЯ обвинялась в том,  что хранила и  распространяла

книгу А.МАРЧЕНКО "Мои показания" (ст. 190-1 УК РСФСР), а также перепечатывала стихотворения. Доказательством распространения книги "Мои показания" послужила найденная при обыске перепечатанная строчка из этой книги.

    Ни один из свидетелей,  вызванных в суд,  ничего  не  мог

сообщить о фактах распространения перечисленной в обвинении литературы, лишь две свидетельницы показали: одна - что РУМЯНЦЕВ распространял "Раковый корпус" СОЛЖЕНИЦЫНА, и другая (сослуживица ВОЛЖСКОЙ по "Интуристу"), заявившая еще до ареста о том, что видела у ВОЛЖСКОЙ "Раковый корпус",-подтвердила это на суде. (Эта книга была изъята у ВОЛЖСКОЙ при обыске).

    РУМЯНЦЕВ не  признал себя виновным,  ВОЛЖСКАЯ подтвердила

только факт хранения.

    Прокурор просила  приговорить  РУМЯНЦЕВА  - к 3 годам,  а

ВОЛЖСКУЮ - к 3 годам условно. Адвокат РУМЯНЦЕВА - АРИСТОВ просил об освобождении своего подзащитного, подчеркнув, что мать АНАТОЛИЯ - слепая одинокая женщина, муж которой, участник финской войны, умер от истощения при эвакуации из осажденного Ленинграда, а старший сын ВАЛЕРИЙ отбывает 15-летний срок в мордовских лагерях (19 лагпункт). Защитник ВОЛЖСКОЙ - ПАШКЕВИЧ придерживалась точки зрения обвинителя.

    Суд приговорил А.РУМЯНЦЕВА - к 2,5 годам лишения  свободы

в ИТЛ общего режима, В.ВОЛЖСКУЮ - к 1,5 годам условно.


    ДВИЖЕНИЕ МЕСХОВ ЗА ВОЗВРАЩЕНИЕ НА РОДИНУ
    4 мая  1971  г.  было  послано  заявление   руководителям

советского государства, подписанное председателем Совета старейшин Турецкого общества защиты национальных прав О. СЕЛИМОВЫМ. Совет старейшин находящегося 27 лет на высылке народа месхов просит, ссылаясь на постановление VI народного собрания от 2 мая 1970 г., предоставить туркам-месхам национальную автономию (см."Хронику" Ю 19). Копия письма послана Генеральному секретарю ООН У ТАНУ. 9 мая в Москву приехала делегация в составе 61 человека. Возглавляли ее М.НИЯЗОВ, Р.СЕЙФАТОВ и МАМЕДОВ - члены ВОКО (Временного организационного комитета освобождения). 11 и 12 мая делегация добивалась приема у ПОДГОРНОГО. В приемной Президиума Верховного Совета СССР делегатам ответили, что ПОДГОРНЫЙ их не примет и изменений в их судьбе не будет. 14 мая в приемной ЦК КПСС делегацию принял В.К.КОНДРАТЬЕВ. В тот же день, не имея надежды получить положительный ответ, делегация решила обратиться в посольство Турции, но была остановлена милицией. 17 мая в ЦК КПСС делегацию принял СТАРЧЕНКО, который заявил, что вопрос пересматриваться не будет и массовое переселение месхов-мусульман невозможно.

    В письме  руководящим  деятелям  СССР от 18 мая делегация

просит советское правительство решить вопрос о возвращении выселенного народа на свои земли. Месхи заявляют, что в случае отказа они обратятся к турецкому правительству с просьбой разрешить им поселиться в Турции. От имени делегации письмо подписали 46 человек.

    25 мая  в  Москве представители месхов НИЯЗОВ,  СЕЙФАТОВ,

МАМЕДОВ, предварительно договорившись с турецким консулом о встрече, направились в турецкое посольство. У входа в посольство они были задержаны и доставлены в милицию. Вечером того же дня их судили. НИЯЗОВ И СЕЙФАТОВ приговорены к 15 и 12 суткам заключения, МАМЕДОВ - к 10 рублям штрафа. Заключенные НИЯЗОВ И СЕЙФАТОВ объявили голодовку.


    ВНЕСУДЕБНЫЕ ПРЕСЛЕДОВАНИЯ
    "Послужной список" М.РОСТРОПОВИЧА (ноябрь 1970 г.  - май

1971 г.).

    1. В  начале ноября 1970 г.  РОСТРОПОВИЧ написал открытое

письмо в защиту СОЛЖЕНИЦЫНА (см."Хронику" N 17).

    2. С  конца  ноября  1970  г.  не  было ни одной радио- и

телепередачи с его участием (на некоторое время сняты и передачи с участием его жены Г.ВИШНЕВСКОЙ).

    3. Декабрь 1970 г. Возвращение из-за границы. Придирчивый

обыск на Брестской таможне с прочтением личных писем,

    4. Январь 1971 г.  В  "Советской  культуре"  опубликовано

сообщение о присуждении советским музыкантам "Гран-при" за запись во Франции оперы "Евгений Онегин". Премию вручил лично РОСТРОПОВИЧУ министр финансов Франции. В газете перечислены не только главные исполнители, но даже директор фирмы звукозаписи, но фамилии РОСТРОПОВИЧА нет.

    5. Зам.  министра культуры СССР объявил РОСТРОПОВИЧУ, что

на полгода отменяются его уже назначенные концерты за границей.

    6. Февраль.  50-летие Большого оркестра радиовещания.  Из

юбилейной стенгазеты по указанию парткома убрана фотография РОСТРОПОВИЧА.

    7. 1 апреля.  По приказу директора ОЗНОБИЩЕВА РОСТРОПОВИЧ

уволен из числа солистов Московской филармонии, причем ему не сообщили об этом.

    8. 28 апреля.  В "Комсомольской правде"  -  единственной

газете, откликнувшейся на гастроли в Москве Британского филармонического оркестра под руководством Б.БРИТТЕНА, где в качестве солистов выступали РИХТЕР и РОСТРОПОВИЧ, упоминается только РИХТЕР. В газете "Известия" статья об этом концерте была вообще снята, так как ее автор отказался вычеркнуть упоминание о РОСТРОПОВИЧЕ.

    9. Конец   апреля.   Отменены   анонсированные   концерты

РОСТРОПОВИЧА.

