Хроника текущих событий/06

Материал из Wikilivres.ru
Перейти к навигацииПерейти к поиску

Хроника текущих событий — выпуск 6
{{#invoke:Header|editionsList|}}


ГОД ПРАВ ЧЕЛОВЕКА В СОВЕТСКОМ СОЮЗЕ ПРОДОЛЖАЕТСЯ

                  ХРОНИКА ТЕКУЩИХ СОБЫТИЙ
                            Каждый человек  имеет  право   на
                            свободу  убеждений и на свободное
                            выражение их;  это право включает
                            свободу          беспрепятственно
                            придерживаться своих убеждений  и
                            свободу    искать,   получать   и
                            распространять информацию и  идеи
                            любыми средствами и независимо от
                            государственных границ.
                            ВСЕОБЩАЯ ДЕКЛАРАЦИЯ ПРАВ ЧЕЛОВЕКА,
                            статья 19


                В Ы П У С К   Ш Е С Т О Й
    28 февраля 1969 г.

СОДЕРЖАНИЕ: Суд над ИРИНОЙ БЕЛОГОРОДСКОЙ. - Дело БОРИСА

               КОЧУБИЕВСКОГО. -  Дело  ИВАНА   ЯХИМОВИЧА.   -
               Ультиматум    политзаключенных.-   Внесудебные
               политические    репрессии    1968-1969гг.    -
               Разъяснение     национальной    политики.    -
               Лысенковцы   поднимают   голову.   -   Новости
               Самиздата.  - Краткие сообщения.  - Поправка к
               четвертому выпуску.
                     ГОД ИЗДАНИЯ ВТОРОЙ

.



    СУД НАД ИРИНОЙ БЕЛОГОРОДСКОЙ
    19 февраля   в   Москве   состоялся   суд   над    ИРИНОЙ

БЕЛОГОРОДСКОЙ. Как сообщалось в третьем выпуске "ХРОНИКИ", БЕЛОГОРОДСКАЯ, инженер НИИ Госкомитета по делам изобретений, арестована в ночь с 7 на 8 августа 1968 г. в связи с распространением письма в защиту АНАТОЛИЯ МАРЧЕНКО. Арест БЕЛОГОРОДСКОЙ и предшествующие ему обыски у нее и у троих из авторов письма - ЛАРИСЫ БОГОРАЗ, ЛЮДМИЛЫ АЛЕКСЕЕВОЙ и ВИКТОРА КРАСИНА - были вызваны тем, что в ночь с 6 на 7 августа ИРИНА БЕЛОГОРОДСКАЯ забыла в такси сумку со своими документами и с несколькими десятками экземпляров письма в защиту МАРЧЕНКО. Сумка была доставлена в КГБ, который и провел обыски, арестовал БЕЛОГОРОДСКУЮ и провел первоначальное расследование, после чего дело было передано в прокуратуру г. Москвы. Следствие по делу БЕЛОГОРОДСКОЙ вела следователь Л.С.АКИМОВА. В конце августа и в сентябре Л.С.АКИМОВА руководила бригадой, проводившей следствие по делу о демонстрации на Красной площади 25 августа 1968 г., - это лишь одна из причин неоправданно затянувшегося следствия.

    Прокуратура получила заявление авторов  письма  в  защиту

МАРЧЕНКО о том, что они несут полную ответственность за письмо, написанное ими для ознакомления общественности с судьбой МАРЧЕНКО. Почти всех авторов письма - кроме П.Г.ГРИГОРЕНКО и ПАВЛА ЛИТВИНОВА - допрашивали как свидетелей в связи с их письмом, а также в связи с заявлением по поводу ареста БЕЛОГОРОДСКОЙ. Было бы естественно предположить, что если обвинение считает рассматриваемые документы содержащими состав преступления по статье 190-1 УК РСФСР, т.е. содержащими заведомо ложные измышления, порочащие советский государственный и общественный строй, то должны быть привлечены к ответственности и авторы письма, тем более, что никто из них не отрицал своего участия в распространении этого письма.

