Хроника текущих событий/07

Материал из Wikilivres.ru
Перейти к навигацииПерейти к поиску

Хроника текущих событий — выпуск 7
{{#invoke:Header|editionsList|}}


ГОД ПРАВ ЧЕЛОВЕКА В СОВЕТСКОМ СОЮЗЕ ПРОДОЛЖАЕТСЯ

                  ХРОНИКА ТЕКУЩИХ СОБЫТИЙ
                            Каждый человек  имеет  право   на
                            свободу  убеждений и на свободное
                            выражение их;  это право включает
                            свободу          беспрепятственно
                            придерживаться своих убеждений  и
                            свободу    искать,   получать   и
                            распространять информацию и  идеи
                            любыми средствами и независимо от
                            государственных границ.
                            ВСЕОБЩАЯ ДЕКЛАРАЦИЯ ПРАВ ЧЕЛОВЕКА,
                            статья 19

30 апреля 1969 г.


СОДЕРЖАНИЕ: Суд над ГОМЕРОМ БАЕВЫМ. - Арест ИВАНА

               ЯХИМОВИЧА. -   Арест   ВИКТОРА   КУЗНЕЦОВА.  -
               Политзаключенные   и   ссыльные.    -    Новые
               преследования священников-униатов.  - Движение
               народа Месхетии  за  возвращение  на  родину.-
               "Переселение" крымских татар в Крым.  - Группа
               ФЕТИСОВА.   -   Краткая    биография    АНДРЕЯ
               СВЕРДЛОВА.  -  Вокруг  семьи А.Е.КОСТЕРИНА.  -
               Новости самиздата.  - Внесудебные политические
               репрессии 1968-1969гг.  - Краткие сообщения. -
               О достоверности  и  о  точности  информации  в
               выпусках "Хроники".
                     ГОД ИЗДАНИЯ ВТОРОЙ

.



    СУД НАД ГОМЕРОМ БАЕВЫМ
    23-24 и  28-29  апреля  с.  г.  в  Симферополе  состоялся

судебный процесс по обвинению крымского татарина инженера ГОМЕРА БАЕВА в распространении "заведомо ложных измышлений, порочащих советский государственный и общественный строй" - cт.187(1) УК УССР. Содержание обвинения - некоторые письма крымских татар в официальные инстанции, не подписанные, но якобы распространявшиеся БАЕВЫМ; одна из крымско-татарских информаций, переписанная БАЕВЫМ в свою тетрадь и подпавшая под признак "распространения", так как есть свидетельские показания, что БАЕВ на собрании что-то из какой-то тетради зачитывал; письма самого БАЕВА о положении крымских татар. Относительно этих последних наиболее интересно, как одно из них вообще попало в дело. Старший научный сотрудник Института марксизма-ленинизма, член партии СЕНИЧКИНА выступила в печати со статьёй по национальному вопросу, где написала, что национальный вопрос в СССР решен полностью. ГОМЕР БАЕВ написал СЕНИЧКИНОЙ частное письмо, в котором спросил, считает ли она решенным и крымско-татарский вопрос, а если да, то как объяснить, что его, ГОМЕРА БАЕВА, уволили с работы, выселили из общежития и предложили ему покинуть пределы Крыма. Вместо ответа СЕНИЧКИНА отправила письмо в КГБ как "содержащее провокационные вопросы".

    Председательствующим на процессе был судья А.А.АВРАМЕНКО,

обвинение поддерживал прокурор ТЕРЕНТЬЕВ, защищал подсудимого адвокат Н.А.МОНАХОВ. Суд проходил корректно, в зале присутствовали те, кто действительно пришел на процесс, а не подставная публика, как это принято в Москве.

    Выступавший свидетелем   начальник   паспортного    стола

Симферополя ЕЛХОВ по существу подтвердил, что крымским татарам прописаться в Крыму невозможно. Об этом же сказал и старший инженер одного из совхозов, куда взяли работать бригаду крымских татар, в том числе БАЕВА, и тут же уволили, узнав, кто они. Прокурор объяснял это тем, что они оказались неспециалистами, но инженер подтвердил, что бригада имела нужную квалификацию, что совхозу и сейчас нужны рабочие - хоть сотня, что совхоз может обеспечить их общежитием. На вопрос адвоката: "А если к вам сейчас придет такая же бригада, вы её возьмете?" - инженер со всей непосредственностью ответил: "Так ведь не пропишут же!"

    Прокурор, отметив  трудовой  образ  жизни  подсудимого  и

отсутствие в прошлом судимости, указал,что подсудимый не признал себя виновным и не раскаялся, а потому представляет опасность для общества. Прокурор потребовал дать ГОМЕРУ БАЕВУ 3 года лагерей, т.е. максимум по этой статье.

    Защитник, не   затрагивая   содержания   тех  документов,

участия в составлении и распространении которых БАЕВ не признавал,убедительно доказывал, что его подзащитный говорит правду. Относительно документов, составленных БАЕВЫМ, защитник занял следующую линию: факты, изложенные в документах, неопровержимые, там встречаются не идейные, чересчур эмоциональные, резкие выражения, но это никак не может считаться клеветой. Защитник просил суд оправдать БАЕВА за отсутствием состава преступления.

    ГОМЕР БАЕВ в своем последнем слове рассказал о депортации

своего народа из Крыма, о его голодном вымирании в ссылке, о борьбе народа за восстановление национального равноправия.

    Суд признал  ГОМЕРА  БАЕВА виновным по ст.187-1 УК УССР и

приговорил к двум года лагерей.


    АРЕСТ ИВАНА ЯХИМОВИЧА
    24 марта  с.г.  в  г.Юрмала Латвийской ССР арестован ИВАН

ЯХИМОВИЧ. ИВАНУ ЯХИМОВИЧУ 38 лет. Он родился в польской рабочей семье, окончил историко-филологический факультет Латвийского государственного университета. После университета работал учителем, инспектором РОНО. В 1960 году пошел работать председателем колхоза "Яуна Гварде" Краславского района. Работая в колхозе, поступил на заочное отделение Латвийской сельскохозяйственной академии. Несколько лет назад об ИВАНЕ ЯХИМОВИЧЕ в восторженных тонах писала "Комсомольская правда".

    В январе 1968 г.  ИВАН ЯХИМОВИЧ написал письмо в ЦК  КПСС

на имя М.А.СУСЛОВА, выражая протест против судебного процесса над ЮРИЕМ ГАЛАНСКОВЫМ, АЛЕКСАНДРОМ ГИНЗБУРГОМ и др. В марте 1968 г. ЯХИМОВИЧ был исключен из партии, а в мае 1968 г. снят с должности председателя колхоза - в нарушение устава сельхозартели, снят вышестоящими органами, без колхозного собрания. В последнее время работал кочегаром в санатории "Белоруссия" г.Юрмала.

    В четвертом и  шестом  выпуске  "Хроники"  сообщалось  об

обыске, произведенном у ЯХИМОВИЧА в сентябре, и о начале следствия по его делу. ЯХИМОВИЧА трижды - 5 февраля, 19 и 24 марта с.г. - вызывали на допросы к следователю прокуратуры г.Риги Э.КАКИТИСУ, после третьего допроса он был арестован. Перед арестом ИВАН ЯХИМОВИЧ написал открытое письмо "Вместо последнего слова", в котором рассказывает о себе, о ходе следствия, построенного на отрицательных характеристиках и ложных показаниях, и обращается к ряду своих друзей, общественных деятелей, к рабочим и крестьянам, латышам и полякам, к коммунистам всех стран с призывом не мириться с несправедливостью. Окончание следствия по делу ИВАНА ЯХИМОВИЧА ожидается примерно в середине мая месяца с.г.

    Семья ИВАНА    ЯХИМОВИЧА:    жена    ИРИНА,    окончившая

историко-филологический факультет, долго работавшая учителем, а теперь вынужденная работать воспитателем в детском саду, и три дочери - 5, 6 и 7 лет. Рассказывают, что во время обыска, предшествовавшего аресту ИВАНА ЯХИМОВИЧА, его три дочери стояли в саду под окном и пели "Интернационал".

    Группа друзей   ЯХИМОВИЧА  написала  протест  против  его

незаконного преследования. Вместе с письмами, написанными ИВАНОМ ЯХИМОВИЧЕМ самим или в соавторстве с единомышленниками, этот протест входит в подборку материалов, распространяемую в Самиздате.


    АРЕСТ ВИКТОРА КУЗНЕЦОВА
    20 марта с.г.  в г.Пушкино Московской  области  арестован

ВИКТОР КУЗНЕЦОВ.

    ВИКТОРУ КУЗНЕЦОВУ 33 года.  Его отец был репрессирован  и

погиб, мать работает продавцом, жена - лаборантка, двое детей - пяти и восьми лет. В 1960 году КУЗНЕЦОВ окончил художественно-графический факультет МГПИ* и до 1966 года работал в АПН**.