    10. 11    мая.    Отменен   объявленный   ранее   концерт

РОСТРОПОВИЧА в Московском университете под ложным предлогом болезни исполнителя.

    11. Конец мая. В результате протестов крупных музыкальных

деятелей РОСТРОПОВИЧ восстановлен на работе в филармонии.

    Совместное заседание   Ученого   совета   и   Совета   по

учебно-методической работе общеэкономического ф-та ин-та им. Плеханова 4 июня 1971 г.

    (Справка. АЛЛАН-ЭДГАР  ВЕНИАМИНОВИЧ  КРОНЧЕР,  1935 г.р.,

еврей, беспартийный, экономист, преподаватель кафедры планирования народного хозяйства, стаж учебно-педагогической работы после окончания аспирантуры 8,5 лет, читает курс лекций по планированию нар. хоз-ва. КРОНЧЕР подал заявление на имя ректора с просьбой дать ему характеристику в ОВИР для выезда в Израиль.)

    Повестка дня:  О  лишении ученого звания и ученой степени

А.В.КРОНЧЕРА в связи с действиями, не совместимыми со званием советского ученого и преподавателя института. Вел заседание декан общеэкономического факультета ИВАНОВ.

    Зав. кафедрой планирования народного хозяйства В.В.КОССОВ

сделал сообщение о решении собрания партгруппы кафедры: осудить поступок КРОНЧЕРА как политическое предательство и ходатайствовать об отстранении КРОНЧЕРА от всех видов преподавательской деятельности. Затем слово было предоставлено А.В.КРОНЧЕРУ, который выразил "возмущение и свое решительное несогласие с происходящим здесь".

    После КРОНЧЕРА     выступали     преподаватели    кафедры

планирования народного хозяйства в следующем порядке: Б.М.СМЕХОВ, профессор, доктор экономических наук; В.И.БРАГИНСКИЙ, профессор, кандидат экономических наук; И.Г.КУЗНЕЦОВА, старший преподаватель; В.В.КОССОВ, зав. кафедрой, профессор, доктор экономических наук; И.К.СЕРЕДНИЦКАЯ, зам.зав.кафедрой, доцент, кандидат экономических наук; Н.А.ИВАНОВ, декан общеэкономического факультета, к которому относится кафедра планирования народного хозяйства. Все они клеймили поступок КРОНЧЕРА и поддержали принятое относительно него решение кафедры планирования народного хозяйства.

    В результате  голосования принимается решение,  полностью

одобряющее резолюцию собрания партгруппы кафедры. В тот же день решение Ученого совета факультета было утверждено Ученым советом института.


    КРАТКИЕ СООБЩЕНИЯ
    Из Владимирской  тюрьмы  15   мая   освободился   НИКОЛАЙ

ФЕДОРОВИЧ ДРАГОШ, 1932 г.р. Окончил Одесский университет, был директором школы рабочей молодежи в Тарутинском районе Одесской области и преподавал математику.

    19 мая из  той  же  тюрьмы  вышел  одноделец  ДРАГОША  -

НИКОЛАЙ АНДРЕЕВИЧ ТАРНОВСКИЙ*, 1940 г.р. Имеет среднее специальное образование, до ареста преподавал в школе, где директором был ДРАГОШ. Они оба были приговорены Верховным судом Молд. ССР в сентябре 1964 г. к 7 годам заключения в ИТЛ строгого режима по ст. ст. 67, 69 УК СССР (соотв. ст. ст. 70, 72 УК РСФСР). 13 июля 1970 г. ДРАГОШ и ТАРНОВСКИЙ с 19 лагпункта были переведены во Владимирскую тюрьму (см. "Хронику" NN 15,18).

_________

    * - В "Хронике" ошибка: ТАРНАВСКИЙ.
    Их обвиняли  в создании организации "Демократический союз

социалистов" и изготовлении типографским способом брошюры газетного формата "Правда народу". По этому делу были осуждены также ВАСИЛИЙ ВАСИЛЬЕВИЧ ПОСТАЛАКИ, 1936 г.р., студент дирижерского факультета Кишиневского института искусств (освободился в 1970 г.), НИКОЛАЙ СЕРГЕЕВИЧ КУЧЕРЯНУ, 1941 г.р., студент того же института (6 лет ИТЛ - помилован в 1968 г.), СЕРГЕЙ ЧЕМЕРТАН, 1938 г.р., студент того же института (5 лет ИТЛ - помилован в 1968 г.) и ИВАН АЛЕКСЕЕВИЧ ЧЕРДЫНЦЕВ, 1938 г.р., учитель в школе ДРАГОША (6 лет ИТЛ + 4 года по ст. 206 ч. 2, полученные в лагере).

                           *****
    15 мая   по   отбытии   3-летнего   срока   из    лагерей

Красноярского края освободился московский математик, кандидат наук ИЛЬЯ БУРМИСТРОВИЧ (см. "Хронику" N 18).

                           *****
    8 июня  по  Указу  Президиума  Верховного   Совета   СССР

освободился на 15 месяцев раньше срока АНДРЕЙ ДОНАТОВИЧ СИНЯВСКИЙ, осужденный в 1965 г. на 7 лет ИТЛ строгого режима по ст. 70 УК РСФСР.

    Освобождению предшествовали  письмо  М.В.РОЗАНОВОЙ  (жены

А.СИНЯВСКОГО) в Президиум Верховного Совета и письмо в ту же инстанцию Ю.М.ДАНИЭЛЯ, друга и однодельца СИНЯВСКОГО. В письмах содержалась просьба об освобождении СИНЯВСКОГО, здоровье которого в лагерях заметно ухудшилось.

    С лета 1969 г.  А.Д.СИНЯВСКИЙ находился  на  3  лагпункте

Дубровлага (Мордовия) и последний год работал грузчиком в аварийной бригаде.

    Как только    СИНЯВСКИЙ    был    освобожден,    лагерная

радиотрансляция сообщила, что он был помилован по ходатайству администрации как вставший на путь исправления (на самом деле освобождение СИНЯВСКОГО для администрации было не меньшей неожиданностью, чем для него самого).

                           *****
    15 июня  с  17  лагпункта  мордовских лагерей освободился

25-летник ЕМЕЛЬЯН ГИЛАРОВИЧ ПОЛЕВОЙ, 1913 г.р., уроженец Тернопольщины.

