Хроника текущих событий/15

Материал из Wikilivres.ru
Перейти к навигацииПерейти к поиску

Хроника текущих событий — выпуск 15
{{#invoke:Header|editionsList|}}


ДВИЖЕНИЕ В ЗАЩИТУ ПРАВ ЧЕЛОВЕКА В СОВЕТСКОМ СОЮЗЕ ПРОДОЛЖАЕТСЯ

       Х Р О Н И К А   Т Е К У Щ И Х   С О Б Ы Т И Й
                            Каждый человек  имеет  право   на
                            свободу  убеждений и на свободное
                            выражение их;  это право включает
                            свободу          беспрепятственно
                            придерживаться своих убеждений  и
                            свободу    искать,   получать   и
                            распространять информацию и  идеи
                            любыми средствами и независимо от
                            государственных границ.
                            ВСЕОБЩАЯ ДЕКЛАРАЦИЯ ПРАВ ЧЕЛОВЕКА,
                            статья 19
           В Ы П У С К   П Я Т Н А Д Ц А Т Ы Й

31 августа 1970г.

СОДЕРЖАНИЕ: Суд над НАТАЛЬЕЙ ГОРБАНЕВСКОЙ. - Суд над ОЛЬГОЙ

              ИОФЕ.  -  Арест  Р.И.ПИМЕНОВА.  -  Политические
              процессы    в    городах    Союза.    -    Дело
              А.Э.ЛЕВИТИНА-КРАСНОВА.  - Обыски и аресты среди
              евреев,   желающих   выехать  в  Израиль.  -  В
              мордовских     лагерях.      -      Внесудебные
              преследования.  - Краткие сообщения.  - Новости
              Самиздата. - Исправления и дополнения.
                    ГОД ИЗДАНИЯ ТРЕТИЙ

.



    СУД НАД НАТАЛЬЕЙ ГОРБАНЕВСКОЙ
    7 июля 1970г.  состоялось заседание судейской коллегии по

уголовным делам Мосгорсуда по делу ГОРБАНЕВСКОЙ Н.Е.

    Председатель БОГДАНОВ В.В.
    Народные заседатели АНДРЕЕВ, ЗАСЛАВСКАЯ
    Прокурор ПРАЗДНИКОВА
    Адвокат КАЛЛИСТРАТОВА С.В.
    Эксперт проф. ЛУНЦ
    Начало судебного заседания 10.30
    Окончание 00.40
    Председательствующий, открыв     заседание,    опрашивает

стороны о заявлении ходатайств. Защита ходатайствует об отложении дела в связи с тем, что на изучение материалов дела в четырех томах было предоставлено лишь два дня. Одновременно были заявлены ходатайства защиты:

    1) о направлении дела для дополнительного расследования;
    2) о  проведении  повторной   судебно-психиатрической   и

дополнительной комплексной экспертиз, об истребовании документов для приобщения к делу, о вызове свидетелей в судебное заседание.

    В ходатайстве  о  направлении  дела  для  дополнительного

расследования указывается, что в нарушении ст.114 УПК РСФСР в постановлении о привлечении Н.ГОРБАНЕВСКОЙ в качестве обвиняемой от 25 декабря 1969г. не содержится никаких конкретных данных о том, какие именно деяния ей вменялись и когда именно они совершены. Постановление не содержит ничего, кроме почти дословного текста статьи 190-1 УК РСФСР, т.е. по существу обвинение предъявлено не было. Это грубейшее нарушение права на защиту, поскольку адвокат, изучая дело, не знал и не мог знать, какие действия ГОРБАНЕВСКОЙ следствие считает подпавшими под статью 190-1 УК РСФСР.

    Во втором ходатайстве адвоката КАЛЛИСТРАТОВА С.В. заявила

о необходимости проведения повторной судебно-психиатрической экспертизы, поскольку ГОРБАНЕВСКАЯ 19 ноября 1969 года была представлена на медицинскую комиссию под председательством психиатра ЯНУШЕВСКОГО И.К., и эта комиссия на основании изучения истории болезни и катамнестического анамнеза более чем за 10 лет, а также данных освидетельствования, пришла к выводу, что ГОРБАНЕВСКАЯ душевным заболеванием не страдает и в направлении в психиатрическую больницу не нуждается. Между тем экспертная комиссия института им.Сербского пришла к противоположному выводу, признав, что ГОРБАНЕВСКАЯ страдает хронической душевной болезнью - шизофренией, является невменяемой и нуждается в принудительном лечении в психиатрической больнице специального типа.

    Наличие двух  противоположных  врачебных   заключении   о

психическом состоянии ГОРБАНЕВСКОЙ, по мнению адвоката, требует особо тщательного исследования вопроса о вменяемости или невменяемости ГОРБАНЕВСКОЙ, тем более, что акт стационарной экспертизы вызывает обоснованные сомнения в правильности выводов экспертов. Не указывается форма шизофрении, не приводится ни одного симптома расстройства психической деятельности. Все изложенное дает основание утверждать, что акт экспертизы составлен с нарушением закона, и настаивать на тщательной проверке заключения стационарной экспертизы, для чего защита ходатайствует:

    1. о  приобщении к делу писем ГОРБАНЕВСКОЙ своей матери и

детям (эти письма следователь адресату не вручил);

    2. об  истребовании и приобщении к делу подлинной истории

болезни Н.ГОРБАНЕВСКОЙ;

    3. о  вызове  свидетелей,  которые  знают ГОРБАНЕВСКУЮ на

протяжении многих лет и могут свидетельствовать о характере, эмоциональности, интеллектуальных способностях, образе жизни и поведении ГОРБАНЕВСКОЙ;

    4. о  назначении  по  делу повторной судебно-следственной

экспертизы.

    В связи  с  тем,  что  Н.ГОРБАНЕВСКАЯ  пишет  и переводит

стихи, адвокат просит назначить комплексную дополнительную экспертизу для выяснения вопроса, свидетельствуют ли оригинальные стихи и переводы ГОРБАНЕВСКОЙ о каких-либо патологических изменениях ее личности, о приобщении к делу списка ее опубликованных произведений и отзыва о творчестве ГОРБАНЕВСКОЙ, написанного поэтом Б.СЛУЦКИМ по просьбе адвоката.

    Обвинение возражает  против  отложения  дела,   так   как

считает, что у адвоката было достаточно времени ознакомиться с делом.

    Обвинение запрашивает   мнение   эксперта  о  доставлении

ГОРБАНЕВСКОЙ в судебной заседание. Эксперт заявляет, что экспертиза, как правило, выступает против доставления психически больного в судебное заседание., т.к. это не только объект исследования, но и больной человек, о котором врачи обязаны заботиться.

    Защита задала  эксперту вопрос,  какие именно психические

явления и конкретные изменения личности препятствуют участию ГОРБАНЕВСКОЙ в судебном заседании. Эксперт ЛУНЦ ответил, что вялотекущая шизофрения, как диагностировала комиссия заболевание ГОРБАНЕВСКОЙ, не характеризуется грубо очерченными психотическими явлениями, такими, как бред, галлюцинации и т.д. Болезнь протекает с сохранением трудоспособности и прежнего интеллектуального уровня и навыков.

    Обвинение не считает обоснованной мотивировку ходатайства

адвоката о назначении повторной психиатрической экспертизы. Адвокат, по мнению обвинителя, не должен объявлять необоснованным экспертное заключение до того, как оно будет исследовано в судебном заседании, иначе он берет на себя полномочия экспертов. Экспертиза располагала всеми материалами дела, и экспертам было известно, какие деяния вменяются ГОРБАНЕВСКОЙ. Экспертам было известно, что ГОРБАНЕВСКАЯ распространяла клеветнические материалы и передавала их "нашим злопыхателям".

    Обвинение возражает    против    назначения   комплексной

экспертизы творчества ГОРБАНЕВСКОЙ, так как ее "письменная продукция" есть в деле и была представлена экспертам и так как болезненное состояние не обязательно должно отражаться в таком творчестве как переводы.

    По ходатайству      адвоката       о       предоставлении

Е.С.ГОРБАНЕВСКОЙ, матери Н.Е.ГОРБАНЕВСКОЙ, прав законного представителя и о допуске ее в процесс у обвинения нет возражений.

    Суд после   совещания  выносит  определение  о  признании

Е.С.ГОРБАНЕВСКОЙ законным представителем Н.Е.ГОРБАНЕВСКОЙ и о допуске ее в процесс. Остальные ходатайства суд отклоняет.

    Допрашиваются свидетели.    ФОРСЕЛЯ,    проживающего    в

Карельской АССР, председательствующий спрашивает, когда и при каких обстоятельствах он виделся с ГОРБАНЕВСКОЙ. Свидетель ФОРСЕЛЬ заявляет, что видел ГОРБАНЕВСКУЮ "пять минут плюс два часа" и поясняет, что летом 1969г. он побывал в Эстонии, в частности в Тарту, где навещал своих "солагерников о сотюремников", так как он недавно освободился из десятилетнего заключения, которое отбывал, в частности, во Владимирской тюрьме. В Тарту увидел ГОРБАНЕВСКУЮ на квартире своего товарища, куда она пришла с мальчиком. Он видел ее всего пять минут, и ему сказали, что она из Москвы. После этого он с двумя товарищами - ТАРТО ЭИНОМ и НИКЛУСОМ МАРТОМ беседовал с ГОРБАНЕВСКОЙ в другой квартире. ГОРБАНЕВСКАЯ интересовалась положением заключенных во Владимирской тюрьме, в частности, политзаключенных. Свидетель рассказал об этом ГОРБАНЕВСКОЙ. Кроме того, ее интересовал случай с одним тартуским школьником, который расклеивал листовки в связи с годовщиной ввода войск в Чехословакию, был задержан и избит. ФОРСЕЛЬ сказал, что ГОРБАНЕВСКАЯ показала ему что-то вроде журналов, напечатанных на пишущей машинке. Там было 5 - 6 журналов и назывались они "Хроника событий". Свидетель взял один из них, который показался ему последним, и стал его читать. Другие тоже читали. Он помнит, что там было написано про татар и про "их возвращение на родную землю", про какие-то отставки и увольнения с работы. Подробнее он не помнит, так как был немного "под мухой". Больше ГОРБАНЕВСКУЮ он не видел и не слышал о ней.

    Председательствующий спросил, какое впечатление произвела

на ФОРСЕЛЯ беседа с ГОРБАНЕВСКОЙ. "Мне не понравилось, - сказал ФОРСЕЛЬ, - что человека, только что вышедшего из заключения, втягивают в какие-то авантюры, мешают спокойно жить."

    Вопрос обвинителя:  правда  ли,  что ФОРСЕЛЬ показывал на

предварительном следствии, будто его знакомый НИКЛУС назвал ГОРБАНЕВСКУЮ "важной особой" из круга СИНЯВСКОГО-ДАНИЭЛЯ и сказал, что материалы предназначены для передачи на "Запад", а также, что "материалов была кипа". Свидетель подтвердил это.

    Вопрос обвинителя:   не   создалось   ли   у    свидетеля

впечатления, что ГОРБАНЕВСКАЯ выясняла сведения о политзаключенных чисто информационного характера. Свидетель подтвердил это.

    Вопрос адвоката:  не сообщил ли  кому-нибудь  ФОРСЕЛЬ  об

этой беседе. - "Нет, в Тарту я никому не сообщал", - ответил ФОРСЕЛЬ. Адвокат: "А где сообщили?" ФОРСЕЛЬ: "Я сообщил об этом в Петрозаводске". Адвокат: "Кому сообщили?" ФОРСЕЛЬ: "Органам КГБ". Адвокат спрашивает, не было ли известно свидетелю, что ГОРБАНЕВСКАЯ приехала в Тарту не для того, чтобы собирать информацию, а чтобы устроить на отдых своего ребенка. Свидетелю это было известно. Адвокат: "Утверждаете ли Вы, что Никлус и Тарто в вашем присутствии также читали "Хроники" и ни Вы, ни они во время чтения из комнаты не выходили?" Свидетель отвечает утвердительно.

    Адвокат просит  вызвать  в  судебное заседание свидетелей

НИКЛУСА и ТАРТО, которые были допрошены в предварительном следствии и показали, что никаких материалов ГОРБАНЕВСКАЯ в Тарту не привозила, не показывала и читать им не давала. Адвокат высказала мнение, что, если об одном и том же событии три свидетеля дают противоречивые показания, то все они должны быть допрошены в суде для установления истины.

    Обвинение возражает,  так как свидетель  ФОРСЕЛЬ  в  суде

допрошен, а показание других свидетелей для дела несущественны.

    Допрашивается свидетель   ШИЛОВ,  следователь  Московской

прокуратуры. Он показывает, что 24 декабря 1969г. он производил обыск на квартире ГОРБАНЕВСКОЙ. Обыск уже подходил к концу, и он составлял опись изымаемых материалов, а ГОРБАНЕВСКАЯ сидела и безопасной бритвой точила карандаш. Для ускорения составления описи он предложил ГОРБАНЕВСКОЙ пронумеровать листы одной из изымаемых рукописей - это был "Реквием" АХМАТОВОЙ. ГОРБАНЕВСКАЯ неожиданно бросилась отнимать у него эту рукопись и в последовавшей "секундной борьбе" порезала ему пальцы бритвой. В результате пореза большого пальца началось сильное кровотечение. О происшедшем был подан рапорт в прокуратуру, имеется акт судебной медицинской экспертизы.