    Тем не менее ИРИНА БЕЛОГОРОДСКАЯ  была  предана  суду  за

попытку распространения этих писем, а ни один из авторов письма не был даже вызван свидетелем в суд и не имел возможности опровергнуть обвинения, предъявленные данным документам, - обвинение в их заведомой ложности и обвинение в том, что их "заведомо ложное содержание" порочит советский государственный и общественный строй.

    Это серьезное  нарушение  статьи  20  УПК РСФСР,  которая

гласит: "Суд, прокурор, следователь и лицо, производящее дознание, обязаны принять все предусмотренные законом меры для всестороннего, полного и объективного исследования обстоятельств дела, выявить как уличающие, так и оправдывающие обвиняемого, а также отягчающие и смягчающие его вину обстоятельства". Следователь, подписывая обвинительное заключение, предложил для вызова в суд трех свидетелей: ИВАНА РУДАКОВА, который ехал с БЕЛОГОРОДСКОЙ в такси, шофера такси КУДРЯВЦЕВА и диспетчера таксомоторного парка СУРКОВУ, ограничив, таким образом, разбор дела фактом обнаружения экземпляров письма в сумке и оставив в стороне сам документ, намерения его авторов, их убежденность в правдивости всего ими написанного. Прокурор, получивший дело от следствия, направил его в суд, также не обратив внимания на столь грубое нарушение статьи 20 УПК и присоединившись к этому нарушению. Так же поступило и распорядительное совещание суда, которое имело возможность расширить список вызываемых свидетелей, но не сделало этого. Таким образом, в ходе судебного заседания не могло быть "всестороннего, полного и объективного исследования обстоятельств дела", и право подсудимой на защиту было искусственно ограничено.

    Можно предположить, что все эти действия преследовали две

цели. Первая указана в написанном незадолго до процесса письме П.Г.ГРИГОРЕНКО и АНАТОЛИЯ ЯКОБСОНА: это цель провокационная - арестовать и осудить человека, который по мере сил помогает тем, кто активно выступает за права человека и гражданские свободы в нашей стране, и тем, следовательно, отпугнуть многих людей от элементарной деятельности на пользу демократического движения. Вторая цель - осложнить защиту ИРИНЫ БЕЛОГОРОДСКОЙ, заставить ее обсуждать криминальность или некриминальность документа, запутать ее. Ее ясная позиция заключалась в том, что она хотела распространять эти документы, чтобы помочь АНАТОЛИЮ МАРЧЕНКО, что она полностью доверяет авторам письма и уверена в правдивости документов. Обсуждение содержания документов, выяснение их "заведомой ложности", которое могло быть произведено с достоверностью лишь в ходе допросов авторов письма, - это все было перенесено на допрос подсудимой. Притом в результате допроса все равно не было получено никаких доказательств как заведомой ложности документа, так и того, что БЕЛОГОРОДСКАЯ считала его ложным. Тем не менее, в приговоре записано, что, собираясь распространять эти документы, она знала об их ложности.

    Судом под   председательством   судьи   МОНАХОВА    ИРИНА

БЕЛОГОРОДСКАЯ признана виновной в "попытке распространения заведомо ложных измышлений, порочащих советский государственный и общественный строй, не удавшейся по не зависящим от нее обстоятельствам", т.е. по статье 190-1 и 15 УК РСФСР - "с учетом положительной характеристики с места работы" - приговорена к одному году лишения свободы в лагере общего режима.

    Обстановка в здании  суда  была  уже  известной  по  всем

предыдущим "открытым" процессам, но, пожалуй, чуть более мягкой. Несмотря на то, что зал суда, как обычно, был заполнен до того, как здание суда открыли, кое-кому из друзей подсудимой удалось проникнуть в зал. Десятки собравшихся видели и приветствовали ИРИНУ БЕЛОГОРОДСКУЮ. Когда после приговора ее вели к "воронку", из толпы, стоявшей за цепью милиционеров и лиц в штатском, к ней полетели букеты цветов. Конвоир вырвал у нее из рук и отбросил единственный пойманный букет, а охранитель в штатском стал с ненавистью топтать его ногами.