    В июле  1946  г.  ПОЛЕВОЙ,  который  тогда командовал 3-м

округом УПА-Запад (Украинская Повстанческая Армия - партизанские формирования украинских националистов), был арестован во Львове и отправлен в киевскую тюрьму. В апреле 1947 г. трибунал войск МВД Киевской области приговорил ПОЛЕВОГО к расстрелу. Через 3 месяца расстрел был заменен 25 годами лагерей. До 1958 г. ПОЛЕВОЙ находился на Колыме, затем 2 года в тайшетско-братских лагерях, а в 1960 г. этапирован в Дубровлаг.

                           *****
    25 июня с  3  лагпункта  Мордовских  лагерей  освободился

СТЕПАН СТЕПАНОВИЧ БЕДРИЛО, осужденный в Киеве в 1969 году.

                           *****
    25 июня  по  отбытии  срока  вышел  из  лагеря  Тюменской

области участник демонстрации на Красной площади 25 августа 1968 г. ВАДИМ ДЕЛОНЕ.

                           *****
    22 июня   с   17  лагпункта  Дубровлага  вышел  25-летник

иеговист ПАВЕЛ ЛОБКОВ.

                           *****
    27 апреля из психиатрической больницы г.  Риги вышел ИВАН

ЯХИМОВИЧ (см. о нем "Хронику" N 7). Комиссия признала его инвалидом 2 группы. Местные власти отказывают ему в прописке, ссылаясь на отсутствие санитарной жилищной нормы. Жена и трое детей ЯХИМОВИЧА живут в г. Юрмале под Ригой.

                           *****
    Во второй        половине        июня         Центральная

судебно-психиатрическая экспертиза во главе в Д.Р.ЛУНЦЕМ представила к выписке из казанской СПБ под надзор районного психиатра ВИКТОРА КУЗНЕЦОВА и к переводу в психбольницу общего типа ВАЛЕРИЮ НОВОДВОРСКУЮ (см. "Хронику" N 11). Как сообщалось ранее, Мособлсуд отказал КУЗНЕЦОВУ в освобождении ("Хроника" NN 18, 19).

                           *****
    В конце   июня   в  московской  психбольнице  "Матросская

тишина" представлена к выписке ОЛЬГА ИОФЕ (см. "Хронику" NN 11, 15, 18).

                           *****
    В начале июня на Дубровлаг прибыли:  на 10 лагпункт  (cт.

Ударная, Леплей, лагерь особого режима, т. е. тюремного содержания с выводом на работу) - ЭДУАРД КУЗНЕЦОВ (помещен в одну камеру со своим однодельцем ЮРИЕМ ФЕДОРОВЫМ); на 17-а лагпункт - ИОСИФ МЕНДЕЛЕВИЧ; на 3-й (женский) - СИЛЬВА ЗАЛМАНСОН.

                           *****
    Ташкент. 20 мая из Симферополя в Ташкент приехал крымский

татарин ИБРАГИМОВ. Вечером того же дня он был арестован. 20 июня была арестована историк АЙШЕ СЕЙТМУРАТОВА. На обыске у СЕЙТМУРАТОВОЙ изъята тетрадь с ее собственными стихами.

    В 1967   г.  СЕЙТМУРАТОВА,  отсидев  около  9  месяцев  в

следственном изоляторе КГБ (Лефортово) с двумя другими крымскими татарами, была осуждена по ст. 74 УК РСФСР (разжигание национальной розни) на 1 год условно.

    По имеющимся  сведениям СЕЙТМУРАТОВА и ИБРАГИМОВ проходят

по одному делу: им предъявлено обвинение по ст. 191-4 УК Узб.ССР (соотв. ст. 190-1 УК РСФСР).

                           *****
    Якутск. ВЛАДИМИР ДРЕМЛЮГА, осужденный в 1968 г. на 3 года

ИТЛ за участие в демонстрации на Красной площади 25 августа 1968 г. против ввода советских войск в Чехословакию, должен был освободиться 25 августа этого года. Большую часть срока ДРЕМЛЮГА провел в одном из лагерей Якутии, подвергаясь травле со стороны администрации (см. "Хронику" N 17).

    В конце  апреля  В.ДРЕМЛЮГА  был  отправлен  из  лагеря в

тюрьму в г. Якутск. Против него возбуждено дело, сейчас уже закончено следствие по ст. 190-1 УК РСФСР. Основание - разговоры с заключенными о том, что в СССР нет свободы слова, демонстраций и т. л.

    В телеграмме,  присланной  из  прокуратуры Якутской АССР,

указано, что ДРЕМЛЮГА просит заключить соглашение для слушания дела в суде с адвокатом из Москвы, вопрос о назначении адвоката для ведения дела в соответствии с "Положением об адвокатуре РСФСР" решается заведующим юридической консультацией. Однако на практике это необходимо согласовывать с председателем Московской коллегии адвокатов АПРАКСИНЫМ, который, без всяких ссылок на какие-либо законодательные акты или инструкции, заявил, что ни одному адвокату из Москвы не будет разрешена командировка в Якутск.

    Решение АПРАКСИНА невозможно обжаловать, так как коллегия

адвокатов - общественная организация, формально не зависящая от государственных органов.

                           *****
    Москва. 27  июня арестована НАДЕЖДА ЕМЕЛЬКИНА,  1946 г.р.

Окончила школу рабочей молодежи. В 1965 г. поступила в Московский геологоразведочный институт. В 1968 г. исключена из института фактически за то, что была у здания суда, где шел процесс над ГИНЗБУРГОМ, ГАЛАНСКОВЫМ, ДОБРОВОЛЬСКИМ и ЛАШКОВОЙ. С этого времени ЕМЕЛЬКИНА - санитарка, разнорабочая, уборщица и т.п. Подписала несколько открытых писем в защиту прав человека.

    В 18 час.  27 июня 1971  г.  в  День  советской  молодежи

Н.ЕМЕЛЬКИНА вышла на Пушкинскую площадь и стала раздавать и разбрасывать рукописные листовки. В листовках говорилось: "...Знайте, что в нашей стране по сей день продолжают арестовывать людей за убеждения, как в страшные сталинские времена". У ЕМЕЛЬКИНОЙ также был плакат с двумя надписями: "Свободу политзаключенным в СССР!" и "Свободу Владимиру Буковскому!".