    Обвинитель спрашивает,   как   следователь    расценивает

поступок ГОРБАНЕВСКОЙ. ШИЛОВ отвечает, что поступок "явился сопротивлением представителю власти с причинением легких телесных повреждений". Свидетель уточнил, что ГОРБАНЕВСКАЯ после происшедшего извинилась перед ним и говорила, что порезала его нечаянно. Свидетель рассматривает поступок ГОРБАНЕВСКОЙ как мелкую месть за то, что она слабее и не могла с ним справиться.

    Адвокат интересуется,  что было причиной  изъятия  стихов

известного и признанного советского поэта А.А.АХМАТОВОЙ. Свидетель ответил, что следствию для всестороннего изучения личности необходимы сведения о мировоззрении, вкусах и привычках обвиняемого.

    - Знаете   ли   Вы,   -   спрашивает  адвокат,  -  почему

Горбаневская проявила такое недовольство изъятием этой рукописи? Свидетель поясняет, что, как ему стало известно, титульный лист этой рукописи был надписан АХМАТОВОЙ и что, возможно, из-за этого рукопись была дорога ГОРБАНЕВСКОЙ.

    Далее адвокат спрашивает,  когда  свидетель  почувствовал

порез: во время его нанесения или когда увидел кровь. Свидетель поясняет, что "в секундной борьбе" он не мог установить момент пореза. Свидетель на вопрос адвоката сказал, что при этом инциденте присутствовали понятые и сотрудники милиции, а лишь после пришли И.ЯКИР, ШРАГИН и АМАЛЬРИК. Адвокат просит вспомнить, не была ли И.ЯКИР очевидцем инцидента. ШИЛОВ отрицает это. Вопрос обвинителя ШИЛОВУ: "Вы производили обыск у Амальрика?" "Да, когда Амальрик пришел на квартиру Горбаневской, я просил его предъявить, что было при нем". - "Я имею в виду обыск на квартире Амальрика, - уточняет обвинитель, - вы производили его?" Свидетель подтверждает. "А кто пришел на квартиру к Амальрику во время обыска у него?" - спрашивает прокурор. Попытка адвоката опротестовать этот вопрос, как не имеющий отношения к рассматриваемому делу, оставляется председательствующим без внимания, и свидетель отвечает: "К Амальрику пришел американский корреспондент с женой". - "И что они принесли?" - спрашивает прокурор. "Бутылку виски. Они пришли, чтобы присутствовать на вечеринке". Прокурор заявляет: "Вот круг знакомств Горбаневской".

    Адвокат заявляет  суду  ходатайства  о  вызове  И.ЯКИР  в

качестве свидетеля, так как по утверждению ГОРБАНЕВСКОЙ, И.ЯКИР присутствовала во время инцидента. Адвокат обращает внимание суда на то, что до сих пор все ее ходатайства отклоняются.

    Суд по совещании отклонил ходатайство о вызове  свидетеля

И.ЯКИР.

    Рассматривается заключение    судебной    психиатрической

экспертизы. Председательствующий просит стороны передать вопросы эксперту. Адвокат оглашает одиннадцать вопросов. Суд выносит определение об утверждении шести вопросов адвоката эксперту. Вопросы защиты в основном сводятся, во-первых, к выяснению, в чем конкретно выражается у ГОРБАНЕВСКОЙ "специфические для шизофрении изменения мышления, эмоциональности и критических способностей", о которых говорит экспертиза, и в каких действиях, инкриминируемых ГОРБАНЕВСКОЙ следствием, экспертиза увидела признаки невменяемости; во-вторых, достаточно ли тщательным было медицинское обследование: проводились ли психологические исследования, например тесты; исследовались ли художественные произведения и письма ГОРБАНЕВСКОЙ к матери и детям; опрашивались ли ее близкие знакомые, знающие ее долгое время.

    Последний вопрос  защиты  -  какие методы лечения имела в

виду экспертиза, рекомендуя содержание в больнице специального типа, и нельзя ли обеспечить это же лечение в больнице общего типа.

    Председательствующий спрашивает эксперта, сколько времени

потребуется для составления ответов на вопросы. Эксперт ссылается на необходимость обратиться при составлении ответов к медицинским документам, хранящимся в архиве института; указывает, что лишь с 10 часов следующего дня он может воспользоваться архивом, так как рабочий день уже кончается. Эксперт считает, что ответы на вопросы он может представить лишь к 13 часам следующего дня (т.е. 8 июля).

    В это время в зал вошла работница аппарата суда и сказала

что-то секретарю заседания, после чего секретарь предложил председателю объявить перерыв на 5 минут и выяснить организационные вопросы. Судья сказал, что заседание прерывается до следующего дня и нет смысла в пятиминутном перерыве. Однако секретарь продолжал настаивать. Тогда был объявлен перерыв на 5 минут. Он длился фактически около часа, в течение которого председатель и эксперты неоднократно выходили из зала и поднимались на верхний этаж. Кроме того, прокурор и эксперт долго находились в совещательном кабинете вместе с составом суда. Затем заседание возобновилось, и проф. ЛУНЦ зачитал и представил суду в письменном виде ответы на вопросы.

    Как сказал  проф.  ЛУНЦ,   у   ГОРБАНЕВСКОЙ   установлена

вялотекущая форма шизофрении, при которой "отсутствует яркая симптоматика", а имеется изменение эмоционально-волевой сферы мышления и недостаточная критика к своему психическому состоянию, но отмечается сохранность памяти, прошлых знаний и навыков. Экспертиза считает, что у ГОРБАНЕВСКОЙ имеются медленно нарастающие изменения психики, которые "с теоретической точки зрения не могут квалифицироваться как ремиссия (т.е. ослабление болезни), хотя и имеют внешнее сходство с ней".

    ЛУНЦ заявил,  что  письменная   продукция   ГОРБАНЕВСКОЙ,

приложенная к делу, знакома экспертам, но что "в случае вялотекущей шизофрении такая продукция далеко не обязательно непосредственно отражает болезненные расстройства психики".

    На вопрос защиты, зачем нужна больница специального типа,

ЛУНЦ ответил, что, кроме собственно лечебных средств, в больницах установлен режим, соответствующий задачам последующей адаптации больных к условиям, в которые они попадут, выписываясь из больницы. "Сочетание патологических изменений психики с отдельными сохранными ее сторонами повышает общественную опасность больного при отсутствии у него критики к своему поведению и сознания болезни", - сказал ЛУНЦ. Адвокату так и не удалось добиться конкретных ответов на свои вопросы.

    Председательствующий спрашивает  законного  представителя

Н.Е.ГОРБАНЕВСКОЙ, ее мать Е.С.ГОРБАНЕВСКУЮ, не желает ли она что-либо заявить в связи с заключением судебной психиатрической экспертизы.

    Мать отвечает,  что она понимает,  что  ее  дочь  ожидает

наказание, но что она считает свою дочь здоровым человеком, и поэтому просит не помещать ее в психитрическую больницу. Мать говорит о работоспособности своей дочери. Обвинитель напоминает, что в сентябре 1968г., когда прокуратура приняла решение не привлекать Н.Е.ГОРБАНЕВСКУЮ к уголовной ответственности за участие в событиях 25 августа 1968г., она была передана на попечительство матери, и спрашивает, не находит ли Е.С.ГОРБАНЕВСКАЯ, что она плохо осуществила свои попечительские обязанности, если дочь "не прекратила преступной деятельности?". Е.С.ГОРБАНЕВСКАЯ соглашается с этим и заявляет: "Если моя дочь совершила преступление, приговорите ее к любому, пусть к тяжкому наказанию, но не помещайте абсолютно здорового человека в психиатрическую больницу".

    Адвокат спрашивает,  правда ли,  что обвиняемая враждебно

относится к матери, как это говорится в заключении судебной экспертизы. Мать отвечает, что у нее с дочерью были разногласия и размолвки, но нельзя говорить о враждебности - дочь всегда была заботлива по отношению к ней. Адвокат спрашивает, наблюдалась ли у ГОРБАНЕВСКОЙ эмоциональная холодность к своим детям, как об этом упоминалось в материалах экспертизы. Е.С.ГОРБАНЕВСКАЯ сказала, что НАТАЛЬЯ - заботливая мать, очень любит своих детей.

    Окончание судебного   следствия.   Слово   представляется

обвинителю. Прокурор в своей речи отметила, что Н.ГОРБАНЕВСКАЯ 25 августа 1968г. совершила преступление - приняла участие в групповых действиях, грубо нарушающих общественный порядок, за которые другие участники - БОГОРАЗ, ЛИТВИНОВ, ДЕЛОНЕ, ДРЕМЛЮГА и БАБИЦКИЙ - были осуждены и ныне отбывают наказание. Однако следствие, приняв во внимание невменяемость ГОРБАНЕВСКОЙ, воздержалось от возбуждения в отношении нее уголовного дела и передало ее на попечительство матери. Теперь, говорит прокурор, мы видим, и сама мать ГОРБАНЕВСКОЙ признает, что попечительские обязанности она выполнила плохо и что ГОРБАНЕВСКАЯ продолжала свою преступную деятельность. Так, 29 августа она передала в редакции газет "Руде право", "Унита", "Морнинг стар" и др. свое письмо, в котором тенденциозно описывала события 25 августа на Красной площади. Прокурор цитирует часть этого письма:

         "Мои товарищи  и  я  счастливы,  что  смогли принять
    участие в этой демонстрации, что смогли хоть на мгновение
    прорвать  поток  разнузданной лжи и трусливого молчания и
    показать,  что не все граждане нашей  страны  согласны  с
    насилием, которое творится от имени советского народа. Мы
    надеемся,  что об этом узнал и узнает народ Чехословакии.
    И вера в то,  что думая о советских людях, чехи и словаки
    будут думать не только об оккупантах, но и о нас, придает
    нам силы и мужество".
    ГОРБАНЕВСКАЯ, говорит      прокурор,      составила     и

распространила среди своих знакомых брошюру "Полдень", в которой тенденциозно освещены события 25 августа на Красной площади и судебный процесс над участниками этих событий. Мы знаем, продолжал обвинитель, что и событий-то никаких не было, а были действия, грубо нарушающие общественный порядок, которыми участники этих действий привлекли внимание людей, бывших на Красной площади. Но ГОРБАНЕВСКАЯ, по мнению обвинителя, сама создает и раздувает эти события, чтобы привлечь внимание наших злопыхателей. ГОРБАНЕВСКАЯ тенденциозно освещает судебный процесс над нарушителями общественного порядка, представляя дело так, будто бы обвинение было сфабриковано следствием. Далее прокурор указывает: материалами дела установлено, что ГОРБАНЕВСКАЯ являлась одним из составителей издаваемых в Самиздате сборников "Хроника текущих событий". В этих сборниках тенденциозно освещаются события в Советском Союзе, подбирается информация об арестах за антиобщественные действия, причем эти аресты представляются как незаконные. ГОРБАНЕВСКАЯ собирала информацию для этих сборников и для этого даже выезжала в другие города и республики Союза. Так, ГЕНДЛЕР показал, что информация, переданная им лично ГОРБАНЕВСКОЙ, была затем помещена в первом выпуске "Хроники". Свидетель ФОРСЕЛЬ показал, что ГОРБАНЕВСКАЯ специально для сбора информации выезжала в Эстонскую ССР, а так же то, что она распространяла эти материалы. ГОРБАНЕВСКАЯ размножала и распространяла эти сборники. Так, при обыске 24 декабря 1969г. у нее на квартире были найдены экземпляры этих сборников, напечатанные на принадлежащей ей машинке, что подтверждается заключением криминалистической экспертизы. В октябре 1969г. ГОРБАНЕВСКАЯ выезжала в места ссылки БОГОРАЗ и ЛИТВИНОВА, и у них в январе 1970г. были изъяты выпуски "Хроники", напечатанные на машинке, принадлежащей ГОРБАНЕВСКОЙ. ГОРБАНЕВСКАЯ написала очерк "Бесплатная медицинская помощь", в котором утверждается, будто работники КГБ насильственно поместили ее в родильный дом, а затем в психиатрическую больницу. КВАЧЕСКИЙ показал, что этот очерк ему лично передала ГОРБАНЕВСКАЯ.

    В своей   преступной  деятельности,  продолжал  прокурор,

ГОРБАНЕВСКАЯ не останавливалась ни перед чем - она передавала нашим злопыхателям свои работы (это и работами можно назвать лишь условно). Эти работы использовались для антисоветской пропаганды за рубежом. Так, радиостанция "Свобода" передал очерк "Бесплатная медицинская помощь", шестой выпуск "Хроники". Таким образом, говорит прокурор, материалы дела устанавливают, что ГОРБАНЕВСКАЯ систематически изготовляла и распространяла клеветнические измышления, порочащие советский государственный строй, т.е. совершала действия, предусмотренные статьей 190-1 Уголовного кодекса РСФСР.