    * Московский государственный педагогический институт
    ** Агентство печати "Новости"
    В марте 1965  г.  КУЗНЕЦОВ  выступил  в  МГУ  на  диспуте

"Цинизм в общественной жизни"; диспут записан на магнитную пленку. После диспута оперотрядчики схватили КУЗНЕЦОВА на улице и противозаконно обыскали его, а найденные у него бумаги передали в КГБ, после чего его несколько раз вызывали в КГБ и требовали объяснений на работе.

    В октябре 1966г.  ВИКТОР КУЗНЕЦОВ выступил в Доме  дружбы

на конференции интернационального студенческого дискуссионного клуба "Время и мысль". Тема дискуссии была "Проблема свободы в современном мире". КУЗНЕЦОВУ удалось только рассказать о последствиях его предыдущего выступления, высказаться по теме ему не дали, закрыв диспут. После этого выступления его принудительно поместили в психиатрическую больницу на обследование, где он пробыл 2 месяца. После возвращения из больницы он работал инженером по эстетике на экспериментальном заводе в Софрино, маляром-оформителем управления Ярославской железной дороги, последнее время выполнял графические работы по заказам "Интуриста" и "Совэкспорта".

    КУЗНЕЦОВ имел обширную библиотеку Самиздата.
    20 марта   с.г.   у   него   был   произведен   обыск  по

постановлению, подписанному ст. следователем КГБ Украинской ССР, капитаном КОЛЬЧИКОМ, следователем по делу ВАЛЕНТИНА МОРОЗА. При обыске взято письмо "Репортаж из заповедника имени Берия", произведения СИНЯВСКОГО, ДАНИЭЛЯ и др. После обыска КУЗНЕЦОВ был арестован. На следующий день был произведен обыск у соседей КУЗНЕЦОВА. Жену и друзей ВИКТОРА КУЗНЕЦОВА вызвали на допросы в КГБ, но не объясняли причин ареста. Основные вопросы, задаваемые следователем, касаются распространения Самиздата.

    21 марта с.г.  обыск по делу КУЗНЕЦОВА был проведен у его

друга БОРИСА ЕФИМОВА. Были изъяты 16 экземпляров составленного ЕФИМОВЫМ проекта новой Конституции СССР; письмо с 86 подписями в Верховный Совет СССР с требованием ускорить ратификацию Пактов и Декларации прав человека; заявление с 8 подписями о создании Общества в защиту Пактов и Декларации прав человека; работа В.Турчина "Инерция страха" и целый чемодан бумаг без описи.


    ПОЛИТЗАКЛЮЧЕННЫЕ И ССЫЛЬНЫЕ
    Голодовка на  17  лагпункте   мордовских   лагерей   не

состоялась, так как после длительных переговоров лагерная администрация пошла на уступки: незаконное решение о лишении ВАЛЕРИЯ РОНКИНА личного свидания было отменено.

                           *****
    В начале апреля 1968г.  отправлен обратно во Владимирскую

тюрьму ВАЛЕНТИН МОРОЗ, больше года находившийся в следственном изоляторе КГБ при СМ УССР по обвинению в составлении письма депутатам Верховного Совета УССР "Репортаж из заповедника имени Берия". Достоверно известно, что МОРОЗ не принимал никакого участия в следствии и не давал никаких показаний. Вероятно, следствие прекращено из-за того, что не доказано авторство МОРОЗА. ВАЛЕНТИНУ МОРОЗУ осталось 4 месяца срока, 1 сентября он должен выйти на свободу.

                           *****
    Во Владимирской тюрьме находится  СВЯТОСЛАВ  КАРАВАНСКИЙ,

осужденный в 1944 году на 25 лет за участие в украинской националистической организации во время румынской оккупации Одессы, амнистированный в 1960 г., а в 1965 году после написания статьи на тему о национальной дискриминации при приеме в вузы отправленный досиживать оставшуюся часть 25-летнего срока: Генеральный прокурор СССР РУДЕНКО опротестовал применение амнистии. С 11 лагпункта мордовских лагерей летом 1967 г. КАРАВАНСКИЙ одновременно с ВАЛЕНТИНОМ МОРОЗОМ, МИХАИЛОМ ГОРЫНЕМ и МИХАИЛОМ МАСЮТКО за жалобы, направленные в официальные инстанции, и за чтение материалов о положении на Украине на три года переведен во Владимирскую тюрьму. На суде, который должен был решить вопрос об изменении режима, КАРАВАНСКИЙ потребовал переводчика. Суды внутри лагеря всегда проходят без адвокатов, подсудимые лишены права на защиту, но зато, как ни странно, известны случаи отмены приговора в результате того, что дело слушалось без переводчика. В ответ на требование КАРАВАНСКОГО судья РАВЕНКОВА сказала: "Дайте ему хохла!". КАРАВАНСКИЙ заявил отвод судье. Прокурор удивился: "Ну, женщина оговорилась". Отвод не был принят.

    Режим во  Владимирской  тюрьме  содержит  гораздо  больше

ограничений, чем лагерный. Письма принимаются только от прямых родственников, письма на украинском языке предварительно направляются на перевод, книжные бандероли заключенным не разрешены, родственники заключенных имеют право на два получасовых свидания в год, и всем разговаривать на свиданиях можно только по-русски.

    Но и в этих тяжелых условиях,  где каждое  лишение  может

стать особенно ощутимым, КАРАВАНСКИЙ нашел в себе силы для выражения политического протеста. В конце октября 1968 г. он объявил голодовку, требуя отставки правительства за неправильную внутреннюю и внешнюю политику. Голодовка продолжалась 28 дней. Обстоятельства прекращения голодовки неизвестны. За голодовку КАРАВАНСКИЙ наказан 15-ю сутками карцера.

                           *****
    Весной 1969  года  из  Владимирской  тюрьмы  после 20 лет

тюремного заключения отправлены досиживать 25-летний срок в лагере строгого режима ЕКАТЕРИНА ЗАРИЦКАЯ, ОДАРКА ГУСЯК и ГАЛИНА ДИДЫК, участницы антисталинского партизанского движения в Западной Украине в послевоенные годы, организаторы подпольного Красного Креста. Их адрес: Мордовская АССР, п/о Явас, учреждение ЖХ 385/б. ЕКАТЕРИНА ЗАРИЦКАЯ впервые была в тюрьме в конце 30-х годов в Польше в связи с покушением группы украинских националистов на польского министра внутренних дел. Муж ЗАРИЦКОЙ, МИХАИЛ СОРОКА, находится на 17 лагпункте тех же мордовских лагерей строгого режима - тот же адрес, но ЖХ 385/17а.

                           *****
    В течение 1968 года из мордовских лагерей строгого режима

по концу срока вышли:

    ИВАН ГЕЛЬ,  из   Львова,   ст.62   УК   УССР,   3   года,

распространение украинского Самиздата, после возвращения не прописан во Львове и не восстановлен во Львовском университете, с последнего курса которого был исключен после ареста.

    БОГДАН ГОРЫНЬ, из Львова, искусствовед, до ареста работал

в музее украинского искусства, ст.62 УК УССР, 3 года, распространение украинского Самиздата, после возвращения не прописан во Львове, работает плотником на стройке во Львовской области.

    БОРИС ЗДОРОВЕЦ,  баптист  из  Донбасса,  отбыл  7  лет  в

лагере, на 5 лет сослан в Красноярский край, на месте ссылки милиция проводит с ним "воспитательную" работу, требуя публичного отречения от религии.

    СТРУТИНСКИЙ, из Львовской обл.,  ст.56 УК УССР (ст.64  УК

РСФСР), 10 лет.

    МИРОСЛАВА ТЕРШИВСКАЯ,  из  Дрогобыча,  ст.62   УК   УССР,

изготовление и распространение рукописных листовок вдвоем с мужем, ДИКИМ, 3 года, после лагеря на 3 года сослана в Красноярский край, муж находится на 11 лагпункте мордовских лагерей, осужден на 5 лет лагеря и 3 года ссылки.

    АНАТОЛИЙ ФУТМАН,  ст.70  УК  РСФСР,  получил "политику" в

уголовном лагере, после лагеря поставлен под надзор.

                           *****
    3 февраля 1969 г.  вышел осужденный по ст.187 УК  УССР  в

1967 г. и отбывший наказание в лагере общего режима журналист ВЯЧЕСЛАВ ЧЕРНОВОЛ. За два месяца до конца срока он был заключен в одиночную камеру львовского УКГБ, где ему предъявили постановление зам.прокурора УССР САМАЕВА о расследовании вновь выявленных обстоятельств по делу. Это расследование было предпринято в связи с опубликованием за границей составленного ЧЕРНОВОЛОМ сборника материалов "Лихо з розуму" (горе от ума) о репрессиях 1965-1968 гг. против украинской интеллигенции ЧЕРНОВОЛ. уже был осужден за составление этого сборника, тем не менее ему угрожали переквалифицировать дело по ст.62 УК УССР и добавить срок. ЧЕРНОВОЛ объявил бойкот следствию как незаконному. Перед окончанием срока его заключения "расследование" было прекращено.