    Ей предъявлено обвинение по ст. 190-1 УК РСФСР. Следствие

ведет ст. следователь прокуратуры г. Москвы Л.С.АКИМОВА (она руководила следствием по делу И.БЕЛОГОРОДСКОЙ, по делу участников демонстрации на Красной площади, по делу Н.ГОРБАНЕВСКОЙ, по делу А. КРАСНОВА-ЛЕВИТИНА и др.).

    2 июля на квартире у Н.ЕМЕЛЬКИНОЙ произведен обыск.
    В настоящее время НАДЕЖДА ЕМЕЛЬКИНА находится в Бутырской

тюрьме.

                           *****
    В Горьком  и  Наро-Фоминске  (Московская  обл.)  верующим

неоднократно отказывали в просьбе зарегистрировать их как религиозное общество и открыть в городе православный храм, хотя по действующему закону "О религиозных объединениях" от 8 апреля 1929 г. верующие, числом не менее 20-ти, вправе составить религиозное общество, зарегистрировать его в местном Совете, после чего построить (или получить от Совета бесплатно) молитвенные здания и собираться там, уже не уведомляя об этом власти. "Отказ в регистрации допустим лишь в том случае, если вероучение и исполнение обрядов, а также и иная деятельность сопряжены с нарушением законов или с посягательством на личность и права граждан" ("Известия" от 29 августа 1966 г., интервью председателя Совета по делам религий В.А.КУРОЕДОВА).

    В обоих  случаях  просьбу об открытии церкви подписало до

1500 жителей; местные органы власти и все высшие инстанции свои отказы не мотивировали.

    Одна из жительниц Наро-Фоминска подала в суд на Совет  по

делам религий при Совете Министров СССР. Нарсуд Ленинского р-на Москвы 27 марта 1970 г. оправдал действия Совета. В наро-фоминской газете "Знамя Ильича" 6 февраля 1971 г. напечатана статья "Нечистое дело", осуждающая стремление "околорелигиозных шарлатанов" открыть церковь в городе (хотя в последние годы речь шла лишь о регистрации верующих).

    В Горьком,  после неудачных  попыток  послать  жалобу  во

Всемирный Совет церквей и в ООН по почте, была предпринята попытка передать ее через западных туристов. Затем последовали репрессии против авторов жалобы: многочасовые допросы в КГБ (их вел О.П.ЛАБУТОВ), увольнения с работы, лишение допуска, отказы в предоставлении жилья. Обширный "документальный рассказ" об авторах жалобы "Чек на 7000" поместила в декабре 1970 г. газета "Горьковский рабочий". Были сняты с работы настройщик ВЕНИАМИН КОЖУХИН, инженеры ГАЛИНА ВАХУТИНА и ЗОЯ ЖЕБРАКОВА, преподаватель университета ВАЛЕНТИН САЗАНОВ и его мать, машинистка; исключен из университета студент 5 курса ВАЛЕРИЙ ВАНЦЕВ; понижены в должности слесарь ВИТАЛИЙ КЛЕМЕНТЬЕВ, инженер ПЕЛАГЕЯ ТРОФИМОВА. Архиепископ ФЛАВИАН осудил с амвона стремление верующих открыть церковь.

                           *****
    Москва. 18 июня из владимирской тюрьмы был этапирован для

дачи свидетельских показаний в следственную тюрьму КГБ (Лефортово) АЛЕКСАНДР ГИНЗБУРГ. Допросы ведет ст. следователь УКГБ капитан В.И.КОРКАЧ. Исходя из того, что КОРКАЧ 29 марта с.г. проводил обыск на квартире ВЛАДИМИРА БУКОВСКОГО, можно с некоторой вероятностью предполагать, что ГИНЗБУРГ вызван по его делу.

    Ленинград, 7    июня*   в   спецпсихбольнице   окончилась

голодовка ВЛАДИМИРА БОРИСОВА и ВИКТОРА ФАЙНБЕРГА (см. "Хронику" N 19). Она длилась 81 день. Сведениями о физическом состоянии заключенных, режиме содержания и о том, удовлетворены ли их требования, "Хроника" пока не располагает.

__________

    * - См. уточнение в "Хронике" N 22.
                           *****
    Рига. В  середине  февраля состоялся гражданский судебный

процесс: инженер-экономист НАТАН ЛОЗОВСКИЙ (31 год) возбудил дело против Балтийского транспортного института в связи с тем, что в характеристике, выданной ЛОЗОВСКОМУ руководством этого института для ОВИРа, содержатся ложные сведения, порочащие его профессиональную честь.

    Во время  судебного разбирательства один из находящихся в

зале вел магнитофонную запись. Судья потребовал прекратить запись, вскочил с места и, пытаясь вырвать ленту, ударил одного из присутствующих. Был заявлен протест против "превышения судьей своих полномочий". Вызвали милицию, зал заперли на два часа, четыре человека были задержаны и отпущены только через несколько часов.

    В начале марта состоялось повторное заседание  суда.  Суд

заявил, что не будет рассматривать это дело и что истец может обратиться в административные органы.

                           *****
    Киев. 21 мая с  поезда  Киев-Москва  был  снят  в  Нежине

ИЗРАИЛЬ КЛЕЙМЕР, который вез письмо 9-ти киевских евреев в центральные газеты. В письме выражался протест против проведения судебных процессов над евреями, отстаивающими свое право на выезд в Израиль. КЛЕЙМЕРУ был предъявлен поддельный железнодорожный билет, по которому он, якобы, пытался проехать в поезде. "Операция" осуществлялась под руководством лица, представившегося как майор КОЛОМИЙЧУК, начальник милиции г. Нежина.

    КЛЕЙМЕРУ было  заявлено,  что  он,  совместно  с  другими

авторами письма, будет привлечен к судебной ответственности за подделку ж.-д. билетов и за клевету на советское правосудие. 25 мая КЛЕЙМЕРУ и его семье было дано устное разрешение на выезд в Израиль. После того как он и его жена уволились с работы, им было заявлено, что разрешение на выезд аннулировано. До настоящего времени И.КЛЕЙМЕР не получил ответа на жалобы, направленные им в различные советские инстанции.

    (Справка. Снятие евреев с поездов,  идущих в Москву, было

зафиксировано впервые накануне и в дни XXIV съезда КПСС. Некоторым евреям в Риге и в Вильнюсе не продавались билеты, других снимали с поездов, говоря им, что произошла ошибка в оформлении билетов и т.д.).