    Во время  обыска 24 декабря 1969г.  она пыталась помешать

совершению следственных действий - изъятию рукописи - и оказала сопротивление следователю: нанесла ему легкое, но причинившее расстройство здоровья телесное повреждение, порезав его бритвой. Следователь ШИЛОВ подробно пояснил суду обстоятельства этого деяния ГОРБАНЕВСКОЙ. Таким образом, установлено, что ГОРБАНЕВСКАЯ совершила деяние, предусмотренной ст.191 УК РСФСР. Однако, продолжает прокурор, в деле имеется заключение судебно-медицинской экспертизы. Эксперт по делу, авторитетный психиатр профессор ЛУНЦ, подробно пояснил суду, что ГОРБАНЕВСКАЯ страдает психическим заболеванием и нуждается в лечении в психиатрической больнице специального типа. Следует прислушаться, говорит прокурор, к столь авторитетному медицинскому заключению и в соответствии со ст.11 УК освободить ГОРБАНЕВСКУЮ от уголовного наказания. Но в соответствии со ст.58 УК РСФСР следует назначить принудительную меру медицинского характера, а именно, согласно рекомендации экспертизы, лечение в психиатрической больнице специального типа.

    Адвокат просит  перенести  ее  выступление  на  следующий

день, в виду позднего времени и усталости ("11 часов работы и необходимость за один день изучить дело в четырех томах").

    Председательствующий выражает   надежду,   что    после

пятиминутного перерыва адвокат будет готов к своей защитительной речи.

    Адвокат начинает с того,  что ГОРБАНЕВСКАЯ,  арестованная

почти 7 месяцев назад, - талантливый поэт и переводчик - до самого дня ареста вела большую общественно полезную работу по литературным переводам.

    Адвокат ссылается   на   последнюю   работу  ГОРБАНЕВСКОЙ

(перевод с польского трехтомного труда ТАТАРКЕВИЧА "История эстетики") и отмечает, что гонорар за эту работу еще и сейчас является источником существования двух маленьких сыновей обвиняемой, которых она воспитывает без отца.

    Убеждение, что  ГОРБАНЕВСКАЯ  трудоспособна,   психически

здорова и, следовательно, вменяема, заставляет защиту с тревогой думать о возможности судебной ошибки, в результате которой ГОРБАНЕВСКАЯ может оказаться на неопределенный срок в психиатрической больнице и будет лишена возможности работать, содержать и воспитывать своих детей. Адвокат подвергает детальной критике заключение о невменяемости ГОРБАНЕВСКОЙ. Ссылка на авторитетность экспертной комиссии - вместо тщательной проверки заключения комиссии судом - есть нарушение закона, так как вопрос о вменяемости или невменяемости в соответствии с законом решает суд, а не экспертиза.

    Адвокат заявляет,  что отклонение всех ходатайств защиты,

направленных на проверку и исследование заключения экспертизы, противоречит закону и нарушает право на защиту. Адвокат считает, что дефекты акта экспертизы дают основание утверждать, что заключение о невменяемости ГОРБАНЕВСКОЙ не обосновано и должно быть судом отвергнуто.

    Далее адвокат    последовательно,   пункт   за   пунктом,

критикует постановление следователя о передаче дела в суд, утверждая, что эпизоды, приведенные в постановлении, или не доказаны или не содержат состава преступления.

    1. Ссылка  прокурора  на  то,  что ГОРБАНЕВСКАЯ в августе

1968г. вместе с ЛИТВИНОВЫМ, БОГОРАЗ-БРУХМАН и др. совершила преступление, предусмотренное ст.190-1 и 190-3 УК РСФСР, и что дело на нее было прекращено только потому, что она была признана невменяемой, противоречит закону и принципу презумпции невиновности.

    Факты преступления и невменяемости могут быть установлены

только судом, а ГОРБАНЕВСКАЯ суду предана не была. Поэтому упоминание об этом эпизоде следует исключить из обвинения.

    2. Нет основания вменять в вину ГОРБАНЕВСКОЙ  составление

и отправку в редакции газет "Руде право", "Унита", "Юманите" и др. письма от 28 августа 1968г., так как а) это письмо было в поле зрения следственных органов к моменту прекращения дела 13 сентября, б) в постановлении следователя это письмо квалифицировалось как тенденциозное, а не как содержащее заведомо ложные клеветнические измышления. Из содержания письма видно, что оно отражает лишь эмоциональное отношение автора к событиям. Поэтому письмо не может быть признано криминальным по ст.190-1 УК РСФСР. Этот эпизод также должен быть исключен из обвинения.

    3. ГОРБАНЕВСКОЙ  не  вменялась  в вину передача ее работы

"Полдень" для опубликования за границей, и нет никаких доказательств, что опубликования это произведено с ведома и согласия ГОРБАНЕВСКОЙ. Кроме того, опубликование произведения за границей само по себе не содержит состава преступления. ГОРБАНЕВСКАЯ не отрицает, что она является автором рукописи "Полдень" и что она распространяла это произведение среди своих знакомых. Однако защита считает, что в этом нет состава преступления, так как рукопись "Полдень" не является криминальной. ГОРБАНЕВСКАЯ в своей рукописи дала оценку ряду фактов. Оценочные суждения человека, основанные на его убеждении, могут объективно быть правильными или неправильными, полезными или вредными, но не являются субъективно (заведомо) ложным. Кроме того, в этом произведении содержится критика только одного судебного процесса ("над участниками демонстрации 25 августа") и не высказывается никаких суждений о советском государственном и общественном строе.

    Поэтому защита считает,  что и в этом эпизоде отсутствует

состав преступления.

    4. ГОРБАНЕВСКОЙ   вменяется   участие   в  составлении  и

распространении сборников "Хроника текущих событий", выходящих в Самиздате. Сборники эти анонимные. В деле нет достаточных доказательств, что ГОРБАНЕВСКАЯ была их автором или распространяла эти сборники. Анализируя представленные следствием доказательства, адвокат указывает а) на недопустимость использования в качестве доказательств показаний ГЕНДЛЕРА, допрошенного по другому делу в качестве обвиняемого и не допрашивавшегося по данному делу в качестве свидетеля; эти показания тем более должны быть исключены из обвинения, что защитнику отказано в ходатайстве о вызове ГЕНДЛЕРА в суд, б) показания свидетеля ФОРСЕЛЯ опровергаются показаниями НИКЛУСА и ТАРТО, допрошенных в предварительном следствии; суд необоснованно отказал защите в ходатайстве о вызове НИКЛУСА и ТАРТО в судебное заседание. Поэтому показания ФОРСЕЛЯ в суде проверены не были и не могут быть признаны доказательствами вины.

    5. ГОРБАНЕВСКАЯ  не  отрицает  того,  что  она  подписала

письмо, адресованное в Комиссию по правам человека ООН. Защита обращает внимание суда на то, что под этими документами стоят подписи более 40 человек и что почти все подписавшие к ответственности не привлечены. Считая, что этот документ не является криминальным, адвокат повторяет свои доводы, изложенные в связи с книгой "Полдень".

    6. ГОРБАНЕВСКАЯ   не   отрицает,  что  ею  написан  очерк

"Бесплатная медицинская помощь" и что она давала его читать своим знакомым. Защита считает, что очерк ГОРБАНЕВСКОЙ не является криминальным. В постановлении о направлении дела в суд неправильно излагаются отдельные места очерка, что легко установить. Так, например, говорится, будто ГОРБАНЕВСКАЯ в своем очерке утверждает, что она была насильственно помещена в роддом органами КГБ. В этом очерке она протестует против насильственного перевода ее из роддома в больницу им.Кащенко и лишь высказывает предположения о причинах перевода. Самый факт необоснованного перевода ГОРБАНЕВСКОЙ в больницу им.Кащенко с очевидностью подтверждается тем, что ГОРБАНЕВСКАЯ на 8 день была выписана с указанием, что в психиатрическом станционаре не нуждается. Тема очерка и его содержание не имеют ничего общего ни с какими-либо ложными измышлениями, ни с опорочиванием советского общественного и государственного строя. В очерке резко и неприязненно говорится об одних работниках милиции, тепло и доброжелательно - о других.

    Адвокат считает,  что этот эпизод должен быть исключен из

обвинения ГОРБАНЕВСКОЙ за отсутствием состава преступления.

    7. В  постановлении  следователя о направлении дела в суд

сказано, что у ГОРБАНЕВСКОЙ изъято много клеветнических произведений и документов различных авторов, но не указывается, какие именно произведения и в чем их криминальность.

    Это неконкретное обвинение не может быть признано  судом,

так как никаких данных о распространении ГОРБАНЕВСКОЙ этих "произведений" и "документов" следователь не приводит, хранение их не содержит состава преступления, предусмотренного ст.190-1 УК РСФСР.

    Адвокат считает, что материалы дела не дают основания для

признания каких-либо действий ГОРБАНЕВСКОЙ подпадающими под статью 190-1 УК.

    Затем адвокат   переходит   к   вопросу    сопротивлении,

оказанном ГОРБАНЕВСКОЙ при производстве у нее обыска. Защита не отрицает того, что ГОРБАНЕВСКАЯ оказала сопротивление следователю ШИЛОВУ во время обыска. Однако обвинение по ст.191 УК РСФСР предъявлено не было, и к моменту ознакомления защитника с материалами дела ст.191 УК в деле не упоминалась. При таком положении рассмотрение дела по ст.191 УК в суде вообще незаконно и нарушает право на защиту. Уже по этой причине ст.191 должна быть из обвинения исключена.

    Но и  по  существу действия ГОРБАНЕВСКОЙ не подпадают под

признаки ст.191, так как не установлен умысел на насилие, а закон карает лишь сопротивление должностному лицу, сопряженное с насилием.

    Следователь ШИЛОВ     изымал     рукописный     экземпляр

произведения А.А.АХМАТОВОЙ "Реквием" с нарушением закона, по которому изъятие должно быть строго ограничено предметами и документами, имеющими отношение к делу. Ссылка ШИЛОВА на то, что он изымал рукопись, чтобы выяснить мировоззрение, склонности и привычки ГОРБАНЕВСКОЙ явно не основательна, поскольку мировоззрение, склонности и привычки не являются объектом уголовно-процессуального права.

    ГОРБАНЕВСКАЯ, как  видно  из  ее  показаний  и  показаний

ШИЛОВА, чинила карандаш для своего сына лезвием безопасной бритвы. Взволнованная тем, что следователь изымает дорогую для нее рукопись с автографом А.А.АХМАТОВОЙ, она попыталась отнять рукопись. При этом в "процессе секундной борьбы" у следователя оказались два небольших пореза на пальцах. Как подтвердил ШИЛОВ в суде, ГОРБАНЕВСКАЯ тут же извинилась и сказала, что причинила порезы нечаянно.

    При таких  обстоятельствах  нет оснований считать,  что у

ГОРБАНЕВСКОЙ был умысел на применение насилия.

    Заканчивая речь,  адвокат  напомнил  суду,  что нарушение

закона при рассмотрении уголовного дела не может быть оправдано ссылками на необходимость борьбы с теми или иными преступлениями, и просит прекратить дело ГОРБАНЕВСКОЙ, освободить ее из-под стражи и дать ей возможность вернуться к маленьким детям и престарелой матери, чтобы заботится о них.

    Речь адвоката   С.В.КАЛЛИСТРАТОВОЙ   продолжалась   около

полутора часов.

    Суд вынес определение,  что ГОРБАНЕВСКАЯ Н.Е. в состоянии

невменяемости совершила действия, подпадающие под ст.190-1 и ст.191 УК РСФСР, и подлежит помещению в психиатрическую больницу специального типа для принудительного лечения. Срок лечения не указывается.

                           *****
    Утром 7 июля 1970г.  у здания Мосгорсуда,  где должен был

проходить суд над НАТАЛЬЕЙ ГОРБАНЕВСКОЙ, собралось около 20 человек - друзья и знакомые ГОРБАНЕВСКОЙ, из которых в зал пустили только В.ЧАЛИДЗЕ.

    В 11 часов собравшимся  стало  известно,  что  суд  можно

послушать у окон во дворе (заседание проходило в полуподвальном помещении). Человек 15 тихо стояли у окон во дворе, когда туда явился старшина милиции КИЧКИН, работающий постоянно в здании Мосгорсуда. КИЧКИН и прежде отличался грубостью в обращении с людьми, приходящими на политические процессы. На это раз поведение его было беспрецедентным. Он сразу стал кричать и разгонять всех. Потом набросился на ЮЛИЮ ВИШНЕВСКУЮ, схватил ее и бросил на землю. ВЛАДИМИРА ТЕЛЬНИКОВА, который обратился к КИЧКИНУ со словами:"Как вы можете так обращаться с женщиной?", КИЧКИН толкнул, порвав на нем рубаху, а затем сильно бросил на землю, так, что ТЕЛЬНИКОВ поднялся хромая. У НАДЕЖДЫ ЯКОВЛЕВНЫ ШАТУНОВСКОЙ, немолодой женщины, остались на руках ссадины и синяки - КИЧКИН выкручивал ей руки, толкнул на землю. Появившиеся тут же милиционер и двое дружинников (без повязок) схватили ТЕЛЬНИКОВА за волосы и втащили в машину.