    В Самиздате уже существует краткая запись суда над ИРИНОЙ

БЕЛОГОРОДСКОЙ, сделанная П.Г.ГРИГОРЕНКО. Составитель записи сопровождает ее своими комментариями. Один из важнейших выводов этого комментария следующий: "В нашем обществе запрещено вступаться за тех людей, на которых обрушивается - справедливо или нет - государственная машина. За простую подпись под обращением в защиту невинно осужденного или против национальной дискриминации, например крымских татар, людей подвергают беззаконным репрессиям. Это тоже отрыжка сталинских времен, но только тогда за такое "преступление", выраженное даже словесно, сажали в тюрьму, а у нас до сих пор ограничивались увольнением с работы, исключением из партии и комсомола, изгнанием из высшего учебного заведения. И.БЕЛОГОРОДСКАЯ - первая, кого отдали за это под суд. ...И мы, ее друзья, после этого процесса должны многое переосмыслить. Мне представляется, что борьба против неправосудных приговоров в нынешних условиях должна стать более настойчивой... Чтобы остановить судебный произвол, надо бороться против таких приговоров до самой их отмены".

                           *****
    ИРИНУ БЕЛОГОРОДСКУЮ  судил  Московский  городской  суд  в

помещении Бауманского районного суда. В тот же день в помещении Тимирязевского районного суда должен был состояться судебный процесс над математиком ИЛЬЕЙ БУРМИСТРОВИЧЕМ, арестованным в мае 1968 г. и обвиняемым также по ст.190-1 с той лишь разницей, что следствие велось в КГБ. Нельзя сомневаться, что назначая на один день два аналогичных процесса, их устроители надеялись отвлечь внимание общественности хотя бы от одного из них. В здание суда на Писцовой улице, то самое, где в августе судили АНАТОЛИЯ МАРЧЕНКО, был свободный вход, также свободно прошла публика и в зал суда, на свободные места прошли и иностранные корреспонденты. После этого было сообщено, что судья заболел и процесс откладывается. ИЛЬЮ БУРМИСТРОВИЧА увезли обратно в Лефортово. Новая дата суда пока не объявлена.

                           *****
    В деле  БЕЛОГОРОДСКОЙ  и  в  деле  БУРМИСТРОВИЧА  грубо

нарушено право обвиняемых на защиту: в период окончания предварительного следствия КГБ и прокуратура заявили, что защищать обвиняемых может только адвокат, имеющий "допуск".

    "Допуск" вообще   может    требоваться    только    для

ознакомления с делами, содержащими государственную и военную тайну, поэтому незаконно даже то, что по всем делам по 64, 70 и другим статьям раздела "Особо опасные государственные преступления " выступают только адвокаты с "допуском". Тем более не может быть никаких оснований требовать "допуск"к делам по ст.190-1.

    "Допуск" и   "лишение  допуска"  становятся  средствами

давления на совесть адвокатов.


    ДЕЛО БОРИСА КОЧУБИЕВСКОГО*

___________

    * Поправки и дополнения к разделу  см.  в  "Хронике"  N8.


    В начале  декабря  в   Киеве   арестован   тридцатилетний

радиоинженер БОРИС КОЧУБИЕВСКИЙ.

    В 1967 он выступил на лекции о  международном  положении,

которую читали на радиозаводе, где он работал, спорил с лектором и выражал свое несогласие с оценкой действий Израиля в шестидневной войне как агрессии. После этого его обсудили на завкоме профсоюза и предложили уйти "по собственному желанию". Он отказался и только после того, как его почти год всякими методами "уходили", ушел в мае 1968 г. В июне 1968 г. он женился на студентке IV курса пединститута, а в августе подал заявление с просьбой выпустить его в Израиль. В сентябре такое же заявление подала его жена, русская по национальности. Ему отказали ввиду "отсутствия дипломатических отношений", ей - из-за того, что у нее в Киеве "престарелые родители". После этого ЛАРИСУ КОЧУБИЕВСКУЮ исключили из комсомола за "сионизм". Из института ее исключили не сразу, долго уговаривали развестись, пуская в ход самые черносотенные аргументы: так, зам. декана факультета ГРОЗА на единственный и искренний аргумент молодой женщины "я его люблю" отвечала почти дословно следующее: "У меня подруга замужем за евреем и говорит, что евреи пахнут. Вы его любите, вам ничего, а туда приедете - там вся страна пахнет". Родители Ларисы: отец - работник КГБ, мать - заслуженная учительница - отреклись от нее.