                           *****
    Москва. 14 июня  группа  евреев  из  Вильнюса  и  Каунаса

(около 25 человек) прибыла в Москву и обратилась в приемную МВД СССР с просьбой о приеме их министром МВД ЩЕЛОКОВЫМ или его заместителем. (Они записались на прием 28 мая.) Группа состояла из лиц, неоднократно получавших отказы на свои ходатайства о выезде в Израиль. Они были приняты начальником ОВИРа СССР, но не получили положительного ответа. 16 июня они обратились в приемную ЦК КПСС, где беседовали с начальником приемной ТИХОМИРОВЫМ. Там же зам. начальника ОВИРа полковник ОВЧИННИКОВ объявил им мотивы отказа: "наличие высшего и среднего образования". 21 и 22 июня группа литовских евреев с присоединившимися к ним пятью евреями из Риги обратилась в приемную Президиума Верховного Совета СССР, тоже тщетно. 22 июня в 15 ч. они направили телеграмму на имя БРЕЖНЕВА, ПОДГОРНОГО и КОСЫГИНА, заявив, что будут голодать в помещении Центрального телеграфа до положительного ответа из МВД. Вечером того же дня в помещении телеграфа с ними беседовал ответственный сотрудник КГБ, не сообщивший своей фамилии и назвавший себя "ЛЕОНТИЕМ КУЗЬМИЧОМ". Он настойчиво предлагал голодающим покинуть телеграф и выехать из Москвы, обещая пересмотр дела на местах. Поскольку это обещание было дано неофициальным лицом, требование покинуть телеграф было отклонено.

    23 и 24 июня телеграф посетили  ответственные  сотрудники

МВД и КГБ и повторяли предложение покинуть телеграф, добавив, что большинству будут даны положительные ответы.

    24 июня  в  Вильнюсе  в  14 ч.  45 родственников и друзей

голодающих присоединились к ним, начав голодовку на Центральном телеграфе в Вильнюсе, и дали об этом телеграмму первому секретарю ЦК Литвы СНЕЧКУСУ. К 12 ч. ночи голодающие были разогнаны сотрудниками милиции.

    Так как среди голодающих  на  Московском  телеграфе  были

женщины и больные люди, то, приняв во внимание обещания, данные сотрудниками МВД и КГБ, голодовку закончили в 9 ч. вечера 24 июня.

    По возвращении  домой  участникам  голодовки  вновь  было

отказано в выезде в Израиль. Мотивы - те же.

    На второй  день  после  возвращения   из   Москвы   ЕЛЕНА

ЛЕВИНАЙТЕ, МЕРИАМ ТАЙНЕНЕ, ТЕРЕЗА ГОТЛИБ, АЛЕКСАНДР ФАЛЬКАС получили выговоры; ГРИГОРИЙ АБРАМОВИЧ, ЛАЗАРЬ КРУНБЕРГ, ЮДИТ ЛЕНЗЕ и СОНЯ ФУРМАН уволены с работы за прогул.

    Ангарск. В  поддержку  прибалтийских  евреев,  объявивших

голодовку на центральном телеграфе в Москве, выступил ИОНА КОЛЬЧИНСКИЙ, молодой еврей из Харькова, проходящий в настоящее время военную службу в г. Ангарске (см. "Хронику" NN 17, 18). В своей телеграмме от 24 июня КОЛЬЧИНСКИЙ просил считать его участником коллективной голодовки и подал командованию части рапорт о снятии его с продовольственного обеспечения.

    В.ЧАЛИДЗЕ - юридически доверенное лицо  И.КОЛЬЧИНСКОГО  -

послал открытое письмо ГРЕЧКО с обоснованием необходимости досрочной демобилизации КОЛЬЧИНСКОГО.

                           *****
    Москва. Как      явствует      из       "Справки       об

организационно-творческой работе московской организации Союза писателей РСФСР за 1969- 70 г.г." (М., 1971 г., с грифом "для служебного пользования"), из СП исключены Р.БАУМВОЛЬ и З.Л.ТЕЛЕСИН, "высказывавшие в своих письменных заявлениях, устных беседах взгляды, находящиеся в резком противоречии с Уставом СП СССР, и проявившие себя как литераторы, не имеющие ничего общего с целями и задачами, стоящими перед нашей многонациональной советской литературой" (стр. 9). (Супруги БАУМВОЛЬ и ТЕЛЕСИН - еврейские поэты, пожелавшие уехать в Израиль. В апреле 1971 г. они покинули СССР.)

    В той    же    "Справке"   сообщается   о   "выговоре   с

предупреждением" В.ВОЙНОВИЧУ (см. "Хронику" N 18) и о "строгом выговоре с занесением в личное дело" поэту А.МАРКОВУ "за безответственное и политически неверное публичное выступление". (МАРКОВ в 1969 г. на своем творческом вечере в одном из учреждений высказал неодобрение по поводу существования так называемых "закрытых распределителей".)

                           *****
    Из библиотек  и  книжных  магазинов  в  апреле-мае изъяты

книги выехавших в Израиль Р.БАУМВОЛЬ, И.КЕРЛЕРА и З.ТЕЛЕСИНА. Обыкновенно такая судьба постигает книги тех авторов, которые объявили себя невозвращенцами и попросили политическое убежище на Западе (в последние годы - А.БЕЛИНКОВ, М.ДЕМИН, Ю.КРОТКОВ, А.КУЗНЕЦОВ).

                           *****
    24 июня уехал в Израиль МИХАИЛ ИСААКОВИЧ ЗАНД.  Он - один

из авторитетных ученых-филологов, специалист по истории персидской и таджикской литературы, знаток семитологии.

    ЗАНД родился в семье  профессионального  коминтерновского

работника польско-еврейского происхождения, который в конце 1930-х годов иммигрировал в СССР и незадолго до войны репрессирован (впоследствии посмертно реабилитирован).

    Окончив Московский университет,  ЗАНД  уехал  работать  в

Таджикистан, благодаря его энергии русский читатель знакомится с образцами классической персидской и советской таджикской литературы. В 1950-60 годах он - сотрудник Института народов Азии АН СССР (Москва). Несколько лет назад опубликовал популярную монографию "Шесть веков славы".