    Ю.ВИШНЕВСКАЯ была задержана через час.
    ТЕЛЬНИКОВА и ВИШНЕВСКУЮ отвезли в милицию. 9 июля им было

предъявлено обвинение по ст.191 - сопротивление властям, а 10 июля утром их отправили: Ю.ВИШНЕВСКУЮ - в Бутырскую тюрьму, В.ТЕЛЬНИКОВА - в тюрьму на Матросской тишине.

    Н.Я.ШАТУНОВСКАЯ обращалась  в  милицию  7  и  9  июля,  в

прокуратуру 15 и 16 июля с просьбой направить ее для освидетельствования на судебно-медицинскую экспертизу, в чем ей было отказано. Заместитель прокурора ФРОЛОВ мотивировал свой отказ тем, что она якобы наставила себе синяки сама. 16 июля Н.Я.ШАТУНОВСКАЯ подала в прокуратуру Сокольнического района заявление о возбуждении уголовного дела против старшины милиции КИЧКИНА.

    7 июля,  сразу же после инцидента,  16 человек  направили

письмо протеста председателю Мосгорсуда. В этот же день, после задержания В.ТЕЛЬНИКОВА и Ю.ВИШНЕВСКОЙ, в милицию были поданы заявления: П.ЯКИРА, Н.Я.ШАТУНОВСКОЙ, Н.П.ЕМЕЛЬКИНОЙ, Т.С.ХОДОРОВИЧ, Г.ПОДЪЯПОЛЬСКОГО. На следующий день было подано еще 4 заявления. 22 июля Ю.ВИШНЕВСКАЯ была помещена на судебно-медицинскую экспертизу в институт им.Сербского, где находится до сих пор.

    24 августа  ТЕЛЬНИКОВУ   и   ВИШНЕВСКОЙ   изменили   меру

пресечения: ТЕЛЬНИКОВ до суда находится на свободе, с него взяли подписку о невыезде; Ю.ВИШНЕВСКАЯ по-прежнему в институте им.Сербского, но ей изменили режим ее содержания - ей разрешили свидания.

    Группа друзей Н.ГОРБАНЕВСКОЙ написала открытое письмо.
         "В чем же все-таки действительная вина Тельникова  и
    Вишневской, а также всех тех, кого швыряли и разгоняли во
    дворе суда 7 июля?  - говорится в нем. - В том, что они -
    друзья  своих  друзей...  не  обязательно иметь неугодные
    начальству  взгляды;  можешь  не   защищать   тех,   кого
    преследуют за убеждения но если ты лично,  по-человечески
    СОЧУВСТВУЕШЬ этим людям -  жди  расправы...  Оказывается,
    криминальное  дело  -  стоять во дворе,  где судят твоего
    друга; преступление - подойти к окну...
         Человек может потерять все свои права,  все свободы,
    но ему - чтобы остаться человеком -  нужно  сохранить  за
    собой последнюю свободу - право на любовь к ближнему.
         Нам остается одно: доказать, что мы еще люди".


    СУД НА ОЛЬГОЙ ИОФЕ
    20 августа  в  Мосгорсуде  состоялся  суд  над ОЛЕЙ ИОФЕ.

О.ИОФЕ обвиняется по ст.70 УК РСФСР в том, что она принимала активное участие в изготовлении листовок антисоветского содержания в количестве 245 штук, хранении и распространении документов антисоветского содержания, изъятых у нее при обыске.

    Состав суда:  судья  -  БОГДАНОВ,  прокурор  - ВАНЬКОВИЧ,

адвокат - Ю.ПОЗДЕЕВ.

    Предварительная экспертиза,    проведенная   ЦНИИСП   им.

Сербского* (проф. МОРОЗОВ, доктор медицинских наук Д.Р.ЛУНЦ, врачи ФЕЛИНСКАЯ, МАРТЫНЕНКО), признала О.ИОФЕ невменямой с диагнозом: вялотекущая шизофрения, простая форма.

ДДДДДДДДДД

    1 -    Центральный    научно-исследовательский   институт

судебной психиатрии

    Адвокатом ПОЗДЕЕВЫМ Ю.Б.  были заявлены два  ходатайства:

1) о признании родителей О.ИОФЕ, Н.Я.ШАТУНОВСКОЙ и Ю.М.ИОФЕ, законными представителями подсудимой; 2) о доставке в суд подсудимой.

    Прокурор возразил  против  второго  ходатайства  на   том

основании, что присутствие на процессе для больного человека тяжело. Суд отклонил это ходатайство.

    Судья объявил,  что  по  данному  делу   приглашены   три

свидетеля: И.М.КАПЛУН, В.И.БАХМИН, В.М.ТИШИНИН.

    Свидетель В.БАХМИН показал,  что знаком  с  О.ИОФЕ  около

полутора лет, что 7 и 8 ноября он находился на квартире И.М.КАПЛУН, где были КАПЛУН, ИОФЕ, ХРОМОВА и ДИБЦЕВА. Он сам и КАПЛУН печатали, а О.ИОФЕ диктовала текст листовки. Эти листовки затем были переданы на хранение В.ТИШИНИНУ.

    Далее БАХМИН   заявил,   что   листовки   печатались  без

определенной цели, так как еще не было решено, каким способом их распространять и распространять ли вообще. Печатались же листовки 7 и 8 ноября потому, что это были единственные дни, свободные от учебы. Листовки готовились к 21 декабря. Впоследствии, 30 ноября, за несколько часов до ареста было решено уничтожить все листовки.

    БАХМИНУ был предъявлен документ,  на  основании  которого

составлялась листовка, и он показал, что текст этого документа написан рукой О.ИОФЕ, а правка сделана его рукой. С остальными, предъявленными ему документами, он знаком не был.

    Показания И.М.КАПЛУН,  которая была дружна с О.ИОФЕ с  56

года, полностью совпали с показаниями БАХМИНА.

    И.КАПЛУН заявила,  что деятельность  ее  и  ее  товарищей

никоим образом не была направлена на подрыв советского государственного строя, а, напротив, на его укрепление, что они действовали согласно ленинскому принципу, что народу нужно говорить правду.

    О ИОФЕ  все  свидетели  показали,  что  ОЛЬГА  -  человек

сильной воли, последовательный, склонный к логическому мышлению, настойчивый, доводящий всякое дело до конца, доброжелательный к людям, с чувством юмора. Кроме того, по просьбе адвоката ПОЗДЕЕВА были зачитаны характеристики с места работы и учебы, которые характеризовали О.ИОФЕ наилучшим образом.

    Третий свидетель,  В.М.ТИШИНИН, на суде не присутствовал,

о его показаниях не было сказано ни слова. (О ТИШИНИНЕ известно, что он на свободе и что незадолго до ареста ИОФЕ, КАПЛУН и БАХМИНА он написал в КГБ письмо-донос, что и послужило причиной их ареста.)

    По просьбе   адвоката  были  допрошены  родители  О.ИОФЕ.

Н.Я.ШАТУНОВСКАЯ рассказала о дочери: ОЛЬГА развивалась нормально, ни в детстве, ни в юности не замечалось никаких отклонений от нормы. Она ласковая, спокойная, сдержанная, общительная девочка.

    Председатель экспертной  комиссии   МАРТЫНЕНКО   зачитала

установленный диагноз. Адвокат ПОЗДЕЕВ задал ей несколько вопросов.

    Вопрос: Какие  именно  физиологические  исследования были

проведены для установления заболевания?

    Ответ: Такие  физиологические исследования проводятся для

всех без исключения. Отсутствие признаков заболевания не может свидетельствовать об отсутствии самого заболевания.

    Вопрос: На  основании  каких  именно  высказываний   была

установлена экспертизой разноплановость ее мышления. Приведите хотя бы один из тестов, дававшихся Ольге, при которых были установлены грубые нарушения мышления, или приведите хотя бы одно высказывание Ольги, свидетельствующее об этом.

    Ответ: Конкретно я ответить не могу, если суду интересно,

то надо послать за историей болезни в институт им. Сербского. Примером же ее поведения может служить то, как она реагировала на доставку в институт им. Сербского. Она знала, куда ее доставили, понимала, что это значит, но не проявила никакой аффектации, у нее даже голос был не модулирован.

    (В.НОВОДВОРСКАЯ проявила аффектацию - излишнюю. Результат

экспертизы тот же!)

    Вопрос: Не  приписываете  ли  вы такое поведение Ольги ее

выдержке, силе воли и спокойствию, о которых говорили свидетели?

    Ответ: Так владеть собой невозможно.
    Вопрос: Как  вы объясните тот факт,  что наличие болезни,

которая развивалась у О.Иофе с 14 лет, как пишет экспертиза (вероятно, имеется в виду, что болезнь началась с 66 года, когда О.ИОФЕ с друзьями распространяла в школе листовки - см. "Хронику" ь11), не помешала ей успешно закончить математическую школу и поступить в университет?

    Ответ: Наличие  этой  формы  шизофрении  не  предполагает

изменения личности, заметного для окружающих.

    Адвокат ПОЗДЕЕВ  зачитал  из  монографии  МОРОЗОВА  и др.

признаки заболевания, имеющегося у ОЛЬГИ согласно экспертизе (враждебное отношение к окружающим, отрешенность от мира, перескакивание мысли с одного предмета на другой, апатия, вплоть до того, что человек не встает с пастели), и попросил эксперта сказать, какие именно признаки, хотя бы один, наблюдались у О.ИОФЕ. При этом он сказал, что наличие перечисленных признаков полностью опровергается характеристиками с места работы и учебы и показаниями свидетелей.

    Ответ: Все    эти   симптомы   нельзя   рассматривать   в

отдельности, а лишь в совокупности.

    Адвокат заявляет,  что  ответами представителя экспертизы

не удовлетворен, поскольку ни один ответ не был конкретизирован.

    Просьба адвоката о повторной экспертизе  в  ином  составе

отклоняется на том основании, что комиссия института им. Сербского была предупреждена об ответственности по ст.187 УПК РСФСР (ответственность за отказ или уклонение от дачи заключения или за дачу заведомо ложного заключения) и, кроме того, комиссия достаточно авторитетна.

    Прокурор в  своей речи сказал:  "Мы сегодня рассматриваем

очень необыкновенное дело, которое заключается в том, что по делу, которое мы рассматриваем, подсудимая отсутствует, так как страдает тяжелым душевным заболеванием, которое установлено авторитетной комиссией института им. Сербского. Вина Иофе полностью доказана. Да, она совершила тяжкое преступление, предусмотренное ст.70 УК РСФСР. Из показаний родителей мне ясно, что они не предприняли никаких мер надзора, чтобы предотвратить совершение тяжких преступлений. Хотя, конечно, человек больной и не отвечает за свои действия. Обвинение просит направить Иофе на принудительное лечение в психиатрическую больницу специального типа".

    Адвокат ПОЗДЕЕВ  говорит,  что еще 2 декабря 69 года,  на

следующий день после ареста, О.ИОФЕ заявила, что свою деятельность она не считает антисоветской, она ни в коем случае не была направлена на подрыв советского строя. Можно считать доказанным, на основании показаний свидетелей, что три документа никак не распространялись и являются изложением отрывочных мыслей, а один документ, как признала КАПЛУН, написан ею и только переписан после обсуждения рукой ИОФЕ. Оба свидетеля показали, что листовки решено было уничтожить 30 ноября.

    Таким образом,    по   ст.70   УК   РСФСР   нет   состава

преступления.

    Адвокат просит  переквалифицировать  ст.70 на ст.190-1 УК

РСФСР. Далее адвокат говорит, что из своей беседы с О.ИОФЕ он вынес впечатление, что она легко воспринимает доводы разума, что с ней легко наладить контакт, она склонна прислушиваться к чужому мнению и обдумывать его. Адвокат ссылается на молодость обвиняемой (20 лет) и на некоторую присущую возрасту безапелляционность суждений. Он говорит, что в молодости иногда трудно разобраться в потоке информации и сделать правильный ваывод. Однако это не является преступлением. Учитывая возраст обвиняемой и наличие у нее простой формы шизофрении (по данным экспертизы), наиболее легко поддающейся лечению, адвокат считает, что направление О.ИОФЕ в психиатрическую больницу специального типа, предполагающую длительное лечение и тяжелые случаи заболевания, нецелесообразно, и просит направить ее в больницу общего типа.

    Определение суда не содержит ни изменений по сравнению  с

первоначальным обвинением, ни дополнительных мотивировок решения - направить О.ИОФЕ на лечение в психиатрическую больницу специального типа, содержать под стражей до доставки в больницу.


    АРЕСТ  Р.И.ПИМЕНОВА
    В июле  70г.  в  Ленинграде  арестован  научный сотрудник

Математического института доктор наук РЕВОЛЬТ ИВАНОВИЧ ПИМЕНОВ.

    (Об обыске у ПИМЕНОВА 18 апреля см. в "Хронике" N13).
    Р.И.ПИМЕНОВ, 1931г.р.,  окончил матмех ЛГУ*. В 1949г. был

насильственно госпитализирован в психиатрическую лечебницу с диагнозом "шизофрения" после того, как он подал заявление о выходе из комсомола. Повторный консилиум во главе с проф. ГОЛАНТ признал его здоровым, единственное, на чем настаивал профессор при выписке, - это чтобы ПИМЕНОВ взял свое заявление обратно. В марте 1950г. под угрозой вторичной госпитализации, согласился остаться в комсомоле; в 51 году был из него исключен, райкомом восстановлен, а затем исключен из университета, но восстановлен и окончил его в 54 году.