    В одном  из  выпусков  "Хроники" в сообщении о голодовке,

проведенной ВЯЧЕСЛАВОМ ЧЕРНОВОЛОМ в лагере, неправильно был указан ее срок. На самом деле ЧЕРНОВОЛ держал голодовку с 29 мая по 16 июля 1968 г.

                           *****
    МИХАИЛ ОСАДЧИЙ,     кандидат     филологических     наук,

преподаватель Львовского университета, поэт, выпустивший книгу, инструктор Львовского обкома партии, в 1965 г. был осужден по ст.62 УК УССР за распространение украинского Самиздата, в 1967 г. вышел по концу срока и до последнего времени не мог получить ни прописку, ни работу, подвергался задержанию за "нарушение паспортного режима"- в частности, был задержан во Львове, в своей семье, т.е. у себя дома; наконец, недавно прописался во Львовской области и работает рабочим на Львовском комбинате глухонемых.

                           *****
    В конце марта - начале апреля у ЛАРИСЫ БОГОРАЗ в Чуне и у

ПАВЛА ЛИТВИНОВА в Верхних Усуглях, где они отбывают ссылку, были произведены беззаконные негласные обыски в отсутствие обыскиваемых.


    НОВЫЕ ПРЕСЛЕДОВАНИЯ СВЯЩЕННИКОВ-УНИАТОВ
    Вопреки Конституции СССР,  гарантирующей свободу совести,

в 1944 г. на Западной Украине органами МГБ была насильственно ликвидирована греко-католическая, или униатская церковь. Священников, не перешедших в православную веру, сфабриковав ложные обвинения, отправили в лагеря. Униатская церковь продолжала функционировать подпольно. Ее деятельность оживилась в последние годы, и одновременно участились случаи задержания и избиения священников-униатов милицией.

    18 октября   1968   г.   у   десяти   священников-униатов

произведены обыски, на обысках изъяты незапрещенные предметы культа и даже святые таинства, что является вопиющим вторжением в сферу религиозных обращений.

    В конце  1968  г.  арестованы  два  священника-униата:  в

Коломне, Ивано-Франковской обл. и во Львове. В январе 1969 г. арестован подпольный епископ греко-католической Церкви ВЕЛИЧКОВСКИЙ. ВЕЛИЧКОВСКОМУ около 70 лет, он болен и в тяжелом состоянии находится в тюремной больнице. Следствие ведет Львовская прокуратура, предъявленное обвинение неизвестно. В начале 1969 года у священников-униатов произведены новые обыски.*


    * См. уточнения и дополнения в "Хронике" N-8.



    ДВИЖЕНИЕ НАРОДА МЕСХЕТИИ ЗА ВОЗВРАЩЕНИЕ НА РОДИНУ
    15 ноября  1944  гола  из Месхетии,  района Южной Грузии,

насильственным путем было выселено коренное население, образовавшееся, главным образом, в результате постепенной, с конца ХVI - начала ХVII в., мусульманизации и тюркизации грузин-месхов. Всесоюзная перепись 1929 г. закрепила за этим мусульманским населением имя турок, в крае были открыты школы с обучением на турецком языке. В 1935-1936гг. народ был внезапно переименован в азербайджанцев, и обучение переведено на азербайджанский язык. Но 15 ноября 1944 г. их снова объявили турками и выслали в Среднюю Азию и Казахстан. Кроме грузин-месхов, из Месхетии высланы азербайджанцы-каракалпаки, мусульманизированные армяне-хемшинли, отуреченные курды и месхетские туркмены, также называвшие себя турками. Общая беда сблизила эти этнически различные группировки и сплотила в единый народ.

    Переселение производилось  под  предлогом   эвакуации   в

безопасные места от якобы приближавшихся немцев. Было дано обещание вернуть народ в родной край после войны. Трагические условия переселения аналогичны тем, которые известны из истории крымских татар и народов Северного Кавказа. Через несколько месяцев после переселения во всех местах пребывания "временно выселенного народа" был введен ссыльно-поселенческий режим, такой же, как для народов, объявленных "изменниками". Переселенцы, оставившие в родном краю дом, скот, имущество, гибли в чужом климате от голода и холода. Только в Узбекистане погибло 50600 человек. Особенно много турок погибло, превращая Голодную степь в цветущий край Гулистан. Не были пущены на родину возвращающиеся в Месхетию фронтовики, в том числе орденоносцы и Герои Советского Союза.

    Указом Президиума Верховного Совета СССР  от  31  октября

1956г.** с народа был снят режим ссыльно-поселенцев, но без права возвращения на родину и без возмещения конфискованного имущества. В конце 1956 - начале 1957 г. представители народа отправились в Москву добиваться возвращения на родину. В ответ на это месхов объявили азербайджанцами и "разрешили" им "вернуться" в Азербайджан: их вербовали на освоение Муганской степи. Многие ехали, надеясь быть ближе к родине и в конце концов вернуться туда.


    ** См. сноску на следующей стр.
    Общенародное письмо  с требованием возвращения на родину,

направленное Президиуму Верховного Совета СССР, было переслано в Президиум Верховного Совета Грузинской ССР, а оттуда - в КГБ при СМ ГрузССР. КГБ вообще не является инстанцией, имеющей право решать этот вопрос, однако председатель КГБ ИНАУРИ написал, что народу не разрешается вернуться в места, откуда он был выслан в 1944 году, согласно Указу Президиума Верховного Совета СССР от 31 октября 1956 года*.


    * В   "Хронике"   N-18   дается   поправка:   "Двукратное

упоминание Указа от 31 октября 1956 года ошибочно. Следует иметь в виду два неопубликованных Указа - от 28 апреля 1956г. и от 31 октября 1957г."

    В течение   нескольких    лет    представители    народа,

организовавшиеся во Временный комитет возвращения народа в родной край, ездили в Москву и Тбилиси, добиваясь приема в высших партийных и государственных инстанциях. В 1963г. они встретили понимание и человечность у второго секретаря ЦК КП Грузии ЗЕМЛЯНСКОГО, который сказал, что он ничего не знал об этой ужасной ошибке и будет немедленно ходатайствовать о возвращении народа. Он сказал также, что надо создать народу такие условия, чтобы он забыл свое горе. Но этот единственный сторонник месхов через несколько месяцев умер. Дальнейшие хождения представителей народа по приемным Москвы и Тбилиси были тщетны: от них отделывались неопределенными ответами, или они получали такой ответ, как от СКЛЯРОВА, заведующего приемной Президиума Верховного Совета СССР: "Ваши документы тов.Брежневу передавать не буду, и он вас принимать не будет, поезжайте домой и работайте." Месхи обращались к грузинским писателям, журналистам, деятелям культуры и находили у них моральную поддержку, но оказать реальную помощь никто из них не мог - более того, те, кто выступал в защиту изгнанного народа, нередко подвергались осуждению в официальных инстанциях.

    15 февраля  1964  г.  в  колхозе  "Ленин  Юли" Букинского

района Ташкентской обл. состоялось первое общенародное собрание. На него приглашали представителей ЦК КПСС и КП союзных республик, союзного и республиканских правительств, обкомов и райкомов, но явились только неизвестные люди в штатском, пытавшиеся помешать делегатам собраться. Тем не мене, более 600 делегатов из Средней Азии, Казахстана и с Кавказа с мандатами местных народных собраний, представлявшими 200-тысячный народ, участвовали в собрании. Были прочитаны доклады: об истории народа с древних времен, о нынешнем положении народа, об организации работы. Было принято обращение к партии и правительству. Был избран Временный организационный комитет возвращения народа на родину. Председателем был избран историк ЭНВЕР ОДАБАШЕВ (ХОЗРАВАНАДЗЕ). Были избраны 125 представителей народа для поездки в Москву. Все протоколы собрания были отправлены руководителям партии и правительства. К настоящему времени прошло 26 общенародных собраний.

    Во время   поездок   в   Москву   представителям   народа

говорилось, что лучше всего решать этот вопрос в Тбилиси. В Тбилиси отвечали, что решить этот вопрос может только правительство СССР. Осенью 1964г. делегатов собрали в здании Грузинского КГБ, и не назвавший себя подполковник заявил, что вопрос будет решен в начале 1965 года. Это заявление преследовало только одну цель - отправить делегатов обратно в Среднюю Азию.