    Общественные выступления ЗАНДА в конце 60-х  начале  70-х

годов повлекли за собой увольнение его с работы и т.д. В марте-апреле 1971 г. он, среди прочих, отбыл 15-суточное заключение в помещении МУРа (Петровка, 38) и в течение всего срока держал голодовку (см. "Хронику" N 19).

    10 мая,  получив  визу,  ЗАНД  с  семьей  подготовился  к

отъезду, но неожиданно виза была отобрана.

    В июне  виза  вновь  была  получена,  и ЗАНД благополучно

прибыл в Израиль.

                           *****
    14 мая прекращено уголовное  преследование  кинорежиссера

МИХАИЛА КАЛИКА (см. "Хронику" N18), об этом его официально уведомили 23 мая.

                           *****
    Москва. 1 июня, в Международный день защиты детей, юноши,

называющие себя "хиппи" и "длинноволосыми", собрались во внутреннем дворе бывшего исторического факультета МГУ, чтобы идти демонстрацией к посольству США с антивоенными лозунгами. Как только их "лидер" развернул плакат с английской надписью "Мэйк лав, нот уор!" (традиционный лозунг хиппи: "Люби, а не воюй") и они направились к арке, выходящей на ул. Герцена, он и остальные (около 150 человек) были окружены давно находившимися здесь же оперативниками и дружинниками. Демонстрантов погрузили в машины по такому принципу: наиболее волосатых - в "Волги" и микроавтобусы, остальных - в обычные автобусы, и развезли по разным отделениям милиции.

    Как будто  за  несколько  дней  до  проведения задуманной

демонстрации некто по прозвищу "Солнце" (авторитет среди московских "хиппи") сообщил им, что демонстрация разрешена ВЦСПС. По слухам, сам "Солнце" во время задержания ребят во дворе университета был на Пушкинской площади, где также предполагалась демонстрация длинноволосых, но о ней "Хронике" ничего не известно.

    О том,  каким репрессиям подверглись  "хиппи",  "Хроника"

сообщить не может - известно лишь о ряде случаев применения декабрьского Указа Верховного Совета 1963 г. "о мелком хулиганстве", о случаях насильственной психиатрической госпитализации, о стрижке наголо наиболее волосатых, о профилактических беседах с "хиппи" сотрудников КГБ.

                           *****
    Международная лига  прав  человека  (центр - в Нью-Йорке)

пригласила Комитет прав человека (Москва) войти в Лигу. Комитет вступил в Лигу в качестве коллективного члена.

    20 мая  Комитет  прав  человека   выбрал   своим   членом

И.Р.ШАФАРЕВИЧА. ИГОРЬ РОСТИСЛАВОВИЧ ШАФАРЕВИЧ (род. в 1923 г.) - математик-алгебраист, член-корреспондент АН СССР (с 1958 г.), лауреат Ленинской премии.

                           *****
    20 мая   В.Н.ЧАЛИДЗЕ,   член   Комитета   прав  человека,

обратился в Президиум Верховного Совета СССР с заявлением "О преследовании евреев-репатриантов".

    Объясняя, что сионизм - это не реакционное  политическое

течение, не антикоммунистическое и не антисоветское, как это представляется в нашей прессе, а - идея еврейской государственности, ЧАЛИДЗЕ призывает "прекратить любые преследования репатриантов" и "не нарушать впредь очевидное право человека покидать любую страну".

    С доводами  письма   согласились   и   к   его   призывам

присоединились члены Комитета А.Д.САХАРОВ и А.ТВЕРДОХЛЕБОВ.

    31 мая ЧАЛИДЗЕ обратился с письмом к главам  правительств

СССР и Израиля, призывая их установить прямые консульские отношения друг с другом, чтобы способствовать разрешению проблемы воссоединения разрозненных еврейских семей в той стране, в которой эти семьи хотят воссоединиться.

    О своем  послании ЧАЛИДЗЕ известил Генерального секретаря

ООН У ТАНА и просил его содействовать установлению неполитических контактов между СССР и Израилем в целях защиты прав человека.

                           *****
    21 июня кандидат химических наук  ВЛАДИМИР  ТВЕРДОХЛЕБОВ,

старший брат АНДРЕЯ ТВЕРДОХЛЕБОВА, члена Комитета прав человека, улучив момент, когда в квартире АНДРЕЯ никого не было, выкрал из его кабинета архив, связанный с правовой деятельностью брата. По мнению А.ТВЕРДОХЛЕБОВА, кража в большой степени была совершена по принуждению.

                           *****
    АНДРЕЙ АМАЛЬРИК, приговоренный по ст. 190-1 к 3 годам ИТЛ

усиленного режима (см. "Хронику" NN 17, 19) в июне прибыл на Колыму. Его адрес: Магаданская область, п/я АВ 261/3.


    НОВОСТИ САМИЗДАТА
    "Вестник исхода" N 1 (сборник документов).
    Содержание: Накануне  процессов  (письма  родных и друзей

обвиняемых в Ленинграде, Кишиневе, Риге). Посещение группами евреев правительственных учреждений СССР. Выездные дела М.КАЛИКА и В.СЛЕПАКА. Письма, заявления, телеграммы, протесты, официальные документы ("Положение о въезде в СССР и о выезде из СССР" и "0 дополнении и изменении Постановления Совнаркома СССР от 29 апреля 1942 г. N 598 "О ставках государственной пошлины").


    В.ЧАЛИДЗЕ. "Ко мне пришел иностранец", май 1971 г.
    В брошюре  приведены  протоколы обысков,  произведенных у

ЧАЛИДЗЕ 29 марта и 7 апреля (см. "Хронику" N 19), открытое письмо академика САХАРОВА министру внутренних дел ЩЕЛОКОВУ, тексты бесед ЧАЛИДЗЕ со следователем КГБ и очной ставки его с бельгийцем СЕБРЕХТСОМ, комментарии к статье БРЯНЦЕВА "Под фальшивой личиной" ("Известия", 19 апреля 1971 г.), заявления ЧАЛИДЗЕ по этим вопросам, направленные в различные инстанции.


    М. КАЛИК.  "К русской интеллигенции".  В  редакции  газет

"Известия", "Советская культура", "Литературная газета".

    Открытое письмо, в котором автор, сознающий себя евреем и

в то же время русским интеллигентом, размышляет о судьбах "тех, кто уезжает", и "тех, кто остается".