ДДДДДДДДДД

    * Математическо-механический   факультет   Ленинградского

государственного университета.

    Занимался математикой.
    25 марта  57  года  был арестован,  а 26 августа судим по

ст.58(10) и 58(11). Вместе с ним судили Б.Б.ВАЙЛЯ, К.Г.ДАНИЛОВА, И.Д.ЗАСЛАВСКОГО и И.С.ВЕРБЛОВСКУЮ. Р.И.ПИМЕНОВА обвинили в написании статей "Судьбы русской революции", "По поводу речи Н.С.Хрущева" и тезисов "Венгерская революция"; в попытке создания антисоветской группы среди студентов Ленинградского библиотечного института.

    Б.Б.ВАЙЛЮ, 18-летнему  студенту  1  курса   Библиотечного

института, вменяли в вину совместную с ПИМЕНОВЫМ попытку создать антисоветскую группировку, хранение и распространение антисоветской литературы. В отношении остальных трех подсудимых была применена лишь статья 58(10) УК, по ст.58(11) они были оправданы.

    Р.И.ПИМЕНОВА приговорили к 6  годам,  Б.Б.ВАЙЛЮ  -  к  3,

К.Г.ДАНИЛОВА, И.Д.ЗАСЛАВСКОГО и И.С.ВЕРБЛОВСКУЮ - к 2 годам лишения свободы.

    В декабре 57 года Судебная коллегия  по  уголовным  делам

Верховного суда РСФСР, рассмотрев кассационный протест прокурора г. Ленинграда, вынесла решение о новом рассмотрении дела.

    Новый суд в январе 58 года приговорил ПИМЕНОВА к 10 годам

с последующим поражением в правах на 3 года, ВАЙЛЯ - к 6 годам, ЗАСЛАВСКОГО и ВЕРБЛОВСКУЮ - к 5 годам, ДАНИЛОВА - к 4 годам.

    На этот раз всем вменили ст.58(11).
    Постановлением Президиума  Верховного  Совета  от 15 июля

63г. Р.И.ПИМЕНОВ был условно освобожден с испытательным сроком 3 года и снятием поражения в правах.

    Через год  Р.И.ПИМЕНОВ защитил в Математическом институте

АН СССР кандидатскую диссертацию, а в конце 69 года - докторскую. Является членом Гравитационного комитета, автор книги "Пространства кинематического типа" (Математическая теория пространства-времени) и многих математических статей. Кроме того, Р.И.ПИМЕНОВ написал несколько исторических пьес, статью "Как я искал английского шпиона Сиднея Рейли".

    Б.Б.ВАЙЛЯ уже в лагере вторично судили, повысив срок до 8

лет. Он освободился в сентябре 65 года, живет в Курске, работает в кукольном театре. В апреле 70 года на квартире у ПИМЕНОВА был произведен обыск. Тогда же был обыск у ВАЙЛЯ в Курске. Оба обыска производились по поручению прокуратуры г. Обнинска.

    В ближайшие дни после обыска ПИМЕНОВА вызывали на допросы

в качестве свидетеля по делу ЗИНОВЬЕВОЙ В.И. приехавший в Ленинград следователь Обнинской прокуратуры зам. прокурора г. Обнинска БОРИСОВ В.И. и следователь Лениградской прокуратуры мл. советник ФИЛИМОНОВ И.П.

    Кроме того,  Р.И.ПИМЕНОВА  вызывал  для  беседы секретарь

Ленинградского горкома партии по идеологии МЕДВЕДЕВ В.А.

    Приводим в выдержках беседу, которая состоялась 20 апреля

70г. в кабинете В.А.МЕДВЕДЕВА в Смольном.

    - Вы понимаете,  что нам с вами приходится говорить не по

поводу науки. Ваши научные успехи - это все хорошо, а вот другое...

    Вы нехорошо себе ведете.
    Молчание.
    - Вот  у  вас  изъята   целая   коллекция   антисоветской

литературы.

    - Там не  было  ни  одной  строчки,  где  содержались  бы

призывы к свержению, ослаблению или подрыву советской власти.

    - Ну,  я  не  силен  в  процессуальных   тонкостях.   Это

следствие разберется, была ли литература антисоветской. Но у вас изъяли коллекцию нехорошей литературы. Я не занимаюсь юридическими тонкостями, я по существу разговариваю с вами...Откуда такой интерес к такого рода литературе?

    - Ну, я могу попробовать вам объяснить.
    Дело все в том,  что с  некоторого  времени  мы,  ученые,

утратили чувство личной безопасности. Примерно с конца 66 года. До этого времени как-то не возникало страха. И ощущение страха заставило задуматься: а почему он? Возникла необходимость разобраться в социальных причинах этого страха. Для работы в науке нужна уверенность в завтрашнем дне. Когда есть такая уверенность, тогда могут возникать узкие специалисты, которые заняты только своей наукой и нисколько не интересуются общественными отношениями.

    ...Угроза личной    безопасности    толкает    заниматься

политикой.

    А началось  все с этих процессов (имеются в виду процессы

СИНЯВСКОГО-ДАНИЭЛЯ и ГИНЗБУРГА-ГАЛАНСКОВА. - Ред.). В них самое главное то, как они проходили. Нарушение процедурных правил, оно и приковало внимание к ним и разбудило общественное мнение...

    - Чего вы хотите?  Если вы думаете,  что когда-нибудь  мы

позволим говорить и писать обо всем, что кому вздумается, то этого никогда не будет. Этого мы не допустим...Меняйте идеологию. Конечно, у нас недостаточно сил, чтобы заставить всех людей думать одинаково, но у нас пока еще достаточно сил, чтобы не дать людям совершать поступки, которые нам будут вредить. Никогда никаких уступок в идеологическом вопросе не будет! Запомните это раз и навсегда. Я могу вам по пальцам перечислить те азбучные истины, чего нельзя нарушать.

    - Перечислять не надо.  Я хотел бы только, чтобы вы имели

в виду также, что я, по крайней мере субъективно, никогда не выступал против интересов государства. Я, может быть, ошибаюсь, но действую я ради интересов государства...

    - Так  и  белогвардейцы говорили!  Интересами государства

прикрываются все. Кронштадские мятежники тоже говорили, что они ЗА советскую власть. Гитлер тоже говорил, что он социалист. Сейчас все говорят, что они во имя государства, социализма, за народ! Кто сейчас осмелится сказать, что он - против социализма, против прогресса?! Против советской власти?! Но мы никому не позволим нам мешать! Никому не позволим нам вредить! Вы это имейте в виду и пересмотрите ваше мировоззрение. Я, конечно, понимаю, что одной беседы недостаточно, но по крайней мере, советую вам глубоко продумать свое поведение.

    - Я вас понял...
    Дальнейшие допросы   по   "обнинскому  делу"  стал  вести

следователь Ленинградской прокуратуры ПОРУКОВ Г.П.

    Уже с первых допросов стало ясно,  что ЗИНОВЬЕВА сообщает

следователю имена и называет самиздатовские произведения, не изъятые при обысках.

    В мае В.И.ЗИНОВЬЕВА была  освобождена  из-под  стражи  до

суда и в одной из бесед объяснила мотивы своего поведения на следствии: основным желанием ее было выгородить Н.Н.ИВАНОВСКОГО, которого "взяли с литературой" (ИВАНОВСКИЙ был задержан 18 апреля утром на квартире И.С.ВЕРБЛОВСКОЙ в Ленинграде). Отвечая на упрек, что при этом она оклеветала Р.ПИМЕНОВА, приписав ему передачу ей того, что она на самом деле от него не получала, В.И.ЗИНОВЬЕВА сказала: "Ему-то ничего не будет: за него вступятся академики! А я вот просидела, меня целых четыре дня держали на хлебе и воде".

    Причина показаний ЗИНОВЬЕВОЙ против Б.Б.ВАЙЛЯ,  которые с

точностью до названия совпадают с ее показаниями против ПИМЕНОВА, не известна.

    В ходе  следствия у свидетеля Р.И.ПИМЕНОВА были две очные

ставки со свидетелями Н.Г.ПУГАЧ, аспиранткой Ленинградского сельскохозяйственного института, и И.М.СТАРЦЕВЫМ, которого один раз Н.ПУГАЧ приводила в дом ПИМЕНОВА, утверждая, что он снабжал ПУГАЧ самиздатовской литературой.

    В двадцатых  числах июля Р.ПИМЕНОВ был вызван на допрос и

задержан без предъявления обвинения. Б.Б.ВАЙЛЬ, после многочисленных допросов в Курске, был вызван в Ленинградскую прокуратуру, и после очной ставки с ЗИНОВЬЕВОЙ ему было предъявлено обвинение по ст.190-1. Допрошена была и жена ВАЙЛЯ.

    ПИМЕНОВУ теперь также предъявили обвинение по ст.190-1 УК

РСФСР.


    ПОЛИТИЧЕСКИЕ ПРОЦЕССЫ В ГОРОДАХ СОЮЗА
    В Ленинграде  военный  трибунал  Прибалтийского  округа

судил военных инженеров (см. "Хронику" NN10,11). Обвинение по ст.70 УК РСФСР - создание "Союза борьбы за политические права".

    Суд приговорил:  ГЕННАДИЯ ГАВРИЛОВА - к 6  годам  лагерей

строго режима, АЛЕКСЕЯ КОСЫРЕВА - к 2 годам. ПАРАМОНОВ был признан невменяемым и помещен в психиатрическую больницу специального типа в г. Черняховске.

                           *****
    Верховным судом ЭССР (суд проходил 9-15 июня 70г.,  судья

- УУСКЮЛА, прокурор КЕСЛЕР) осуждены: РАЙВО ЛАПП, 47г.р., лаборант Тартуского университета - на 5 лет лишения свободы; АНДРЕС ВЫСУ, 46г.р., шофер такси в Тарту - на 3,5 года; ЭИН ПАУЛЮС, 47г.р., слесарь автомастерских в Тарту - на 2,5 года; СВЕН ТАММ, 40г.р. - 3 года условно.

    Арестованы 11  декабря  69 года,  следствие вели:  майоры

СОКОЛОВ и СИЛЬКИН, лейтенант КРУУСЛАК. Было предъявлено обвинение в хранении оружия и создании организации, которая (согласно приговору) - "выступила бы с оружием против Советской власти в случае конфликта между Эстонией и СССР".

    Осужденные прибыли в мордовские лагеря. Их адреса: Р.ЛАПП

- учр. ЖХ 385/17а. А.ВЫСУ и Э.ПАУЛЮС - учр. ЖХ 385/17.

                           *****
    30 июня   70г.   в   Верховном   суде   РСФСР  состоялось

кассационное разбирательство по делу С.И.КАРАВАНСКОГО (см. "Хронику" N13). С.И.КАРАВАНСКОГО судили во Владимирской тюрьме, обвинение по ст.70 (антисоветская агитация). Ему вменялось в вину изготовление и распространение рукописей, выполненных тайнописью.

    Приговор суда первой инстанции оставлен без изменения - 5

лет лишения свободы, а жалобы адвоката - без удовлетворения.

    Адвокат просил  отмены  приговора  за отсутствием состава

преступления, основываясь на следующем: а) тайнопись выполнена печатными буквами, и подсудимый отказался признать заключение графологической экспертизы, утверждавшей, что почерк его; б) тайнопись выполнена таким лекарством, которое не могло никоим образом оказаться в распоряжении заключенного; в) предъявленных рукописей так много, что на выполнение их заключенному потребовалось бы много времени, что не могло бы пройти незамеченным для всегда присутствующих сокамерников и наблюдавших за ним надзирателей, однако никто из свидетелей не показал, что видел когда-нибудь КАРАВАНСКОГО за работой; г) для чтения тайнописи необходимы химикалии или нагрев до высокой температуры, после чего текст становится видимым. В распоряжении же КГБ имеется прибор, позволяющий читать тайнопись, без проявления. На суде была предъявлена непроявленная надпись, из чего следует, что она была прочитана лишь КГБ или органами дознания.

    Таким образом,  исключается  факт  распространения и факт

изготовления рукописей.

                           *****
    31 августа  70г.  в  Москве  в  Верховном суде состоялось

кассационное разбирательство по горьковскому делу С.ПОНОМАРЕВА, М.КАПРАНОВА, В.ЖИЛЬЦОВА и В.ПАВЛЕНКОВА (см. "Хронику" NN11,12,13). Обвинение по ст.ст.70 и 72 УК.

    Верховный суд оставил приговор без изменения: В.ПАВЛЕНКОВ

и М,КАПРАНОВ приговорены к 7 годам лишения свободы в лагерях строгого режима, С.ПОНОМАРЕВ - к 5 и В.ЖИЛЬЦОВ - к 4 годам.