    29 сентября в Киеве состоялся официальный митинг в Бабьем

Яре.

    В "Хронике" уже сообщалось,  что киевские власти заменили

официальным фестивалем традиционный митинг у памятника Шевченко. Точно так же они заменили официальным традиционный ежегодный митинг в Бабьем Яре. Официальные ораторы в основном занимались тем, что осуждали агрессию Израиля, а также говорили достаточно общие фразы о фашистах, которые убивали советских людей, - без указания, что большинство убитых были евреи. К БОРИСУ КОЧУБИЕВСКОМУ подошел знакомый и рассказал о разговоре, который он только что услышал:

    Мужчина: Что здесь происходит?
    Женщина: Здесь немцы убили сто тысяч евреев.
    Мужчина: Мало.
    БОРИС вспылил, заявив, что они будут так говорить, если с

официальных трибун именно в этот день и в этом месте осуждают "израильскую агрессию" и ни слова не говорят о том, говорят о том, что убивали здесь евреев. К нему тотчас подошел человек, желающий поспорить, и сказал, что здесь убиты не только евреи. Борис возразил, что евреи убиты только за то, что они - евреи. Он стал говорить о том, что его не выпускают в Израиль и рассказал историю своей семьи.

    Один из его родственников служил в Еврейском министерстве

при Центральной Раде и был расстрелян как петлюровец. Другой был комиссаром в конце 30-х годов и расстрелян "как троцкист". Третий, адмирал, расстрелян тогда же в результате одного из процессов над военными. Бабушка и дедушка БОРИСА уничтожены в Звенигородке националистической бандой после отступления советских войск, еще до прихода немцев. Его отец и мать убиты немцами - может быть, здесь же, в Бабьем Яре. "В этой стране, - сказал БОРИС, - меня никто не считает своим. Я хочу уехать туда, где меня будут считать своим."

    В ноябре  БОРИСУ и ЛАРИСЕ КОЧУБИЕВСКИМ дали разрешение на

выезд в Израиль. 28 ноября они должны были прийти с документами в ОВИР. Утром этого дня сделали обыск и взяли с них подписку о невыезде. В протоколе указано, что обыск произведен "на предмет изъятия документов, писем и т.д." - без указания содержания документов. При обыске были изъяты только копии писем КОЧУБИЕВСКОГО в официальные инстанции. Примерно 7 декабря БОРИС КОЧУБИЕВСКИЙ был арестован по обвинению в распространении в устной форме заведомо ложных измышлений, порочащих советский государственный и общественный строй - ст.187-1 УК УССР. Ему инкриминируются: выступления на лекции о международном положении; выступление на завкоме радиозавода; его высказывания в Бабьем Яре; "речи" (?), которые он произносил в ОВИРе.

    20 января следствие было закончено и дело передано в суд.

Суд вернул дело на доследование ввиду недоказанности умысла на распространение.

    Одним из основных свидетелей по делу является  тот  самый

неизвестный человек, который подошел к КОЧУБИЕВСКОМУ в Бабьем Яре, провоцируя его на спор. Кроме того, показания против КОЧУБИЕВСКОГО дал ряд свидетелей-евреев, в том числе числе две жертвы Бабьего Яра, действующие лица книги АНАТОЛИЯ КУЗНЕЦОВА "Бабий Яр". Один из них, ДАВЫДОВ, написал на КОЧУБИЕВСКОГО донос в КГБ. Многие же из тех, кто присутствовал при "выступлениях" КОЧУБИЕВСКОГО и мог бы выступить свидетелем защиты, сами хлопочут о выезде в Израиль и не хотят помешать себе.