    КГБ среднеазиатских   республик   принимали   свои  меры:

домашние аресты представителей народа в тот момент, когда они должны были уезжать; беседы с участниками движения, где чередовались соблазны и угрозы.

    С АЛЛЕСОМ ИЗАТОВЫМ,  кандидатом в члены КПСС,  секретарем

комитета комсомола Фрунзенского сельхозтехникума, в Кантском райкоме партии беседовали секретарь райкома ПОЛИКАНОВ, зам.председателя киргизского КГБ КУРМАНОВ и четыре не назвавших себя человека. В результате того, что ИЗАТОВ отказался отговаривать народ писать и ездить в Москву, его не приняли в члены партии. Работники КГБ также всеми мерами старались срывать очередные народные собрания.

    В марте 1966 г. АЛЛЕС ИЗАТОВ и ЭНВЕР ОДАБАШЕВ должны были

лететь в Тбилиси. После бесплодных бесед с ними и попыток помешать им добраться в аэропорт была предпринята провокация. После регистрации билетов в аэропорту какой-то подполковник подошел и порвал билеты и посадочные талоны, чем вызвал возмущение окружающих, посторонних людей. Милиция задержала ряд людей из возмущенной толпы, а также ИЗАТОВА и ОДАБАШЕВА, которые вели себя спокойно. На следующий день всех остальных выпустили, а этих двоих судили за "мелкое хулиганство" и дали по 15 суток: судья Ленинского нарсуда ТУРИН, дело слушалось без заседателей.

    В 1967 г.  представителям народа  было  обещано,  что  их

вопрос будет рассматриваться после 50-летия Октябрьской революции.

    В апреле 1968 г. в г.Янгиюле состоялось 22-е общенародное

собрание с участием более 6000 человек. Собрание проходило в окружении войск, милиции с дубинками и пожарных машин, но прошло в полном порядке. На обратном пути участников собрания начали ловить и отвозить в Ташкент. 30 человек из них пробыли от двух до шести месяцев в камерах предварительного заключения.

    30 мая 1968 года  было  издано  Постановление  Президиума

Верховного Совета СССР о том, что граждане турецкой, курдской и азербайджанской национальностей, выселенные из Ахалцихского, Аспиндзского, Ахалкалакского, Адигенского районов и Аджарской АССР пользуются теми же правами, что и все граждане СССР, но они укоренились в тех республиках, где сейчас проживают, и там надо создавать им всяческие условия с учетом национальных особенностей.

    После выхода постановления  народ  снова  отправил  своих

представителей на прием в Москву, чтобы добиваться организованного переселения в родные края. Их никто не принял. 24 июля 1968 г. 7000 делегатов народа съехались в Тбилиси и собрались у Дома правительства, требуя приема. Их встретили дружинники, милиция с дубинками и войска. Делегатов, даже женщин, били. У них искали оружие. Делегаты не поддавались на провокации: не вступали в схватки, но и не расходились. Наконец, 26 июля первый секретарь ЦК КП Грузии МЖАВАНАДЗЕ принял несколько человек и сказал им, что в Месхетии для ее коренного населения места нет, что Грузия может принять их в другие районы, и то только по 100 семей в год, а если они стоят на своем, пусть обращаются в Москву.

    В августе  1968  г.  в Москве делегатов народа принимал в

приемной ЦК КПСС Б.П.ЯКОВЛЕВ, который сказал, что сейчас руководство занято более важными делами и сможет рассмотреть их вопрос через два месяца, о чем им будет сообщено. Не получив никакого сообщения, делегаты приехали в Москву в ноябре, и снова их начали посылать из приемной в приемную, причем все чаще стал повторяться аргумент такого рода: "Советский Союз - для вас родина; где живете, там и родина; живите и работайте".

    Народ-изгнанник не  может  согласиться  с   этим   ложным

аргументом. Народное движение за восстановление исторической справедливости продолжается.


    "ПЕРЕСЕЛЕНИЕ" КРЫМСКИХ ТАТАР В КРЫМ
    В 1968г.  узбекские власти объявили,  что крымские татары

будут выезжать в Крым планомерно, заключая трудовые договоры с выехавшими в Узбекистан представителями Крымской области. Таким путем стремились предотвратить намеченный массовый выезд крымских татар в Крым. За весь 1968г. по оргнабору было переселено всего 148 семей, переселенческие книжки выдавались только с благословения КГБ - тем, кто не принимал ни малейшего участия в общенародном движении.

    В "Хронике"  уже  сообщалось  о  том,  как  администрация

Крымской области, руководствуясь негласными - вероятнее всего, устными - инструкциями, встречает крымских татар, которые возвращаются на родину без визы КГБ. В этом выпуске "Хроника" приводит еще ряд случаев 1968г., опираясь на недавний всенародный протест крымско-татарского народа, адресованный официальным инстанциям и советской общественности.

    26 мая 1968г.  98 крымских татар поставили  палатки  близ

пос.Марьино за чертой Симферополя. 27 мая в 16 часов палатки были окружены кольцом милиционеров, сотрудников КГБ и дружинников, около 250 человек. По команде подполковника КОСЯКОВА они стали валить палатки, хватать, избивать и вталкивать людей в автобусы. Все, кто находился в это время у палаток, в том числе дети, женщины, инвалиды войны, в автобусах под охраной милицейских машин и мотоциклов были доставлены в Симферопольское управление милиции. Оттуда группу татар в 38 человек, не дав им взять вещи и одежду, отправили в Баку. 4 дня их везли без хлеба и воды.

    В Баку  их  силой  -  били  и  женщин - посадили на паром

"Советский Туркестан". Собравшейся толпе говорили, что везут врагов народа. 31 мая паром встретила милиция в Красноводске, татар посадили в поезд и отправили в Ташкент под охраной сотрудников КГБ.

    26 июня 1968 г. группа крымских татар, 21 человек, пришла

на прием к председателю Крымского облисполкома ЧЕМОДУРОВУ с жалобой на администраторов, не прописывающих крымских татар. ЧЕМОДУРОВ заперся в кабинете, вызвал милиционеров, которые пинками выгнали татар из облисполкома и доставили в отделение милиции. 11 из них были осуждены на 15 суток, и все они, в том числе женщины, объявили голодовку. Остальным десяти на деньги, собранные при обыске, были куплены билеты на самолет, и их отправили в Душанбе, где никто из них никогда не был. Против одного из осужденных на 15 суток, МАМЕДИ ЧОБАНОВА, было возбуждено уголовное дело по обвинению в сопротивлении представителю власти.

    26 августа 1968 г.  МАМЕДИ ЧОБАНОВ был осужден на 3  года

лишения свободы.

    27 августа 1968 года по аналогичному  обвинению  осуждены

МУБЕИН ЮСУПОВ - на год, и ФАХРИ ИСМАИЛОВ - на шесть месяцев лишения свободы. Они были арестованы во время подобного же нападения милиционеров на крымских татар у здания облисполкома. МУСТАФА ЧЕБИ, КАДЫР САРАМЕТОВ и МУНИВЕР АБИБУЛЛАЕВА, которые пытались пройти на этот процесс и выступить свидетелями, были задержаны и получили по 15 суток.

    4 сентября   1968   г.  к  одному  году  лишения  свободы

приговорен арестованный в результате милицейской провокации ЗЕКЕРЬЯ АСАНОВ.

    10 июля 1968 г.  группа семей крымских татар обратилась в

Крымский облисполком с просьбой обеспечить жильем в любой части Крыма.

    Работник облисполкома  ЗУБЕНКО предложил занять пустующие

дома в совхозах. Татары заняли дома в первом отделении совхоза "Большевик" Красногвардейского района. Ночью к домам подъехали грузовики с милиционерами и дружинниками. Они выхватывали пальто и одеяла и бросали в машины, потом вырывали детей из рук женщин и тоже бросали в машины. Остальных волокли, выкручивали руки и кричали: "Продали Крым, опять приехали продавать! Убирайтесь вон! Здесь будут жить лишь украинцы!" Собравшиеся на шум жители вступились за татар. "Нашли кого жалеть! Их надо стрелять!" - кричали каратели в ответ на возмущение местных жителей. Все кончилось тем, что милиционеры увезли с собой вещи и четверых татар. Оставшихся татар приняли на ночлег местные жители. Но на рассвете милиционеры и дружинники вернулись, накинулись на спящих, избивали, связывали руки, погрузили всех в грузовики и увезли в железнодорожный тупик к подготовленному вагону. Избивая татар, их одновременно грабили: похитили 8 наручных часов и 1000 рублей. На ст.Ново-Алексеевка в этот же вагон посадили еще четыре семьи, точно также вывезенные из совхоза "Обильное" Джанкойского р-на. Русские и украинцы - рабочие первого отделения совхоза "Большевик" на следующий день после этой акции отказались выйти на работу, 17 семей русских и украинцев демонстративно покинули совхоз, а 4 семьи переселенцев, только что привезенных с Украины, отказались поселиться в этом совхозе.