    ДЕЛО  А.Э.ЛЕВИТИНА-КРАСНОВА
    22 августа 70г.  в Москву  вернулся  А.Э.ЛЕВИТИН-КРАСНОВ,

церковный писатель, освобожденный из-под стражи в г.Сочи (подробно о А.КРАСНОВЕ см. "Хронику" N10). Он пробыл в заключении 11 месяцев, содержался в армавирской тюрьме вместе с уголовниками.

    Следователь по     делу     -    АКИМОВА.    А.Э.КРАСНОВУ

инкриминировались ст.190-1 и ст.143 (клевета на советскую действительность и подстрекательство к нарушению законов об отделении церкви от государства). Дело А.Э.ЛЕВИТИНА-КРАСНОВА искусственно было связано с делом М.О.СЕВОСТЬЯНОВА (г.Сочи), у которого при обыске были обнаружены некоторые работы А.Э.ЛЕВИТИНА.

    Следствие располагало      экспертизой       произведений

А.Э.ЛЕВИТИНА-КРАСНОВА, проведенной профессиональными антирелигиозниками.

    Комиссия "экспертов"  (в  состав  которой  входили  проф.

НОВИКОВ, зав. кафедрой научного атеизма МГУ, ГРИГОРЬЯН, бывший зам. ...* "Наука и религия"), произвольно вырывая фразы из произведений ЛЕВИТИНА, посчитала клеветой на советский государственный строй такие его высказывания, как "В Швеции - высокий уровень жизни", "В Англии рабочие не голосуют за коммунистов", "Христианин одинаково не может одобрить ни "кровавого воскресенья" в 1905г., ни убийства пяти невинный детей в Екатеринбурге в 1918г.". Заключение экспертизы: ЛЕВИТИН является злостным антисоветчиком и должен, подобно некоторым сектантам, находиться в заключении.

__________

    * - Пропущен фрагмент текста.
    А.Э.ЛЕВИТИН-КРАСНОВ на все обвинения отвечал:  "Ни в  чем

виновным себя не признаю. В моих произведениях есть лишь правда, одна только правда, ничего кроме правды. Мой арест лишь подтверждает мои утверждения о наличии у нас в стране беззакония и произвола. Я категорически отказываюсь назвать имена каких бы то ни было лиц, которым я давал читать свои произведения".

    В середине  января  70г.  следствие  было закончено,  при

подписании ст.201 присутствовал московский адвокат А.А.ЗАЛЕССКИЙ. Дело было передано в Краснодарский краевой суд и назначено к слушанию в феврале. Однако краевой суд отказался принять дело и передал его на доследование, мотивируя свое решение тем, что обвинение ЛЕВИТИНА в клевете не конкретизировано, а также непонятно, какой именно закон и кем был нарушен вследствие подстрекательства ЛЕВИТИНА. Суд заявил также, что экспертиза проведена с нарушениями юридических норм: она неправомочна решать вопрос о наличии в произведениях ЛЕВИТИНА клеветы на советский общественный строй - это дело следствия и суда.

    Прокуратура Краснодарского  края  обратилась  в Верховный

суд РСФСР с "частным протестом" против решения краевого суда, требуя обязать Краснодарский краевой суд принять к рассмотрению дело ЛЕВИТИНА.

    Верховный суд  РСФСР  решением  от  9 июня 70г.  отклонил

протест и утвердил решение Краснодарского краевого суда.

    11 августа   А.Э.ЛЕВИТИН-КРАСНОВ  был  освобожден  из-под

стражи, но ему было заявлено, что следствие будет продолжено. Изменена лишь мера пресечения.

    В Москве А.Э.ЛЕВИТИН-КРАСНОВ был  тепло  встречен  своими

друзьями, верующими и неверующими, и заявил им о верности всем своим убеждениям и неизменности своей идейной позиции.


    ОБЫСКИ И АРЕСТЫ СРЕДИ ЕВРЕЕВ, ЖЕЛАЮЩИХ ВЫЕХАТЬ В ИЗРАИЛЬ
    9 июля в Тбилиси арестованы 2 грузинский еврея - БЕНИАМИН

ДЖАНАШВИЛИ и АБРАМ ДЖЕНДЖИНАШВИЛИ. Они продолжительное время добивались выезда в Израиль. Поводом для ареста послужил инцидент, происшедший 26 января 70г. в приемной МВД Грузии, куда явилась группа евреев с ходатайством о выезде из СССР и где она была грубо принята майором КИКНАДЗЕ. Ведется следствие.

                           *****
    В связи  с  ленинградским  делом  о  самолете  ("Хроника"

писала о нем в N14) в ряде городов Союза были проведены обыски и аресты среди евреев.

    Ленинград.
    Кроме уже указанных "Хроникой"  N14,  арестованы  в  июле

юрист Г.ВЕРТЛИБ, 38 лет, инженер Г.ШУР, 34г. - ст.ст.64 и 70, и 8 июля инженер В.БОГУСЛАВСКИЙ, 30 лет - обвинение предъявлено по ст.ст.70 и 72 УК РСФСР.

    Кишинев.
    23 июля 70г.  арестован  АЛЕКСАНДР  ГАЛЬПЕРИН,  24-летний

инженер. Одновременно были произведены обыски в 7 еврейских семьях. При обыске изымались книги по еврейской истории, учебники еврейского языка, записи еврейских писем, а также распространяемая киосками Союзпечати газета "Фольксштимме".

    В конце   июля  арестованы  ДАВИД  РАБИНОВИЧ  (24-х  лет,

техник, принимал активное участие в еврейской самодеятельности Кишенева; при обыске изъяты записи ролей и стихи на еврейском языке) и еще двое (фамилии неизвестны). Обвинение по ст.ст.70 и 72 УК.

    Рига.
    15 июня у БОРИСА МАФЦЕРА,  26 лет, и АРОНА ШПИЛЬБЕРГА (30

лет, имеет 3-летнюю дочь и в настоящее время беременную жену) проведены обыски. Изъяты материалы Самиздата по еврейскому вопросу, книги по еврейской истории, магнитофонные ленты с записями еврейских песен.

    5 августа   Б.МАФЦЕР   и   А.ШПИЛЬБЕРГ  были  арестованы.

Обвинение предъявлено по ст.ст.64 и 72.

    Еще у 13 человек были произведены обыски.
    В середине августа прошли обыски в  5  еврейских  семьях,

которые подавали документы на выезд в Израиль.

                           *****
    В Москве  следователь  ленинградского УКГБ ст.  лейтенант

ЕГЕРЕВ в августе допрашивал в качестве свидетелей ряд лиц по делу о самолете. Одному из свидетелей он заявил: "Что вы защищаете? Их уже ничего не спасет!".


    В МОРДОВСКИЙ ЛАГЕРЯХ
    "Хроника" (N14)  писала  об  убийстве БАРАНОВА в одном из

мордовских лагерей. Это произошло 3 мая в час дня. Из 12 (психиатрического) корпуса центральной больницы Дубровлага, расположенного рядом с жилой зоной лагеря 385/3-1, выскочил и бросился на запретную зону психически больной БАРАНОВ. С вышки по нему открыли стрельбу, было сделано 11 выстрелов из автомата, не менее 5 пуль попали в цель, последние два выстрела были сделаны по неподвижно лежащему раненому, явно с целью добить его.

    Это видели и из больницы, и из лагеря.
    На следующий  день  4  мая более 15 человек,  в том числе

КВАЧЕВСКИЙ, АЙДОВ, ЮРКЕВИЧ, АРУТЮНЯН, ВАСИЛЯН, ЭКИМЯН, АЙРИКЯН, НАВАСАРДЯН, АШИКЯН, ГАНДИН, ФЕДОТОВ, ЛИСНЯК, БЕЛОРУССКИЙ, ВАСИЛЬЕВ, не вышли на работу, объявив трехдневную забастовку протеста против расправы над психически больным человеком.

    Прокурору Дубровлага    были   направлены   заявления   с

требованием срочного расследования и наказания виновных. АЙДОВ и КВАЧЕВСКИЙ обращались к Генеральному прокурору, ЮРКЕВИЧ - с письмом в ЦК КПСС. Их троих судили и отправили во Владимирскую тюрьму. АРУТЮНЯНУ и ВАСИЛЯНУ дали по 7 суток карцера.

    5 мая  несколько  человек   отказались   от   участия   в

забастовке, но вечером того же дня умер пожилой латыш ЯН ЛУТБАРШ, незадолго до того выписанный из больницы с диагнозом "здоров", и забастовка вспыхнула снова, в ней приняли участие более 40 человек.

    После этого  два  солдата-армянина РУБЕН ДАВИДЯН и ГЕНЗЕЛ

ДЕРБИНЯН отказались нести вахту на вышках.

                           *****
    В начале  июля  70г.  в  лагере  ЖХ   385/19   состоялась

голодовка протеста против усиленного режима. В ней приняли участие 20 молодых политзаключенных. СТЕПАН ЗАТИКЯН (срок 4 года, осужден в 69г. за армянскую газету "Парос"), ВАСИЛИЙ КУЛЫНИН (8 лет, дело УНФ - Украинский национальный фронт), НИКОЛАЙ ДРАГОШ и НИКОЛАЙ ТАРНОВСКИЙ (7 и 6 лет, осужденные в Одессе в 65г.) были отправлены во Владимирскую тюрьму. По этому поводу голодовки протеста были объявлены в двух зонах, где зачитывался приказ о переводе во Владимир.

                           *****
    После трехлетнего пребывания  во  Владимирской  тюрьме  в

зону 17а мордовских лагерей ...* МИХАИЛ ГОРЫНЬ и МИХАИЛ МАСЮТКО.

__________

    * - Пропущен фрагмент текста.
                           *****
    18 августа в Явасе состоялся суд над А.И.ГИНЗБУРГОМ. Он

обвинялся в участии в голодовках и отрицательном влиянии на заключенных.

    25 августа А.И.ГИНЗБУРГ был доставлен  во  Владимирскую

тюрьму. На первые четыре месяца назначен строгий режим.

                           *****
    Состав женского политлагеря ЖХ 385/3.
    1. ЗАРИЦКАЯ  ЕКАТЕРИНА МИРОНОВНА.  Родилась в 1914 году в

г. Коломыя, в семье учителя гимназии. Окончила Львовский музыкальный институт им. Лысенко и Львовский политехнический институт. В 34 году была арестована за участие в покушении на министра внутренних дел Польши ПЕРАЦКОГО, приговорена к 4,5 годам заключения, освободилась в августе 39 года. В марте 40г. была арестована НКВД с теми же обвинениями, которые ей предъявлялись польскими властями в 34 году. В сентябре 40 года в тюрьме родился ее сын БОГДАН. В конце июня 41 года в краткий период между отступлением советских войск и вступлением немцев была освобождена из Львовской тюрьмы в числе 16 уцелевших. Тогда же ушла в подполье. До 47 года была руководителем Украинского Красного Креста, сотрудничала в журнале "Идея и дело", была связной ОУН. Арестована в 47 году в г.Ходорив. При аресте отстреливалась, кого-то убила и ранила, была ранена в голову. В тюрьме, придя в себя, раскусила ампулу с цианистым калием, но была спасена. Особым совещанием приговорена к 25 годам лишения свободы. До апреля 69 года находилась во Владимирской тюрьме.

    Ее муж МИХ. МИХ. СОРОКА находится в лагере ЖХ 385/17а.
    2. ДИДЫК ГАЛИНА, 1912г.р., учительница. До начала 47 года

- зам. руководителя Красного Креста при УПА, затем разведчица и связная ОУН. Арестована в марте 50г. Дом, где она скрывалась вместе с генералом РОМАНОМ ШУХЕВИЧЕМ, был окружен. ШУХЕВИЧ погиб в перестрелке (или застрелился, видя безысходность положения), а Г.ДИДЫК пыталась покончить с собой, приняв яд. Приговорена к 25 годам. До апреля 69 года была во Владимирской тюрьме.

    3. ГУСЯК ДАРЬЯ, 1924г.р., связная ОУН, арестована в марте

50г., приговорена к 25 годам. Во Владимирской тюрьме провела 19 лет.

    4. ПАЛЬЧАК МАРИЯ,  1927г.р., связная ОУН, арестована в 58

году, приговорена к 15 годам.

    5. СКЛЯРОВА ЛИДИЯ.  Приговорена к 15 годам за  участие  в

попытке захвата самолета с целью уйти за границу.

    6. СИЛИВОНЧИК ГАЛИНА,  1937г.р. Приговорена к 13 годам за

участие в попытке захвата самолета в 69 году. Вместе с ней участвовал ее брат и муж, муж при этом погиб.

    7. КЮДЕНЕ   ВЕРУТЕ,   1919г.р.,   литовская   колхозница.

Осуждена в 68 году на 10 лет за события 20-летней давности (послевоенное нац. сопротивление). Арестована в психиатрической больнице, где она лечилась, по доносу врача, контролировавшего ее бред. До сих пор психически больна.

    8. ГРОЗЕНА  НАДЕЖДА  СТЕПАНОВНА,  59  лет.  Арестована  в

Ташкенте. Осуждена на 10 лет вторично за принадлежность к группе ИПЦ (истинно православная церковь) по ст.70 - антисоветская пропаганда. Первый приговор был 25 лет, из которых отсидела несколько лет и вышла в 56 году. Окончание срока в октябре 70г.