    "Общественные проблемы", вып. 10, март - апрель 1971 г.
    Составитель В.Н.ЧАЛИДЗЕ.
    Выпуск содержит  статью ЕЖИ САВИЦКОГО "Размышления юриста

о критике" и доклад Комитету А.С.ВОЛЬПИНА "Международный пакт о гражданских и политических правах и советское законодательство".

    Польский юрист  (статья  написана  в  порядке  обсуждения

проекта Уголовного кодекса ПНР, "Трибуна люду", 1.1.1962 г.) обсуждает проблемы свободы критики при социалистическом строе. В кодексе отсутствуют правовые "гарантии свободы критики, одна из причин этого - боязнь со стороны властей последствий критики. Правда, совсем исключить критику, как пишет САВИЦКИЙ, "не удается даже в условиях такого отношения между властью и гражданином... когда вообще запрещается публично рассуждать о чем бы то ни было, когда во имя спокойствия и ради сохранения авторитета власти гражданам предписывается направлять все критические соображения только по начальству, которое "лучше знает, как устранять зло".

    Автор отмечает,  что для  некоторых  периодов  характерна

"неприязнь к правовым нормам вообще". Для того, чтобы не возрастала "сфера, предоставленная свободному усмотрению властей", он считает необходимым ввести правовые нормы, гарантирующие свободу критики и ограничивающие риск от критики "неправильной".

    Конкретно предлагаются:  санкции  за  подавление критики,

проверка истинных мотивов администрации (когда, например, критикующего увольняют с работы якобы в рамках законности). Нужно "максимально увеличить безопасность критикующего", - призывает Е.САВИЦКИЙ.

    ВОЛЬПИН в своем докладе представляет свои  соображения  о

степени готовности СССР ратифицировать и соблюдать Пакт о гражданских и политических правах. Часть доклада посвящена также Пакту об экономических, социальных и культурных правах. (Тексты Пактов опубликованы в книге "Советский Союз и Организация Объединенных Наций", 1968 г., тираж 4800 экз.) А. С. ВОЛЬПИН находит, что права, признаваемые первым Пактом, уже отображены в советском законодательстве и конвенциях, в которые СССР вступил, исключая лишь "право на забастовки". При вступлении в силу второго Пакта будет образован Комитет по Правам человека ООН, уполномоченный рассматривать нарушения признанных в Пакте прав. Автор полагает, что СССР, если ратифицирует Пакт, будет активным членом Комитета и признает (хотя такое признание и не обязательно) компетенцию Комитета рассматривать жалобы, исходящие от государства (но не петиции частных лиц).

    Права, признаваемые  в Пакте,  признаны также и советским

законодательством. Поэтому обсуждается главным образом вопрос об ограничении этих прав в СССР: совместимы ли они с требованиями Пакта? Здесь можно выделить сопоставление ст. 12 (о праве на выезд и въезд), ст. 18 (о праве на свободу мысли, совести и религии), ст. 19 (о свободе информации), ст. 22 (о свободе ассоциаций) с положением, законами и практикой, существующими в СССР.

    Хотя многие права, признаваемые Пактом, плохо соблюдаются

в СССР, но это вызвано не столько законами, сколько общественными институтами и традициями, во власти которых находится и уровень судопроизводства. Ратификация Пакта сама по себе не может изменить этого положения вещей.

    Хотя автор   видит   необходимость   внесения   некоторых

изменений в законодательство, он считает, что в целом СССР юридически подготовлен для вступления в Пакт.

    В конце выпуска приводится  протокол  заседания  Комитета

прав человека от 28 апреля, на котором решено было считать приемлемым для Комитета присоединение к Международной лиге прав человека в качестве коллективного члена.


    "Вече" N 2, 19 мая 1971 г. Содержание:
    1."Заявление редакции журнала "Вече".  Журнал не является

подпольным - указывается на подпись и адрес ответственного редактора В.Н.ОСИПОВА. Редакция отвергает определение журнала как "крайне шовинистического".

    2."Пояснение редакции журнала  "Вече"  по  поводу  работы

М.Ф.Антонова" (см. ниже).

    3. М.АНТОНОВ.  "Учение  славянофилов   -   высший   взлет

народного самосознания в России в доленинский период". (Продолжение.) Излагаются взгляды А.С.ХОМЯКОВА: он не реакционер, а консерватор. Нужно учесть, что он жил и творил более чем сто лет назад. Октябрьская революция была подлинно народной революцией - "общинный уклад", не искаженный "западным формализмом" м т.д. Православие - "высший тип" христианства и наиболее отвечает духу русского народа.

    4. "Мысли-прожекторы".  Высказывания  анонимного автора о

России, о православии.

    5. "К   предстоящему   Собору".   Обращение   по   поводу

внецерковной деятельности митрополита НИКОДИМА. Заявление НИКОЛАЯ ГАЙНОВА, священника храма во имя Святой Троицы и др. Авторы протестуют против воскрешения идеологии обновленчества в новой форме.

    6. "Генерал М.Д.Скобелев как полководец м государственный

деятель". Автор не указан.

    7. АННА БАРКОВА.  "Тоска татарская" и др.  стихотворения.

Поэтесса старшего поколения; провела долгие годы в лагерях. С 1920 г. не печаталась.

    8. МИХАИЛ МОРОЗОВ.  "Несколько  замечаний  о  современном

литературном процессе". Дается оценка многим современным писателям, поэтам и критикам: "Наша литература жива, ее мощный организм питается нашей тысячелетней культурой, особенной духовностью, присущей русскому человеку, и как бы временами ни было трудно ей дышать, ничто не может прервать ее вечного, обновляющего дыхания".

    9. "Мальчик-с-пальчик  или  бард "сексуальной революции".

Памфлет анонимного критика (об А.ВОЗНЕСЕНСКОМ).

    10. Под рубрикой "Критика и библиография": "Мистика перед

судом Шахновича" (аннотация Н.БОГДАНОВА), "Во мгле заморской" (аннотация В.ОСИПОВА книги бывшего эмигранта Б.Н.АЛЕКСАНДРОВСКОГО), "Воспоминания метеора" (заметки А.СКУРАТОВА о мемуарах А.Ф.КЕРЕНСКОГО).

    11. "Наша  почта":  письмо   о   взглядах   Н.А.БЕРДЯЕВА;

заявление православного священника о нравственном состоянии русской нации; письмо Л.РЕНДЕЛЯ.