    Всего после  выхода  Указа  о  политической  реабилитации

крымско-татарского народа примерно 12 тысяч крымских татар, попытавшихся вернуться в Крым, были тем или иным - чаще всего насильственным - способом выдворены обратно.



    ГРУППА ФЕТИСОВА
    В марте  или  апреле  1968  г.  в  Москве  был  арестован

экономист А.ФЕТИСОВ и архитекторы М.АНТОНОВ, В.БЫКОВ и О.СМИРНОВ. Они были обвинены по ст.70, психиатрическая экспертиза признала всех четырех невменяемыми, и в настоящее время все они находятся в психиатрических больницах специального типа в Ленинграде и Казани.

    Идеи ФЕТИСОВА и  его  последователей  представляют  собой

критику советской политической, экономической и социальной системы с позиций крайнего тоталитиризма и шовинизма. В работах ФЕТИСОВА историческое развитие человечества изображалось как борьба порядка и хаоса, причем хаос воплощался в еврейском народе, две тысячи лет наводившем в Европе беспорядок, пока на пути этого хаоса не встали германское и славянское начала: тоталитарные режимы ГИТЛЕРА и СТАЛИНА, - ФЕТИСОВ и его единомышленники считают их исторически необходимым, положительным явлением. В экономическую программу группы входила, в частности, деиндустриализация Европейской части СССР, перенос промышленности и массовое переселение рабочих в Сибирь, восстановление патриархально-общинных порядков на территории Европейской России. Эта программа находила воплощение в замыслах молодых архитекторов: в их проектах застройки предусматривалась дезурбанизация и возвращение к сельской общине. Один из них построил на этой идее свою диссертацию, а когда Ученый совет Института теории и истории архитектуры проголосовал против присвоения ему степени, он заявил, что это потому, что в Ученом совете "одни евреи". Своими конкретными антисемитскими и антиинтеллигентскими высказываниями известен и сам А.ФЕТИСОВ. Между прочим, в 1968 г., незадолго до ареста, ФЕТИСОВ вышел из партии в знак протеста против проведенной в 1956 г. десталинизации - как раз в то время, когда вся демократическая интеллигенция ощутила опасность возрождения сталинизма, но ФЕТИСОВУ эти попытки реставрации прошлого должны были казаться слабыми и непоследовательными.

    Идеи ФЕТИСОВА   производят    впечатление    и    находят

последователей в различных кругах: среди некоторой части технической интеллигенции, рассчитывающей установить технократию с помощью кибернетики, теории систем и т.д.; среди той части славянофильствующей гуманитарной интеллигенции, славянофильство которой переходит в шовинизм; среди людей малообразованных, жаждущих простых и сильных средств преобразования мира.

    Но каковы бы ни  были  эти  идеи,  нельзя  забывать,  что

четверо людей были обвинены по ст.70 фактически за взгляды и находятся в жестоких условиях специальной психиатрической больницы, т.е. тюрьмы с принудительным лечением, за взгляды. В свете этого вызывает огорчение распространившийся в Самиздате документ "Своя своих не познаша", по поводу которого "Хроника" отступает от своего обычного правила не давать оценок.

    Этот документ    дважды    порочен.   Во-первых,   вместо

минимально серьезной критики автор документа ограничивается насмешками над "очевидной глупостью фетисовских идей", которые могут проникнуть лишь "в девственно чистые и ни разу еще по-настоящему не мыслившие головы". "Хроника" считает, что столь радикальная антидемократическая программа заслуживает столь же радикальной, но абсолютно серьезной научной критики, которая могла бы поколебать некоторых приверженцев ФЕТИСОВА, увлекающихся какой-то одной стороной этой программы и не осознавших ее общей направленности. Во-вторых, можно считать этичной полемику с людьми, находящимися в заключении, вернее с их идеями, которые продолжают распространяться и воздействовать. Но выражать удовлетворение по поводу того, что власти отправили твоего идейного противника "в желтый дом", - безнравственно. Это значит уподобиться тому же ФЕТИСОВУ, который считал, что СИНЯВСКОГО и ДАНИЭЛЯ следовало бы расстрелять. Автор документа "Своя своих не познаша" не назвал себя, анонимность же приводит к тому, что документ выглядит выражением точки зрения каких-то кругов демократической интеллигенции, каковым он, надо надеяться, не является.


    КРАТКАЯ БИОГРАФИЯ АНДРЕЯ СВЕРДЛОВА
    Составлена на   основе   самиздатовского   документа   "О

необычной судьбе членов семьи и родственников Я.М.Свердлова".

    АНДРЕЙ ЯКОВЛЕВИЧ   СВЕРДЛОВ,   единственный   сын   ЯКОВА

МИХАЙЛОВИЧА СВЕРДЛОВА, совсем молодым, немного старше 20 лет, стал работать в НКВД. Здесь он быстро выдвинулся благодаря своей патологической жестокости и грубости. Первое время ему поручали вести главным образом дела тех партийных и государственных деятелей, с кем АНДРЕЙ СВЕРДЛОВ учился в школе и кого хорошо знал с детства. Когда ХАННА ГАНЕЦКАЯ, не дававшая показания, увидела, что в комнату следователя вошел А.СВЕРДЛОВ, она бросилась к нему с возгласом: "Адик!",- в ответ на что последовала самая грубая брань. В Москве живут, по крайней мере, семь человек, которых АНДРЕЙ СВЕРДЛОВ лично допрашивал, применяя пытки и истязания. Он принимал участие в следствии по делу ЕЛИЗАВЕТЫ ДРАБКИНОЙ, которая в 1918-1919 гг. была секретарем Я.М.СВЕРДЛОВА и по его просьбе за несколько часов до его смерти увела из квартиры его сына АНДРЕЯ и дочь ВЕРУ. АНДРЕЙ СВЕРДЛОВ хорошо знал, что ДРАБКИНА на совершала инкриминируемых ей преступлений, но вымогал у нее "признания" и "раскаяние". Через некоторое время АНДРЕЙ СВЕРДЛОВ был арестован. Но арест этот был фиктивным. Бухгалтерия НКВД продолжала начислять ему зарплату, а он выполнял в тюрьме роль осведомителя, используя доверие, которое вызывала его фамилия. Когда его роль была раскрыта заключенными, он опять надел форму НКВД. После расстрела ЕЖОВА полковник НКВД А.Я.СВЕРДЛОВ стал одним из видных людей в окружении БЕРИИ. После смерти СТАЛИНА АНДРЕЙ СВЕРДЛОВ перешел на "научную работу" в Институт марксизма-ленинизма. В 1956 г., после ХХ съезда, он год пережидал трудные времена в кремлевской больнице, а потом опять вернулся в институт, в отдел истории КПСС. АНДРЕЙ СВЕРДЛОВ одним из первых поднял шум вокруг обсуждения книги НЕКРИЧА в Институте марксизма-ленинизма. Он в тот же день написал донос на организаторов и участников этого обсуждения в КПК при ЦК КПСС и в партком института, клеветнически утверждая, что при обсуждении имели место "антисоветские" выступления.

    Адрес АНДРЕЯ  ЯКОВЛЕВИЧА СВЕРДЛОВА:  ул.Серафимовича,  2,

кв.319 (тот самый Дом правительства, из квартир которого было взято столько жертв). Телефоны: домашний 231-94-97, служебный 181-23-25.


    ВОКРУГ СЕМЬИ А.Е.КОСТЕРИНА
    ВЕРУ ИВАНОВНУ  КОСТЕРИНУ,  вдову  писателя,  после смерти

мужа окружили "вниманием" работники КГБ. Они звонят ей, справляются о здоровье, навещают дома и приглашают к себе - в КГБ. Из подробностей их бесед известно немногое: под нажимом новых друзей В.И.КОСТЕРИНА подписала какое-то заявление против друзей мужа; она предпринимает какие-то действия, чтобы КГБ мог не возвращать П.Г.ГРИГОРЕНКО экземпляры произведений А.Е.КОСТЕРИНА, подаренные ему писателем при жизни и изъятые при обыске; ВЕРА ИВАНОВНА поверила и сама теперь рассказывает знакомым, что ГРИГОРЕНКО передал за рубеж половину произведений КОСТЕРИНА. Основное же, в чем хотят помочь ей сотрудники КГБ,- это надежно пристроить архив покойного писателя. Можно опасаться, что многолетний литературный труд А.Е.КОСТЕРИНА попадет в руки наиболее ненавистной ему организации.