    ДЕЛО ИВАНА ЯХИМОВИЧА
    В декабре 1968 г. Прокуратура Латвийской ССР дала санкцию

на проведение следствия по материалам, изъятым у ИВАНА ЯХИМОВИЧА, в прошлом председателя колхоза,а ныне кочегара в санатории "Белоруссия" в г. Юрмала. ЯХИМОВИЧ обвиняется по ст.83 ч.1 УК Латв.ССР, соответствующей ст.190-1 УК РСФСР, - конкретное содержание обвинения неясно. Ведет следствие следователь прокуратуры Ленинского района г.Риги КАКИТИС, хотя ЯХИМОВИЧ живет и прописан не в Риге, а в Юрмале. Первый (и пока единственный) допрос ЯХИМОВИЧА состоялся 5 февраля 1969г. Следователь интересовался, в основном, путями распространения различных документов: откуда у ЯХИМОВИЧА статья П.Г.ГРИГОРЕНКО о книге НЕКРИЧА, кому давал ЯХИМОВИЧ свое письмо, направленное в ЦК КПСС на имя СУСЛОВА, почему ЯХИМОВИЧ распространял обращение ЛАРИСЫ БОГОРАЗ и ПАВЛА ЛИТВИНОВА "К мировой общественности" и т.п. Следователь задал ЯХИМОВИЧУ, в частности, вопрос по поводу изъятого при обыске неотправленного письма ПАВЛУ ЛИТВИНОВУ, написанного после демонстрации 25 августа 1968г.: "В вашем письме написано: "Горжусь, восхищаюсь и если бы был в Москве - был бы с вами на Красной площади". Вы и сейчас так думаете?" - "Да", - отвечал ЯХИМОВИЧ.

    Как известно,  у  ЯХИМОВИЧА  при  обыске  была изъята его

незавершенная работа по поводу послеянварских событий в Чехословакии. Следователь в конце допроса предупредил, что в следующий раз ЯХИМОВИЧ должен теоретически обосновать свои взгляды на события в Чехословакии. Не говоря уже о том, что ЯХИМОВИЧ как обвиняемый вообще ничего не должен, а давать объяснения - это его право, - не говоря уже об этом, рижский следователь, видимо, забыл, что ни взгляды, ни их теоретическое обоснование не являются предметом уголовного преследования.


    УЛЬТИМАТУМ ПОЛИТЗАКЛЮЧЕННЫХ
    В конце февраля 1969г. на 17 лагпункте мордовских лагерей

группа политзаключенных, в том числе ЮЛИЙ ДАНИЭЛЬ, ЮРИЙ ГАЛАНСКОВ, АЛЕКСАНДР ГИНЗБУРГ, ВАЛЕРИЙ РОНКИН, ВЯЧЕСЛАВ ПЛАТОНОВ и др., предъявила лагерной администрации ультиматум: либо администрация будет соблюдать гарантии, данные при прекращении голодовки в феврале 1968г., либо заключенные вновь объявят голодовку. Голодовка направлена против произвола администрации 17 лагпункта и будет проводиться только на его территории.

    Непосредственным поводом к ультиматуму послужило  лишение

ВАЛЕРИЯ РОНКИНА личного свидания, которое должно было быть в мае, за то, что он в разговоре с майором ГОЛУБЯТНИКОВЫМ назвал себя политзаключенным. В феврале 1968г. было обещано, что такая мера наказания как лишение свидания будет применяться только с санкции прокурора. Не соблюдаются и другие гарантии.

    Строгий режим на 17 лагпункте жестче,  чем на других.  17

лагпункт стал местом изоляции тех, кто, по мнению администрации, может оказать влияние на других заключенных. Именно так оказались на 17 ВЯЧЕСЛАВ ПЛАТОНОВ и ЛЕОНИД БОРОДИН, сначала вместе с остальными ленинградскими "социал-христианами" помещенные на 11 лагпункт. На 11-м ВЯЧЕСЛАВ ПЛАТОНОВ попал в БУР, барак усиленного режима, т.е. долгосрочный карцер, и сразу же в Москву было направлено несколько десятков заявлений протеста от других заключенных. ПЛАТОНОВ был освобожден из БУРа, но не возвращен в зону, а сначала переведен вместе с ЛЕОНИДОМ БОРОДИНЫМ в следственную тюрьму в Саранск, откуда их обоих в начале февраля перевели на 17-й.