    12. "Хроника"   "Веча"   N  2  сообщает  о  гибели  поэта

Н.М.РУБЦОВА; о романе ВЛАДИМИРА МАКСИМОВА "Семь дней творения"; о наро-фоминском деле (см. наст. "Хронику"); об увольнении с работы Ю.Д.ИВАНОВА за славянофильские симпатии, выраженные на страницах "Молодой гвардии".


    В.ЛАПИН. "Об обсуждении проблемы смертной казни".  Письмо

в Президиум Верховного Совета СССР от 18 мая 1971 г. (см. "Хронику" N 17 - В.ЛАПИН "Об отмене смертной казни").

    Продолжение переписки  с  Президиумом  Верховного  Совета

СССР вызвано ответом юридического отдела Верховного Совета зам. зав. П.СЕДУГИНА, что "предложение об отмене смертной казни обсуждалось при подготовке Основ уголовного законодательства Союза ССР и союзных республик и было отклонено".


    В.НИКИТЕНКОВ. Открытое письмо,12 мая 1971 г.
    Врач ВАСИЛИЙ  НИКОЛАЕВИЧ НИКИТЕНКОВ,  помещенный вместе с

женой в психиатрическую больницу после попытки проникнуть в американское посольство 16 марта (см. "Хронику" N 19), обращается ко всем честным людям с просьбой о помощи его семье.


    Ю.ГЛАЗОВ. "В  Израиль..."  ?6 мая 1971 г.  Статья о вновь

возникшей еврейской проблеме с кратким экскурсом в историю.


    К.БУРЖУАДЕМОВ. "Антигэлбрейт".      Автор      показывает

превосходство свободного рыночного хозяйства над феодально-директивным. Полемизируя с ГЭЛБРЕЙТОМ, автором книги "Новое индустриальное общество", БУРЖУАДЕМОВ отрицает прогрессивность всякого крупного хозяйства. Интересны параллели между современным производством и живой природой, вмешательством в экономику и нарушением биологического равновесия.

    Необычно употребление  автором  термина "социализм":  под

социализмом он понимает национализацию, объединение производства в руках государства.

    Автор протестует  против  феодально-барского  презрения к

буржуазным идеалам труда, бережливости, обогащения. В приложениях излагаются взгляды автора на коммунистическую идеологию, перспективы демократического движения, а также отклик на работу А.АМАЛЬРИКА "Просуществует ли СССР до 1984 г.?".


    В.ВОСКРЕСЕНСКИЙ. "Для друзей".  Сборник  стихов  молодого

московского поэта, участника СМОГа и вольных изданий "Сфинксы", "Русское слово" и др. Трагически погиб в январе 1970 г.


    НЕКРОЛОГ
    17 июня  на  лагпункте  17-а  Дубровлага   внезапно,   от

инфаркта, скончался МИХАИЛ МИХАЙЛОВИЧ СОРОКА.

    М.М.СОРОКА родился  на  Тернопольщине  в   1911   г.   По

специальности архитектор, учился в Праге. В 1930 г. он участвует в деятельности ОУН, борясь в ее рядах за независимость Западной Украины от Польской Республики. Некоторое время СОРОКА содержался в польской тюрьме.

    После ввода осенью 1939 г.  советских войск на территорию

Западной Украины и присоединения ее к УССР во Львове в одну ночь были арестованы многие ОУНовцы. Среди них - СОРОКА и его жена Е.М.ЗАРИЦКАЯ, дочь известного львовского профессора-математика (см. о ней "Хронику" NN 11,15). СОРОКА был отправлен на Воркуту, а ЗАРИЦКАЯ оставлена во Львовской тюрьме, в которой у нее родился сын (ныне - украинский художник-прикладник БОГДАН СОРОКА, живет во Львове).

    М.М.СОРОКА находился   за   Полярным   кругом   до   1950

г.Освободившись в результате редкой в те годы реабилитации, он вернулся во Львов (к тому времени ЗАРИЦКАЯ, как связная командующего УПА РОМАНА ШУХЕВИЧА, уже около трех лет находилась под следствием). Здесь СОРОКА пробыл недолго; не получив разрешения жить на родине, он был вынужден уехать в Красноярский край.

    В 1952  г.  СОРОКА  был вновь арестован.  Оказалось,  что

освобожденный с ним некий австриец был репатриирован в Австрию, где вскоре издал книгу воспоминаний. Он описал жизнь в воркутинских лагерях, рассказал, что среди заключенных ходили упорные слухи о возможном их массовом уничтожении. Заключенные решили сопротивляться, и на случай проведения этой акции в жизнь они готовились к обороне. План разрабатывался под руководством МИХАИЛА СОРОКИ.

    И вновь СОРОКА оказался в лагерях - теперь приговоренным

к 25 годам заключения.

    ...Е.М.ЗАРИЦКАЯ, которая находится в женском политлагере,

неподалеку от места захоронения лагерников (могилы зэков украшены щитками, на которых, вместо имени покойного, стоят номерные знаки), узнала о смерти мужа из третьих рук, официально ее о кончине МИХАИЛА МИХАЙЛОВИЧА СОРОКИ администрация не известила.


    ДОПОЛНЕНИЕ К "ХРОНИКЕ" N 19
    К прекращению дела МАЙИ СИЛМАЛЕ (Рига)
         "Прокуратура СССР,
         Прокуратура Латв. ССР
         16 апреля 1971 г.
         Гр-ке Силмале Аустре Арвидовне.*
         Настоящим сообщаю,  что уголовное дело  в  отношении
    Силмале Майи Арвидовны,  1924 г.  р.,  Прокуратурой Латв.
    ССР производством прекращено на  основании  ст.  198  УПК
    ЛССР и   избранная  в  отношении  ее  мера  пресечения  -
    подписка и невыезде - отменена 15 апреля 1971 г.,**  т.к.
    Силмале    М.А.    стационарной   судебно-психиатрической
    экспертизой признана невменяемой и ее  дело  не  подлежит
    направлению  в  суд  для  применения  мер принудительного
    лечения.
         Следователь по особо важным делам
         Прокуратуры Латв. ССР
         юрист 1 класса Э. КАКИТИС
                                                  (подпись)".

__________

    * Сестра МАЙИ СИЛМАЛЕ. - Примечание "Хроники".
    ** СИЛМАЛЕ  была  арестована  2   февраля   вечером   (см

"Хронику" N 18). - Примечание "Хроники".