    9. ВАРСЕЕВА МАРИАМ МИТРОФАНОВНА,  50-52 лет. Арестована в

Ташкенте. Осуждена на 10 лет, группа ИПЦ. Окончание срока в октябре 70г.

    10. СЕМЕНОВА МАРИЯ ПАВЛОВНА,  45 лет. Срок 10 лет, группа

ИПЦ. Конец срока в 71 году.

    11. КИСЛЯЧУК ЕВГЕНИЯ ФОМИНИЧНА, около 65 лет. Осуждена на

10 лет вторично за принадлежность к секте "Свидетели Иеговы". Конец срока в 72 году.

    12. БОЖАРЬ ВЕРА ИОВНА, 46 лет. Осуждена за принадлежность

к секте "Свидетели Иеговы" на 7 лет плюс 5 лет ссылки. Конец срока в декабре 70г.

    13. МАШКОВА ВАЛЕНТИНА,  38г.р.  В полит. лагере вторично.

Арестована в мае 66г. за попытку перейти вместе с мужем границу. В тюрьме родила дочь. Приговорена Ленгорсудом сначала к 10 годам (прокурор просил 15 лет), после отмены приговора Верховным судом при повторном рассмотрении дела Ленгорсудом в том же составе - к 6 годам (прокурор просил 10).

    14. ГЕЙДАНЕ    БИРУТЕ,    1950г.р.,    дочь     латышской

писательницы. Арестована в июне 69 года за вывешивание национального латышского, красно-бело-красного флага. Осуждена на 1,5 года.

    15. РОГАЛЕВА  ЕЛЕНА,  1952г.р.  Арестована  в  69г.  в г.

Красноярске - 45 (спутник Красноярска) и осуждена в конце года вместе с двумя ее ровесниками ПЕТРАШКО и ПОТЕМКИНЫМ выездной сессией Верх. суда РСФСР по ст.68, 70, 72 УК РСФСР (антисоветская организация, пропаганда: распространение листовок, диверсия: поджоги административный зданий - милиции, прокуратуры, суда и особняков "отцов города") - на 5 лет ИТК строгого режима.

    16. БЕКДУАЛИЕВА  РАИСА  ИЛЬИНИЧНА,  45  лет,  учительница

литературы. Осуждена в марте 70г. Ужгородским областным судом на 3 года за письма зарубежным государственным деятелям.

    17. ГРЮНВАЛЬД НАТАЛЬЯ ФРАНЦЕВНА  -  героиня  фильма  "Два

года над пропастью". Арестована в 40-х годах, приговорена к 25 годам, амнистирована в 56 году, но по личному распоряжению Генерального прокурора РУДЕНКО в 62г. возвращена в лагерь. В предъявленных ей обвинениях виновной себя не признает.

    18. ВОРОНЦОВА ВЕРА.  Неоднократно судима в последние годы

за уголовные преступления. В 68г. Ленинградским областным судом приговорена к расстрелу за сотрудничество с немцами во время войны (донесла на советских подпольщиков), расстрел был заменен в порядке помилования 15 годами. Сейчас в лагере осуществляет надзор за другими заключенными.

    19. Недавно    помилована    90-летняя   "особо   опасная

государственная преступница", отсидевшая более половины своего 25-летнего срока.


    ВНЕСУДЕБНЫЕ ПРЕСЛЕДОВАНИЯ
    ЛИСОВСКАЯ Н.П.,  кандидат биологических  наук,  сотрудник

Института физиологии растений АН СССР, в июле была уволена по сокращению штатов. Основание - персональные письма двухлетней давности в защиту А.МАРЧЕНКО.

                           *****
    МИЛОШЕВИЧ В.,  научный сотрудник Института водных проблем

АН СССР, в августе уволен по сокращению штатов. Основанием для сокращения были подписи протеста, а также выступление в качестве свидетеля на суде И.ГАБАЯ и М.ДЖЕМИЛЕВА в Ташкенте.

                           *****
    САМСОНОВА ТАМАРА      ВАСИЛЬЕВНА,       преподавательница

философского факультета МГУ, жена П.М.ЕГИДЕСА (см. "Хронику" NN13, 14 - "Краткие сообщения"), уволена с работы.


    КРАТКИЕ  СООБЩЕНИЯ
    ПЕТР ГРИГОРЬЕВИЧ  ГРИГОРЕНКО  по-прежнему  содержится   в

психиатрической больнице в г. Черняховске (см. "Хронику" N14).

    3 июля к нему на свидание  поехала  жена  З.М.ГРИГОРЕНКО,

сын АНДРЕЙ и его невеста. Начальник больницы майор БЕЛОКОПЫТОВ в свидании отказал без всякой мотивировки, хотя доктор БОБЫЛЕВ по состоянию здоровья ПЕТРА ГРИГОРЬЕВИЧА не возражал против свидания. На просьбу хотя бы о пятиминутном свидании для родительского благословения молодых майор БЕЛОКОПЫТОВ ответил: "Не просите, у меня чувств на работе нет, а только инструкции". На замечание З.М.ГРИГОРЕНКО, что ведь эта поездка много стоила, майор сказал: "Я не так вас разорю. И научу, как жить". Лишь на второй день была принята передача.

    8 августа АНДРЕЙ ГРИГОРЕНКО вместе с женой снова поехал к

отцу. Было разрешено свидание на два дня по часу. На просьбу дать свидание на третий день, как всем приезжающим, майор БОЛОКОПЫТОВ завил: "Хватит, а то больно густо будет". П.Г.ГРИГОРЕНКО в палате один. Карандаша и бумаги лишен.

                           *****
    ЛАРИСЕ БОГОРАЗ в  районом  отделении  милиции  (ст.  Чуна

Иркутской обл.) заявили, что, хотя у органов надзора к ней нет никаких претензий, она не может быть представлена к условно-досрочному освобождению, так как не изменила своих взглядов и отношения к вводу войск в Чехословакию, а также отказалась участвовать в июньских выборах в Верховный Совет. Ей было предложено написать заявление об ошибочности своих взглядов, что послужило бы основанием к освобождению.

    Кандидат филологических     наук     БОГОРАЗ     работает

такелажницей (грузчицей). В милиции ей сказали, что ни о какой другой работе, ни тем более о работе по специальности, не может быть и речи.

                           *****
    28 июля   по   американскому   телевидению   был  показан

телефильм (1ч. 5м.) с интервью АМАЛЬРИКА, В.БУКОВСКОГО и П.ЯКИРА, данным ими корреспонденту американской телекомпании БИЛЛУ КОЛУ, а также запись на магнитофонной ленте заявления АЛЕКСАНДРА ГИНЗБУРГА о положении в лагерях, переданного из лагеря.

    А.АМАЛЬРИК в   своем   интервью  говорит  о  перспективах

развития советского государства. В.БУКОВСКИЙ рассказывает о положении в современных лагерях и психиатрических лечебницах специального типа. П.ЯКИР рассказывает о положительных моментах демократизации в нашей стране и борьбе за нее.

                           *****
    Как выяснилась,  А.АМАЛЬРИК, арестованный в мае с.г. (см.

"Хронику" N14) будет проходить по одному делу с Л.Г.УБОЖКО (см. "Хронику" N13), которого АМАЛЬРИК не знает. У Л.УБОЖКО при аресте было изъято "Открытое письмо Кузнецову" А.АМАЛЬРИКА.

                           *****
    В день  ареста  А.АМАЛЬРИКА,  21  мая 70г.,  в ряде домов

Москвы были произведены обыски. В частности, сотрудники прокуратуры Куйбышевского р-на и органов МВД проводили обыск у Ю.М.ВИЛЕНСКОГО. В начале июня ВИЛЕНСКИЙ допрашивался в качестве свидетеля в помещении Прокуратуры РСФСР. Вели допрос И.КИРИНКИН и КАЛЯЗИН.

                           *****
    Уже около 8 месяцев В.ДРЕМЛЮГА находится в новом лагере в

Ленске (Якутия). За это время от него получены всего два письма, а он получил одну бандероль. Стало известно о пристрастном отношении к нему лагерной администрации: его неоднократно лишали переписки, необоснованно помещали в изолятор. В конце июля 70г. В.ДРЕМЛЮГА объявил голодовку, результат которой неизвестен. Физическое состояние его плохое. На запрос адвоката, который хотел выехать к своему подзащитному для составления жалобы по надзору, администрация лагеря не отвечает (посланы две телеграммы).

                           *****
    В начале   года   в  г.  Кишиневе  арестован  СУСЛЕНСКИЙ,

преподаватель языка в школе. Обвиняется по ст.70 УК РСФСР. Вменяется в вину магнитофонные записи передач Би-Би-Си (о СОЛЖЕНИЦЫНЕ), распространение самиздатовской литературы. Главная улика - дневник, который СУСЛЕНСКИЙ давал читать 2 - 3 свидетелям.

                           *****
    3 июля  70г.  у  В.КРАСИНА,  высланного  из  Москвы   "за

тунеядство" в Красноярский край (см."Хронику" N11), производился обыск. Постановление на обыск подписано ст.следователем прокуратуры г. Москвы АКИМОВОЙ Л.С. Дата выписки постановления 30 марта. На вопрос КРАСИНА - "по какому делу" и "почему постановление подписано 30 марта?" - производившие обыск (люди в штатском и лейтенант - зам. коменданта г.Енисейска) отвечали: "Мы и сами не знаем, нам поручено - мы исполнители", "долго добиралось постановление, вот и пришли к Вам сегодня".

    На обыске изъяты записки  П.Г.ГРИГОРЕНКО  из  ташкентской

тюрьмы, наброски КРАСИНА о сталинских лагерях, о движении за гражданские права в СССР, записи о текущих событиях в СССР и ЧССР.

    КРАСИН протестовал против изъятия его личных набросков на

том основании, что изымаемое не имеет отношение к делу, по которому производится обыск. Обыскивающие отвечали: "Мы не знаем, там разберутся". Свой протест КРАСИН занес в протокол.

    После обыска КРАСИНА допросили. Его спрашивали, знаком ли

он с ГОРБАНЕВСКОЙ, Б.И.ЦУКЕРМАНОМ, А.АМАЛЬРИКОМ. На все вопросы КРАСИН отвечал:"На вопросы, связанные с движением за гражданские права, его участниками, документами, отвечать отказываюсь, так как нас преследуют незаконно".

    Следователь, проводивший допрос, обещал, что КРАСИН будет

привлечен к уголовной ответственности за отказ от дачи показаний.

                           *****
    Утром 17 апреля в Тарту в центре города сгорел деревянный

пилон с изображением ЛЕНИНА. Вскоре в другом районе был задержан юноша, признавшийся в поджоге. Он рабочий местной гребеночной фабрики, 1952г.р. По некоторым сообщениям, судебно-психиатрическая экспертиза признала его невменяемым. Имя юноши неизвестно.

                           *****
    В Белоруссии закрывают костелы.
    В местечке  Новая  Руда Гродненской области БССР исполком

решил закрыть костел и переоборудовать его в зернохранилище. Председатель исполкома БЕЛАКОВА ездила в Москву за разрешением на закрытие костела. Просьбы верующих не закрывать костел были оставлены без внимания.

    26 июня   70г.    заместитель    БЕЛАКОВОЙ    ЗАХАРЧЕНКО,

переодевшись в милицейскую форму, с группой милиционеров спрятался в лесу и два часа ждал, пока жители уйдут на работу. Затем костел был оцеплен. ЗАХАРЧЕНКО сбил замок, милиционеры собрали церковную утварь и погрузили ее на машину. Видевшие это женщины пытались помешать милиции, но испытав на себе со стороны милиции "физическое воздействие" (женщинам заламывали руки) и отчаявшись помешать увозу церковной утвари, легли под колеса машин. Шофер отказался вести машину, тогда за руль сел ЗАХАРЧЕНКО, а милиционеры стащили женщин с дороги.

    Машина уехала. Костел был закрыт.
    Летом 69 года в с.  Щучине Гродненской области был закрыт

костел.

    Священник отказался покинуть свою паству.
                           *****
    В начале   августа   появилось   обращение   к   рабочим,

крестьянам и интеллигентам за подписью "Комитет борьбы за социалистическую демократию". Повод обращения - установление бюста СТАЛИНА у Кремлевской стены рядом с мавзолеем ЛЕНИНА. Авторы выступают против возрождения сталинизма с позиций ленинизма.

    Призывают: "Отдадим      все      силы      строительству

социалистической демократии в нашей стране".

                           *****
    Сообщаем адреса:
    ИЛЬЯ ГАБАЙ (Москва) - г. Кемерово-28, п/я 1612/40 бр.44
    ВЛАДИСЛАВ ГРИГОРЬЕВИЧ НЕДОБОРА (Харьков) - г. Желтые воды

Днепропетровской области, п/я 308/28 3-32

    ВЛАДИМИР ВЛАДИМИРОВИЧ  ПОНОМАРЕВ  (Харьков)  -  Винницкая

область, Песчаный район, пос. Трудовой, ИВ 30159 бр. 24

    АРКАДИЙ ЛЕВИН  (Харьков)  -   Ровенская   область,   пос.