    Одновременно КГБ занялся "воспитанием"  внука  КОСТЕРИНА,

студента Горного института АЛЕКСЕЯ СМИРНОВА. 31 марта и 1 апреля с.г. сотрудники КГБ провели две беседы с отцом АЛЕШИ, человеком, который никогда не принимал участия в воспитании сына, а последние два года вообще его не видел. В первый раз ему рассказали, что его сын связался с "ярым антисоветчиком" ГРИГОРЕНКО и скоро их обоих арестуют. А если даже не арестуют, то сына выгонят из института. На следующий день линия переменилась: ГРИГОРЕНКО не арестуют, его оставляют как "приманку для молодежи": кто к нему ходит - попадает на заметку. И от этой судьбы отец в союзе с КГБ может спасти АЛЕШУ.

    С самим АЛЕКСЕЕМ СМИРНОВЫМ провели беседу 2 апреля с.г. в

помещении отдела кадров института. Два сотрудника КГБ, назвавшиеся ВЛАДИМИРОМ ИВАНОВИЧЕМ ВОЛОДИНЫМ и АЛЕКСЕЕМ МИХАЙЛОВИЧЕМ, провели с ним беседу - по сути дела, противозаконный допрос: его расспрашивали обо всех его друзьях и знакомых, выясняли политические убеждения, сообщали клеветнические сведения о друзьях А.Е.КОСТЕРИНА. В конце концов от него потребовали прекратить "связь c Григоренко", с которым он, кстати, очень мало знаком.


    НОВОСТИ САМИЗДАТА
    1. А.АНТИПОВ.   "От   брожения   умов   -  к  умственному

развитию".

    По сути   дела,   автор   предлагает  систематизированную

программу "Самиздата" - хотя он не употребляет самого этого термина, а предпочитает говорить "внецензурная литература" или "литература, распространяемая в списках". Автор считает, что переход развития общества в интеллектуальную фазу требует интенсивного обмена идеями. "Мы нуждаемся в доброкачественном статистическом материале, в основательных исследованиях, касающихся экономических, политических, социальных, правовых, нравственных, культурных, психологических проблем нашего общества, в объективных работах по его истории. Нам нужны также переводы работ зарубежных специалистов. Мы должны бесстрашно исследовать свой общественный организм - такова насущная задача, решать которую можно только сообща, в условиях живой и свободной дискуссии. Мы овладели речью - пора научиться письму." А.АНТИПОВ считает, что внецензурная литература имеет два достижения: отсутствие "внутреннего цензора", тяготеющего над автором в процессе творчества, и нарождение читателя нового типа. "Не будем шуметь,- так заканчивается этот краткий документ,- не будем воевать за свободу печати - будем ее осуществлять." Следует отметить, что, во-первых, программа, которую А.АНТИПОВ подает как совершенно новую, во многих частях и так уже осуществляется Самиздатом; во-вторых же, осуществление свободы печати в виде внецензурной литературы не исключает общественной борьбы за эту свободу - как и за все иные свободы и права человека, в том числе и средствами Самиздата.

    2. "О некоторых текущих событиях. Краткая информация".
    "Хроника" располагает     одним,     ненумерованным     и

недатированным, выпуском этой Информации, относящимся примерно к январю-февралю 1969 г. Выпуск состоит из семи сообщений: 1.Исключения из партии; 2. Попытка покушения на БРЕЖНЕВА; 3. Проработка в издательствах; 4. Статья о Сталине в отрывном календаре на 1969 год; 5. О фильме "Андрей Рублев"; 6. О повести "Челюсти саранчи"; 7. Из биографии секретаря ЦК КПСС К.Ф.КАТУШЕВА. Эта Информация, в отличие от "Хроники", носит более аналитический характер, содержит ряд оценок и предположений, в частности, предположений и слухов из области "высокой политики", от которых "Хроника" предпочитает воздерживаться. Несмотря на сомнительность некоторых оценок, "Хроника" cчитает очень полезным и приветствует подобное аналитическое издание. Кроме того, "Хроника" будет использовать в своих выпусках материал из информаций, как из любого самиздатовского документа.

    3. Самосожжение ЯНА ПАЛАХА.
    В Самиздате  существует  много  различных  материалов  из

чехословацких изданий: сообщения о самосожжении, смерти и похоронах ЯНА ПАЛАХА, о выражениях соболезнования руководителей ЧССР, многочисленных организаций и лиц, статьи, посвященные памяти ЯНА ПАЛАХА. К сожалению, эти материалы распространяются разрозненно и хаотически, не собранные в единую подборку.

    4. ПАВЕЛ КОГОУТ. "Самокритика".
    Короткий памфлет,  опубликованный  4  января  1969  г.  в

газете "Праце", пародирует высказывания тех, кто под видом борьбы с "правыми экстремистами" выступают против народа Чехословакии.

    5. Священник   СЕРГЕЙ   ЖЕЛУДКОВ.   "К   размышлениям  об

интеллектуальной свободе. Ответ академику Сахарову".

    Автор дает  оценку  общества с теми абсурдами,  к которым

оно приведено в результате сталинизма: страх, притворство, апатия. Проблему интеллектуальной свободы о.СЕРГИЙ рассматривает как религиозную проблему и заявляет, что "свобода человека не принадлежит даже Богу", что "свобода - абсолютное, Божественное право человека и священная обязанность человека". Но "...сегодня, - пишет автор, - все мы, русские люди, вольно или невольно участвуем в грандиозном историческом эксперименте на тему: ЧТО БУДЕТ С ВЕЛИКИМ НАРОДОМ, ЕСЛИ ЛИШИТЬ ЕГО ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНОЙ СВОБОДЫ?".

    6. РОЙ МЕДВЕДЕВ.  "Возможно  ли  сегодня  реабилитировать

Сталина? Открытое письмо в редакцию журнала "Коммунист". Ещё одно письмо по поводу апологетических статей о СТАЛИНЕ, появившихся в журнале "Коммунист".

    Пользуясь случаем,  "Хроника" сообщает,  что анализ книги

СВЕТЛАНЫ АЛЛИЛУЕВОЙ в шестом выпуске ошибочно назван анонимным. В Самиздате в качестве автора этой работы также назван РОЙ МЕДВЕДЕВ.

    7. Вокруг романа ОЛЕСЯ ГОНЧАРА "Собор".
    Роман ОЛЕСЯ   ГОНЧАРА   воплощает    идею    исторической

преемственности духовной культуры украинского народа. Он раскритикован официальной печатью, в газетах опубликованы "письма рабочих", возмущенных "искажением жизни рабочего класса". Положительную оценку роман нашел в Самиздате: в письме группы днепропетровцев, в письме скульптора ИВАНА ГОНЧАРА, серьёзный анализ романа содержится в работе критика ЕВГЕНА СВЕРСТЮКА "Собор в лесах".

    8. МИЛАН КУНДЕРА. "Чешская судьба".
    В статье,  опубликованной  в  еженедельнике  "Листы"   19

декабря 1968 г., один из значительнейших представителей младшего поколения чешских писателей, говоря о смысле послеянварской чехословацкой политики, отказывается считать августовские дни национальной катастрофой. "Произошло то, чего никто не мог ожидать: новая политика выдержала этот страшный конфликт.

    Хотя она и отступила, но не распалась, не рухнула. Она не

вернулась к полицейскому режиму, не согласилась на доктринерское удушение духовной жизни, не предала сама себя, не отреклась от своих принципов, не выдала своих людей и не только не утратила поддержку общественности, но именно в момент смертельной опасности сплотила весь народ, оказавшийся внутренне сильнее, чем перед августом". Поставив вопрос :" ...что, если новая политика будет так долго отступать, пока она постепенно превратится в старую политику?", КУНДЕРА уповает на чешский критицизм - не тот, что "автоматически отвергает полную надежду и легко соглашается с безнадежностью" и создает "идеальный климат, в котором зреет поражение", а "подлинный критицизм, который является врагом психоза и знает, что пессимизм так же односторонен, как и оптимизм, этот критицизм способен демаскировать иллюзии и мнимую уверенность, но сам при этом полон уверенности". Этот критицизм "породил чехословацкую весну, а осенью отбил нападение лжи и иррациональности".

    9. В.Ф.ТУРЧИН.  Письмо главному  редактору  "Литературной

газеты" А.ЧАКОВСКОМУ.

    Отклик на редакционную  статью  "Литературной  газеты"  о

СОЛЖЕНИЦЫНЕ. ВАЛЕНТИН ТУРЧИН обвиняет газету в том, что статья под видом критики предлагает клевету и фальсификацию, в то время как "критикуемые" романы СОЛЖЕНИЦЫНА не напечатаны и неизвестны широкой публике, а сам он лишен возможности выступить в печати и опровергнуть клевету. ТУРЧИН, который до тех пор иногда печатался в "Литературной газете", отказывается от всякого сотрудничества с ней, отказывается подписываться на неё и покупать её. Письмо, написанное 28 июня 1968г., только недавно попало в Самиздат.