    ВНЕСУДЕБНЫЕ ПОЛИТИЧЕСКИЕ РЕПРЕССИИ 1968 - 1969 гг.
    События в Горьком.
    В дополнение  к  данным,  приведенным  в  выпуске  пятом,

"Хроника" может сообщить следующее. В апреле 1968г. в Политехническом, Педагогическом, Медицинском институтах, в Горьковском университете появились листовки, призывающие "следовать чешскому примеру". В связи с этим в апреле-мае горьковское УКГБ вызывало студентов и преподавателей нескольких вузов - их непричастность к листовкам была выяснена. Тем не менее, ряд вызывавшихся был подвергнут различным репрессиям.

    Как сообщалось   в   выпуске   пятом,  уволены  с  работы

преподаватели университета В.ПАВЛЕНКОВ* и С.ПАВЛЕНКОВА, зав. кафедрой физфака университета ТАВГЕР и профессор истфила** В.В.ПУГАЧЕВ, ошибочно названный в пятом выпуске профессором физфака.


    * См. уточнение в "Хронике" N10.
    ** Историко-филологический факультет
    Исключены из   комсомола  за  чтение  Самиздата  студенты

истфила БУЙДИН и БОРИСОГЛЕБСКИЙ, член факультетского бюро ВЛКСМ; студенты физфака ТАРТАКОВСКИЙ и ФИШМАН, член университетского комитета ВЛКСМ; трое студентов Медицинского института.

    Исключены из    комсомола    и    из   университета:   за

распространение Самиздата и отказ от дачи показаний Е.КУПЧИНОВ и И.ГОЛЬДФАРБ; за распространение Самиздата, отказ от дачи показаний и за участие в написании и распространении реферата "Государство и социализм" В.ПОМАЗОВ. Двое студентов исключены из Мединститута за распространение Самиздата. Несколько студентов не допущены на военные кафедры.

    В ноябре  1968г.  за распространение "2000 слов" исключен

студент истфила университета ТЕРНОВСКИЙ и трое студентов Политехнического института.

    В выпуске  пятом  сообщалось о том,  что на комсомольском

собрании в университете в знак протеста против исключения студентов из комсомола одна студентка, фамилия которой была приведена неправильно, заявила о своем выходе из комсомола. По уточненным данным, с этим заявлением выступила студентка КЛАРА ГЕЛЬДМАН. Непосредственно за этим она не подвергалась никаким репрессиям, но в январе 1969г., сдав последние экзамены и уехав в Киев писать диплом, она получила извещение об отчислении из университета.

                           *****
    Ленинград.
    Д.КВАЧЕВСКАЯ, студентка V курса Медицинского института, в

1965г. была исключена из института в связи с делом "Колокола", затем восстановлена, теперь исключена вторично в связи с судебным преследованием ее брата, с формулировкой "за поступки, не совместимые со званием советского студента". ЮРИЙ ЛЮБАНСКИЙ, математик, Институт телеграфа, свидетель по делу ГЕНДЛЕРА, КВАЧЕВСКОГО, СТУДЕНКОВА, дал на суде показания в пользу подсудимых, отказавшись от части показаний, данных на следствии; уволен с работы.

                           *****
    Москва.
    ИВАН РУДАКОВ,  инженер, муж ИРИНЫ БЕЛОГОРОДСКОЙ, уволен в

сентябре 1968 года по "по собственному желанию".

    ВЛАДИМИР ЛАПИН,  поэт,  внештатный литконсультант журнала

"Пионер", руководил в журнале разделом детского творчества, присутствовал у суда над демонстрантами и свое возмущение по поводу шовинистской атмосферы вокруг суда изложил в письме, написанном совместно с Л.Ф.ВАСИЛЬЕВЫМ и З.М.ГРИГОРЕНКО, по истечении срока договора на внештатную работу новый договор заключен не был.