Городище, ОР 318-96 "5"


    НОВОСТИ  САМИЗДАТА
    "Открытое письмо   Микису   Теодоракису"   от    рабочего

Р.МУХАМЕДЬЯРОВА (Москва). Указывая на не прекращающиеся в СССР репрессии политического характера, на факты "грубейшего нарушения самых элементарных прав человека в нашей стране", автор призывает ТЕОДОРАКИСА выступить с протестом против нарушения демократии в Советском Союзе.


    ЯР. ЯСНЫЙ "Андрей Амальрик как публицист".
    Статья оценивает  судьбу  и  творчество  А.АМАЛЬРИКА  как

крупный вклад в новейшую историю "независимого слова в России".

    Современный режим  не в силах противопоставить свободному

слову ничего, кроме грубых репрессий. Поэтому каждое независимое выступление становится актом мужества и получает высоконравственное содержание. "...Андрей Амальрик... являет собой пример действия свободного литератора и человека в обстановке шантажа, противоправных арестов и фактических тайных судов" - пример, вызывающий удивление со стороны "свободных" западных корреспондентов. Содержание этого примера - высокая степень внутренней свободы, при которой, по словам самого АМАЛЬРИКА, "власть многое может сделать с человеком, но не в силах лишить его моральных ценностей". В условиях тоталитарного режима, где правит не закон, а обычай, добиться такой свободы столь же трудно, сколь и необходимо. Речь идет не о простом преодолении "рефлекса страха", но о подлинной независимости и от принудительных норм, и от жупелов любого фасона. Русскому национальному складу вообще присуще априорное некритическое принятие действующих запретов, особенно традиционного запрета "выносить сор из избы", даже несмотря на общее недовольство этим "сором". Независимое мышление отрицает всякую некритичность. "Амальрик выносит сор из избы" - и это "единственно перспективный способ действия", чтобы избавиться от нечистоплотности.

    Внутренняя независимость  предусматривает высокую степень

объективности в суждениях и полемике. АМАЛЬРИК в своих работах демонстрирует подлинное уважение и терпимость к оппоненту, достоинство как в отстаивании, так и в ненавязывании своих взглядов. Взгляд его на будущее - в конечном счете пессимистичен, но этот пессимизм в сочетании с внутренней свободой приводит не к разрушению, а, напротив, к утверждению его личности. Он остается самим собой по отношению к режиму и к различным оппозиционным направлениям, представляя собой одно из них: "позицию внутренней свободы".

    О статьях А.АМАЛЬРИКА см. "Хронику" NN11, 12, 13.


    В.Л.СЕВРУК "В   силу   самого  факта",  208  машинописных

листов.

    Рукопись автобиографического  характера.  Чтобы попасть в

суворовское училище, из среднеуспевающих становится отличником и в суворовском он на самом лучшем счету. Но за два месяца до производства в офицеры покидает училище.

    Действительную службу   начинает   рядовым  солдатом,  но

быстро выделяется знанием службы, избирается комсоргом подразделения. За доклад, сделанный не по установленным образцам, лишается увольнительной. В ответ СЕВРУК объявляет голодовку. Затем его через психиатрическую больницу комиссуют. Таким же образом и при сходных обстоятельствах его "отчисляют" из Вильнюсского университета. Любопытно медицинское заключение о невменяемости СЕВРУКА: "мания марксизма и правдоискательства".

    ВАЦЛАВ ЛЕОНОВИЧ СЕВРУК  -  младший  научный  сотрудник  в

секторе социологии отделения философии Института истории АН ЛССР.


    Письмо А.БЕЛИНКОВА конгрессу  Пен-клуба,  собравшемуся  в

Ментоне (Франция) в сентябре 69 года.

    В своем   письме   А.БЕЛИНКОВ   резко   обрушивается   на

просоветскую ориентацию западных либеральных интеллигентов и указывает, что нельзя бороться за демократию на Западе, апеллируя к Советскому Союзу. Всякий компромисс, всякое сотрудничество с советским режимом западной интеллигенции БЕЛИНКОВ оценивает как предательство общедемократического дела. Надежды на изменение советского режима, на какое-либо смягчение его за счет прихода к власти более молодых, более образованных кадров БЕЛИНКОВ считает иллюзиями, самоуговариванием.

    Единственное, что,  по словам БЕЛИНКОВА,  можно  сделать,

это "помешать вытоптать все живое".


    ПЕТР ЯКИР,  письмо в секретариат Международного конгресса

историков в Москве от 16 августа 70г.

    Письмо посвящается  второй  годовщине  оккупации войсками

Варшавского договора Чехословакии.

    Автор считает,   что   важнейшими   темами   для  научных

дискуссий конгресса могли бы, помимо утвержденных, быть: 1. Начальный период Второй мировой войны и Советский Союз. 2. СТАЛИН и ГИТЛЕР в истории новейшего времени. 3. Человек и государство.

    Обсуждение этих тем помогло бы лучше понять историю  мира

за последние 40 лет. Автор обращает внимание на нарушение прав человека в СССР и в качестве примера перечисляет свыше сорока человек, арестованных или осужденных по политическим мотивам.


    "Дедовск. Туда и обратно", поэма.
    Стихам препослан  эпиграф  -  отрывок   из   воспоминаний

маршала ЖУКОВА, в котором рассказан случай бессмысленного приказа СТАЛИНА, стоившего жизни двум ротам. Поэма посвящена памяти жертв сталинского произвола.

    РОАЛЬД МУХАМЕДЬЯРОВ.  "Письмо  старым товарищам",  август

70г.

    Адресовано Ю.ДОМБРОВСКОМУ,     Ю.ДУБЯГЕ,     П.ДУДОЧКИНУ,

Е.ГЕРАСИМОВУ, А.ЖИГУЛИНУ, Т.ЖУРАВЛЕВУ, В.КАВЕРИНУ, Р.КУТУЮ, В. МАКСАКОВУ, Г.ПАУТКИНУ, Ф.СВЕТОВУ, А. ТАКТАШУ, Л.ТОПЧЕМУ.

    В своем  эмоциональном  обращении  к  "старым  товарищам"

автор пишет, что вместе с бюстом СТАЛИНА, поставленным у мавзолея ЛЕНИНА, возникает и все более активизируется неосталинизм, что особенно видно на политических процессах последних двух лет. Но, пишет автор, в СССР растет и демократическое движение, хотя на сегодня оно еще очень слабо. Понимая, что выбор способа борьбы против произвола зависит от личности человека и от конкретной обстановки, автор призывает начать кампанию за освобождение жертв известных политических процессов, за пересмотр вообще всех дел политзаключенных. Иначе потомки не простят бездеятельности и молчания.


    А.ВОЛЬПИН. "Вечную ручку Петру Григорьевичу  Григоренко!"

- статья в форме открытого письма А.СОЛЖЕНИЦЫНУ.

    Поводом для     статьи     послужило     известие,    что

П.Г.ГРИГОРЕНКО, находящегося в больнице-тюрьме г.Черняховска, лишили возможности писать иначе как под присмотром врачей. Автор статьи считает запрещение свободно пользоваться письменными принадлежностями противоправным: "...Каждый из нас вправе обращаться со своими мыслями к потомству. Общество, которое хотя бы на миг забывает об этом, теряет право на те надежды, которые возлагали на него предки".


    Открытое письмо   В.ГУСАРОВА   автору   статьи   "Человек

вернулся"(см. "Литературную газету" от 1 июля 70г.).

    В.ГУСАРОВ пишет,   что   в   статье  многие  проблемы  не

затрагиваются, автор статьи В.ПЕРЕЛЬМАН касается лишь проблемы трудоустройства правонарушителя, затруднений в прописке, бытовых трудностей, но остаются неосвещенными приемы следствия, судьба подельщиков и др.

    Письмо написано иронически, в виде памфлета.


    Г.ВЕРТЛИБ и  Г.ШУР,  Ленинград,  28  июня.  Письмо на имя

Генерального прокурора и в Президиум Верховного Совета по поводу ареста в Ленинграде 15 июня группы евреев - МОГИЛЕВЕРА, ЧЕРНОГЛАЗА, КОРЕНБЛИТА и др. (см. "Хронику" N14). Авторы пишут о невиновности арестованных и просят освободить их. "Дайте им, как и нам, возможность уехать в Израиль".


    Письмо 10  евреев  от  9  июля  70г.  депутатом  1 сессии

Верховного Совета СССР. Подписавшие письмо обращаются в высший орган государственной власти, исчерпав все возможности, и просят: отпустите нас с миром. "...Пока мы есть, мы будем - с каждым днем все громче - требовать свободы выезда...".


    Письмо 30 евреев на сессию Верховного Совета с просьбой

принять закон о репатриации.


    "Исход" (сборник документов), вып. 2, 1970г.
    Содержит частные   и   коллективные  обращения  советских

евреев за период в основном май-июнь 70г., адресованные самым различным общественным и государственным деятелям всего мира и в международные организации. Авторы писем и обращений живут в Риге, Вильнюсе, Минске, Ленинграде, Москве, Киеве и других городах. Среди адресатов: Генеральный секретарь ООН У ТАН, Председатель Президиума Верховного Совета СССР, Председатель Международной организации Красного Креста, Премьер-министр Израиля ГОЛДА МЕИР, Председатель Совета Министров СССР А.Н.КОСЫГИН, Министерство иностранных дел, Комиссия по правам человека ООН, президиум 14 съезда комсомола, Генеральный прокурор СССР, парламенты стран-участниц Конвенции по ликвидации всех форм расовой дискриминации.

    Письма рассказывают о многочисленных  попытках  советских

евреев добиться возможности выезда к своим родственникам в Израиль. Все попытки оказываются тщетными. Отказы не мотивируются. "Советское правительство не опускается до диалога. Оно молчит". Особенно трагично звучит заявление 4-х евреев из Вильнюса: "Некоторые из нас уже успели состариться, так как подают документы на выезд уже более 10 лет".

    Некоторые письма  кончаются длинным списком лиц,  которые

добиваются возможности соединиться со своими родителями, проживающими в Израиле.

    Выпуск содержит также письмо 9  ленинградских  евреев  от

мая 70 года. Среди подписавших Л.КАМИНСКИЙ, В.МОГИЛЕВЕР, Д.ЧЕРНОГЛАЗ, арестованные 15 июня, и Г.ВЕРТЛИБ, арестованный месяц спустя, письмо 37 ленинградцев, написанное накануне 15 июня, письма Г.ВЕРТЛИБА, Г.ШУРА, В.БОГУСЛАВСКОГО, переписку Л.КАМИНСКОГО с газетой "Правда" о воспитании детей в соответствии с еврейской традицией.

    Выпуск заканчивается   письмом   ВИКТОРА  БОГУСЛАВСКОГО

(ныне арестованного) Генеральному прокурору, в котором он рассказывает о "преступлении", совершенном его товарищами.

    "Обыски производились    с    целью    изъятия    "орудий

преступления".

    Изъятыми "орудиями"  оказались  письма  и   открытки   от

близких знакомых из Израиля, а также любые тексты, содержащие слово "еврей" и "еврейские" ...В ходе обыска было обнаружено и "оружие" - 7 патронов от малокалиберной тренировочной винтовки в доме Григория Бутмана (Г.Бутман прежде работал следователем в милиции). Но было обнаружено и более страшное "оружие" - учебники и самоучитель языка иврит, присланные по почте, а отчасти переснятые фотоспособом. Все вместе с письмами и статьями по еврейской истории, с романами и магнитофонными записями еврейских песен должно было, очевидно, служить неопровержимыми "уликами преступления".

    В заключение  В.БОГУСЛАВСКИЙ восклицает:  "Мои товарищи

мечтали услышать еврейскую речь из уст детей. Разве это преступление?".


    ИСПРАВЛЕНИЯ И ДОПОЛНЕНИЯ
    К "Хронике" N14.
    Раздел "Советская  пресса о преследовании инакомыслящих".

В газетном сообщении из Риги ошибка: вместо МИСУЛОВИЧ должно быть МИСУДОВИН.

    В информации о суде над ЗЕМЦОВЫМ защитник  ХЕЙФЕЦ  назван

прокурором.

    К ленинградскому делу о самолете:  из 12  задержанных  не

названы "Хроникой" - АНАТОЛИЙ АЛЬТМАН, 29 лет (Рига) и МЕНДЕЛЬ БОДНЯ (Рига), а также офицер запасаВУЛЬФ ЗАЛМАНСОН и его брат ИЗРАИЛЬ.

                           *****
    В "Хронике"  N9  аннотированно  "Письмо  В.М.МОЛОТОВУ для

членов Политбюро" при этом ошибочно указана дата его написания - 19 февраля, вместо 19 марта 1922 года. События в Шуе, о которых говорится в письме, произошли 15 марта. Вопрос о том, достоверно ли это письмо, решается заметкой в "Датах жизни и деятельности В.И.ЛЕНИНА (6 марта 1922 - 21 января 1924)":

    "Март, 19.  Ленин  в  письме  членам Политбюро ЦК РКП (б)

пишет о необходимости решительно подавить сопротивление духовенства проведению в жизнь декрета ВЦИК от 23 февраля 1922 года об изъятии церковных ценностей в целях получения средств для борьбы с голодом" (В.И.ЛЕНИН. Полн. собр.соч., изд. 5, т.45, стр. 666 - 67).