    ВНЕСУДЕБНЫЕ ПОЛИТИЧЕСКИЕ РЕПРЕССИИ 1968-1969 гг
    С.Ю.ШЕЙНИН, Днепропетровск,  газета   "Зоря",   один   из

старейших журналистов, исключен из партии и уволен с работы за положительную рецензию на роман ОЛЕСЯ ГОНЧАРА "Собор".

                           *****
    М.Т.СКОРИК, Днепропетровск,   газета   "Зоря",    высмеял

сфабрикованную отрицательную статью Г.ДЕГТЯРЕНКО и др. "Я бачу життя не таким" о романе "Собор", исключен из партии.

                           *****
    В.ЗАРЕМБА, Днепропетровск, газета "Зоря", выступил против

доносительской статьи о романе "Собор" заведующего отделом информации газеты "Зоря" лейтенанта КГБ А.КОРНИЕНКО, исключен из комсомола и уволен с работы.

                           *****
    И.П.ОПАНАСЕНКО, Днепропетровск,  газета "Зоря",  уволен с

работы.

                           *****
    РИММА СТЕПАНЕНКО,  режиссер Днепропетровского украинского

театра им. Шевченко, исключена из партии и уволена с работы за постановку пьесы М.СТЕЛЬМАХА "Кум королю".

                           *****
    Г.ПРОКОПЕНКО, Днепропетровск,  учитель  вечерней   школы,

настаивал на опубликовании статьи-ответа очернителям романа "Собор" Г.ДЕГТЯРЕНКО и И.МОРОЗУ, партийный строгий выговор.

                           *****
    С.ЛЕВЕНЕЦ, ответственный   секретарь    Днепропетровского

отделения Украинского театрального общества, уволен с работы.

                           *****
    В.ЧЕРЕМИС, писатель,      работник      днепропетровского

издательства "Проминь", уволен с работы.

                           *****
    И.СОКУЛЬСКИЙ, поэт,  Днепропетровск,  уволен с  работы  в

приднепровской многотиражке "Энергетик".

                           *****
    Н.ДУБИНИН, Днепропетровск,      редактор     многотиражки

"Энергетик", подвергся многократным разборам по партийной линии за опубликование положительного отзыва рабочих Д.СЕМЕНЕНКО и В.УНИЯТА на роман "Собор".

                           *****
    Б.КАРАПИШ, писатель,      работник      днепропетровского

издательства "Проминь", партийный строгий выговор.

                           *****
    ВИКТОР СОКИРКО,   инженер  Московского  трубного  завода,

подписал письмо 95-ти по поводу процесса над участниками демонстрации 25 августа, по рекомендации заводского собрания исключен из заочной аспирантуры МВТУ им. Баумана*. Запись собрания есть в Самиздате.

__________________

    * - Московское высшее техническое училище
                           *****
    ГУСЕВ, ст.  научный сотрудник Зоологического института АН

СССР, Ленинград, написал несколько писем в ЦК КПСС: по поводу статьи "КГБ 50 лет на страже социалистической законности" в газете "Правда", по поводу Чехословакии, по поводу признаков реабилитации СТАЛИНА; в январе 1969 года исключен из партии.

                           *****
    ВАЛЕНТИНА ЮРКИНА,  г.Горький,  перепечатывала   самиздат,

весной 1968 года исключена из комсомола, в феврале 1969 г. уволена с работы "за недостойное поведение".

                           *****
    ИРИНА РАПП,  сотрудник  отделения  квантовых  генераторов

Харьковского университета, подписала письмо 170-ти по поводу процесса ГАЛАНСКОВА, ГИНЗБУРГА и др., вызывалась на допросы по поводу самиздата.

                           *****
    АНДРЕЙ САХАРОВ,  академик, "отец водородной бомбы", автор

известного трактата, Министерство среднего машиностроения, где САХАРОВ был консультантом, отказалось от его услуг, теперь САХАРОВ остался только у себя в институте, где не требуется "допуск".

                           *****
    АРОНОВ, Институт     элементоорганических     соединений,

воздержался на митинге по поводу Чехословакии, институт не ходатайствовал о продлении ему московской прописки, по окончании срока прописки уволен с работы.

                           *****
    АЛЕКСАНДР И ЕКАТЕРИНА  ЛИПЕЛИС,  преподаватели  Пермского

пединститута, уволены с работы за хранение самиздата, увольнение сопровождалось публичным разбирательством, где высказывались оскорбительные и дикие обвинения, обоим запрещено в дальнейшем заниматься педагогической работой.

                           *****
    ВЛАДИМИР КОМАШКОВ, рабочий Киевской ГЭС, студент-вечерник

филологического факультета Киевского университета, исключен из университета накануне защиты диплома после сдачи госэкзаменов.


    КРАТКИЕ СООБЩЕНИЯ
    13 апреля  с.г.  в  г.Риге  студент  ИЛЬЯ  РИПС  совершил

попытку самосожжения. У обелиска Свободы, установленного во времена независимой Латвии, он развернул плакат "Свободу Чехословакии". Вокруг него собралась толпа, настроенная недружелюбно. Юноша сбросил плащ, под которым был ватник, пропитанный бензином, и поджегся. К нему бросились несколько моряков, погасили огонь и избили его. Машина скорой помощи увезла ИЛЬЮ РИПСА в закрытую больницу, находящуюся в ведении КГБ. Ожоги оказались легкими: обожжены пальцы и грудь. В настоящее время ИЛЬЮ РИПСА перевезли в Москву, но куда именно неизвестно.

    ИЛЬЕ РИПСУ 21 год,  в этом году  он  заканчивает  мехмат*

Латвийского университета, был распределен в один из рижских научно-исследовательских институтов, он блестящий математик, считался "звездой мехмата".

________________

    * - Механико-математический факультет


    В один  из  первых  дней  после  вторжения в Чехословакию

выпускник физфака* МГУ ВЛАДИМИР КАРАСЕВ повесил в вестибюле главного здания МГУ плакат и стал собирать подписи против ввода войск. Когда довольно скоро пришли несколько работников охраны университета, у него было собрано не более четырех подписей. Так как КАРАСЕВ отказался добровольно уйти с охранниками, они повалили его и потащили за руки и за ноги. Один из почтальонов п/о В-234, оказавшийся здесь, несколько раз ударил КАРАСЕВА по лицу, выкрикивая политические ругательства: "Фашист, бандеровец!" и пр. В отделении милиции от КАРАСЕВА потребовали написать объяснение мотивов его поступка и затем отправили в психиатрическую больницу, где он и пробыл около трех месяцев. После выхода из больницы КАРАСЕВ устроился кочегаром на одну из подмосковных фабрик.

_____________

    * - Физический факультет.
                           *****
    По слухам,   арестовано   три   студента   экономического

факультета МГУ , дети высокопоставленных работников: один из них - сын редактора "Экономической газеты" РУМЯНЦЕВА. По тем же, пока не уточненным слухам, они составляли группу прокитайского толка.

                           *****
    В марте   1969   г.  в  Верховном  суде  УССР  состоялось

кассационное разбирательство по делу НАЗАРЕНКО и др. Адвокаты требовали переквалификации со ст.62 УК УССР на ст.187-1 УК УССР. Одним из их аргументов было то, что за распространение книги ЧЕРНОВОЛА осужденные признаны виновными по ст.62, тогда как самого ЧЕРНОВОЛА осудили по ст.187-1. Приговор был оставлен с силе.

                           *****
    15 апреля  1969  г.  в  Верховном  суде  РСФСР состоялось

кассационное разбирательство по делу ИРИНЫ БЕЛОГОРОДСКОЙ. Приговор оставлен в силе.

                           *****
    17 апреля  1969  г.  в  Верховном  суде  РСФСР состоялось

кассационное разбирательство по делу ленинградцев ЛЬВА КВАЧЕВСКОГО, ЮРИЯ ГЕНДЛЕРА и АНАТОЛИЯ СТУДЕНКОВА. Приговор оставлен в силе.

                           *****
    В издательстве "Просвещение" снят с работы зав. редакцией

литературы за то, что в книгу "Три века русской поэзии" включены стихи НИКОЛАЯ ГУМИЛЕВА и ОСИПА МАНДЕЛЬШТАМА.

                           *****
    Издательство "Молодая     гвардия"      исключило      из

подготовительного альманаха "Прометей" очерк о студентах 20-х годов ЕВГЕНИИ ГИНЗБУРГ, автора книги "Крутой маршрут".

                           *****
    Книга С.РЕЗНИКА "Николай  Вавилов",  тираж  которой,  как

сообщалось в шестом выпуске, пошел под нож, набирается вновь. Уже в предыдущем варианте издательство исключило все, что касалось ареста и гибели Н.И.ВАВИЛОВА, но в книге еще рассказывалось о дискуссии с лысенковцами. Можно полагать, что новые купюры коснутся именно этой темы.

                           *****
    В начале  1969 г.  критик ИВАН ДЗЮБА был вызван в КГБ при

СМ УССР, где ему предложили написать "ответ буржуазной пропаганде" по поводу выхода за границей его книги "Интернационализм или русификация". ДЗЮБА заявил, что считает свою работу марксистской, к публикации ее непричастен и что его возмущает сама идея писать "ответ", получив информацию из рук КГБ.

                           *****
    В украинской  эмигрантской  газете  "Христианский  голос"

опубликовано стихотворение поэта ИГОРЯ КАЛЫНЦА. В Львовском областном архиве, где он работает, ему устроили проработку, а секретарь Львовского обкома партии ЧУГАЕВ в нескольких выступлениях перед львовской интеллигенцией рассказывал о "подрывных действиях" КАЛЫНЦА. Надо отметить, что стихотворение не носило политического характера и, к тому же, КАЛЫНЕЦ ничего не знал о его публикации.

                           *****
    В Харькове  продолжают  вызывать  людей  на   допросы   в

качестве свидетелей без указания дела, только с указанием статьи 187-1 УК УССР, аналогичной ст.190-1 УК РСФСР. Допросы ведутся по поводу самиздата. У ГЕНРИХА АЛТУНЯНА был произведен вторичный обыск, изъят машинописный экземпляр "Ракового корпуса". В конце марта на парткомиссии ГлавПУРа* в присутствии генералитета, утверждено исключение АЛТУНЯНА из партии.

___________

    * - Главное политическое управление Генерального штаба.
                           *****
    22 декабря 1968 г. в Москве работники КГБ произвели обыск

у математика ЮЛИУСА ТЕЛЕСИНА. Он был насильственно задержан на улице и приведен домой для обыска. Обыск производился по делу БУРМИСТРОВИЧА. После того как протокол, состоящий всего из трех пунктов, был уже подписан, лица, производившие обыск, применив силу, забрали ряд книг, стихов, статей, писем и других бумаг и без описи унесли все это в портфеле, принадлежащем ТЕЛЕСИНУ. Кроме бумаг, была взята также пишущая машинка, недели через две ее возвратили. В качестве понятых, которыми по закону должны быть "незаинтересованные в деле граждане" (ст.135 УПК РСФСР) выступали лица, участвовавшие в задержании ТЕЛЕСИНА и активно помогавшие обыскивать его. Через десять дней на допросе в КГБ следователь капитан СОЛОВЬЕВ пытался заставить ТЕЛЕСИНА участвовать в составлении описи находившегося в портфеле имущества, от чего тот, естественно, отказался. Один из "понятых" предыдущего обыска и здесь выступал в том же качестве.

    4 января   1969   г.  ТЕЛЕСИН  послал  жалобу  начальнику

следственного отдела КГБ генерал-майору ВОЛКОВУ. Не получив ответа ни в установленный законом месячный срок, ни позже, ТЕЛЕСИН написал заявление в Прокуратуру СССР, в котором изложил все факты, а также указал на то, что работники КГБ майор ГУЛЯЕВ, капитаны СОЛОВЬЕВ и ПУСТЯКОВ, лейтенанты СЕРГЕЕВ и ФОКИН и понятые КОВАЛЬ и ХАЙЛОВ совершили открытое похищение его личного имущества, что трактуется в ст.145 УК РСФСР как грабеж.

    В начале марта месяца с.г.  ТЕЛЕСИНУ позвонили из  КГБ  и

предложили "приехать за ответом", видимо, не желая давать ответ в письменной, документированной форме.

                           *****
    В середине марта 1969 г. у шофера нефтебазы поселка Хасын

Магаданской обл. ЭРНСТА МАХНОВЕЦКОГО произведен обыск и изъяты личные записи, блокноты-дневники, личная переписка, черновик рукописи его друга В.Н.ГУСАРОВА "Отчаянный сын тамбовского губернатора" (очерк о Л.ТРОЦКОМ) и отрывки из сатирической повести "О Дяде и его приближенных". МАХНОВЕЦКОМУ обещали вернуть после пересмотра все, что будет найдено не предосудительным, и предложили написать объяснение, что он и сделал. Были приняты меры, чтобы скрыть факт обыска, но жители маленького поселка узнали об обыске еще до его окончания.

                           *****
    В ноябре  1968  г.  в  г.  Ирпени УССР произведен обыск у

переводчика ГРИГОРИЯ КОЧУРЫ, подписавшего в начале 1968 г. украинское письмо с протестом против незаконных судебных процессов в Москве и на Украине. Кроме трактата А.Д.САХАРОВА и нескольких самиздатовских украинских работ, при обыске была изъята листовка, которую КОЧУР до тех пор никогда не видел. Лица, производившие обыск, нашли эту листовку подозрительно быстро: вынув из книги на полке. Обыскиваемый уверен, что листовка была ему подброшена.

                           *****
    Во Львове  в  начале 1969 г.  произведен обыск у ЯРОСЛАВА

КЕНДЗИРА "для изъятия клеветнических материалов Черновола". В результате обыска было изъято только старое издание повести украинского классика П.КУЛИША "Чорна рада". В это же самое время книга переиздана республиканским издательством "Днипро".

                           *****
    28 марта 1969 г.  в Киеве были произведены три обыска:  у

критика ИВАНА СВЕТЛИЧНОГО, у его сестры НАДЕЖДЫ СВЕТЛИЧНОЙ на работе и у НАТАЛЬИ КАРАЗИЯ. К СВЕТЛИЧНОМУ пришли без ордера на обыск и предложили отдать фотокопию книги АВТОРХАНОВА "Технология власти". СВЕТЛИЧНЫЙ сказал, что ее нет у него, и действительно полагая, что ее в доме нет. Но у работников КГБ сведения были более точны. Они по телефону затребовали ордер на обыск, дождались ордера, произвели обыск и легко нашли часть фотокопии. Вторую часть фотокопии они нашли в библиотеке, где работает НАДЕЖДА СВЕТЛИЧНАЯ. У НАТАЛЬИ КАРАЗИЯ была изъята машинопись романа СОЛЖЕНИЦЫНА "В круге первом" и пишущая машинка, на которой она начала роман перепечатывать.

                           *****
    14 апреля  1969  г.,   в   годовщину   смерти   ВЛАДИМИРА

МАЯКОВСКОГО, молодежь собралась на площади Маяковского у памятника поэту. В группах вокруг памятника читали стихи МАЯКОВСКОГО. Время от времени в эти группы протискивались милиционеры и лица в штатском, крича: "Разойдись! Чего собрались? Не положено! Читайте стихи дома!".

    Через некоторое время они  начали  просто  молча  хватать

ребят, читавших стихи, и выволакивать их из толпы. В ответ на недоуменные вопросы они грубо отвечали: "Маяковского читайте дома! Собираться группами запрещено!" - "Кем запрещено?" - "Мы знаем, кем запрещено!". В одной из групп юноша читал отрывок из поэмы "Владимир Ильич Ленин". На словах "Ленин и теперь живее всех живых, наше знанье, сила и оружие" на него набросился милиционер, сбил очки и стал выворачивать руки. Возмущенная молодежь прервала эту расправу и запела "Интернационал". Милиционер продолжал повторять: "Не положено! Разойдитесь!".

    Когда толпа   у  памятника  уже  поредела,  к  оставшимся

подошли люди в штатском и попросили их пройти в милицию. Эти люди были без повязок, и их спросили, кто они. Один предъявил удостоверение: командир комсомольского оперативного отряда Фрунзенского района ВОРОБЬЕВ ЮРИЙ ВЛАДИМИРОВИЧ. В милиции на задержанных были составлены протоколы на основании постановления Моссовета от 25 июня 1966 г. "О собраниях". В протоколах сказано, что они нарушали общественный порядок. Протоколы составлены вышеназванным ВОРОБЬЕВЫМ и членом оперотряда БУРАКОВЫМ.


    О ДОСТОВЕРНОСТИ И  О  ТОЧНОСТИ  ИНФОРМАЦИИ  В  ВЫПУСКАХ
    "ХРОНИКИ"
    "Хроника" стремится    к    максимальной    достоверности

сообщаемой информации. В тех случаях, когда нет абсолютной уверенности в том, что то или иное событие произошло, "Хроника" указывает, что сообщение дается по слухам. Но при этом "Хроника" просит своих читателей быть внимательными и точными, передавая информацию для ее выпуска.

    Ряд неточностей   возникает   в   процессе    размножения

экземпляров "Хроники". Это ошибки в именах и фамилиях, в датах и номерах - число их увеличивается от перепечатки к перепечатке, их не исправишь по смыслу, как любую другую опечатку.