    За подписи под письмом в защиту демонстрантов 25  августа

исключены из партии историк ЛЕОНИД ПЕТРОВСКИЙ, доктор биологических наук НЕЙФАХ, член КПСС с 1920г. С.ПИСАРЕВ, литератор СОЛОМОН БЕРНШТЕЙН. Геологу ЮРИЮ ДИКОВУ, подписавшему это письмо, на неопределенный срок отложена защита диссертации. С ВЛАДИМИРОМ РАКИТЯНСКИМ, работавшим переводчиком на факультете психологии МГУ по договору, не заключен договор на новый срок.

    В заключение   информации   о   внесудебных    репрессиях

"Хроника" полностью приводит сообщение из Информационного бюллетеня секретариата правления СП СССР. Относительно некоторых упомянутых здесь писателей в "Хронике" говорилось, но речь шла о партийных или служебных репрессиях. Здесь же 35 писателей получили различные меры взыскания по Союзу писателей.

         Информационный бюллетень секретариата правления
           Союза писателей СССР. 1968, N6 (18), стр.15
         В секретариате правления Московской организации.
         В Информационном бюллетене N4 уже сообщалось, что 17
    апреля  секретариат  правления  Московской   писательской
    организации  обсудил  вопрос  о литераторах,  подписавших
    заявление в защиту Гинзбурга, Галанского и других.
         В постановлении     секретариата,    в    частности,
    говорилось,  что  безответственные   действия   некоторых
    литераторов  свидетельствуют  о нарушении ими того пункта
    Устава  Союза   писателей   СССР,   который   вменяет   в
    обязанность его членам идейную борьбу против буржуазных и
    ревизионистских влияний.
         За политическую  безответственность,  выразившуюся в
    подписании заявлений и писем в различные адреса, по своей
    форме    и    содержанию    дискредитирующих    советские
    правопорядки и авторитет советских  судебных  органов,  а
    также   за   игнорирование   факта   использования   этих
    документов буржуазной  пропагандой  в  целях,  враждебных
    Советскому  Союзу  и  советской  литературе,  секретариат
    правления   Московской   писательской   организации    на
    заседании 20 мая 1968г.  постановил объявить членам Союза
    писателей:
         строгий выговор с предупреждением и  занесением  в
         личное дело - КОПЕЛЕВУ Л.З.,
         выговор с занесением в личное дело -
         АКСЕНОВУ В.П., САМОЙЛОВУ Д.С., БАЛТЕРУ Б.И.,
         ВОЙНОВИЧУ В.Н., ЧУКОВСКОЙ Л.К., ШТЕЙНБЕРГУ А.А.;
         решено поставить на вид членам Союза писателей:
         АХМАДУЛИНОЙ Б.А., КОРЖАВИНУ Н.М., ШИТОВОЙ В.В.
         САРНОВУ Б.М., ИСКАНДЕРУ Ф.А., ПОЖЕНЯНУ Г.М.,
         ПИНСКОМУ Л.Е., СОЛОВЬЕВОЙ И.Н., СВЕТОВУ Ф.Г.,
         ИКРАМОВУ К.А., ЛЕВИТАНСКОМУ Ю.Д., АДАМЯН Э.Г.,
         ГОЛЫШЕВОЙ Е.М., ОТТЕНУ-ПОТАШИНСКОМУ Н.Д.
         члены Союза писателей БОГАТЫРЕВ К.П.,КОРНИЛОВ В.Н.,
         НАУМОВ Н.В., ДОМБРОВСКИЙ Ю.О., МАКСИМОВ В.Е.,
         ЛЕВИЦКИЙ Л.А. строго предупреждены,
         получили предупреждение члены Союза писателей:
         ХИНКИ В.А., РУДНИЦКИЙ К.Л., МАТВЕЕВА Н.Н.,
         КАВЕРИН В.А., ЛОРИЕ М.Ф., КАЗАКОВ Ю.П., ЭДЛИС Ю.Ф.,
         РОЩИН М.М.


    РАЗЪЯСНЕНИЕ НАЦИОНАЛЬНОЙ ПОЛИТИКИ
    ДМИТРИЙ МОТЫЛЬ,  студент  физико-химического   факультета

Московского химико-технологического института им. Менделеева, в феврале 1969г. показал своим товарищам обращение крымских татар к людям доброй воли. Кто-то из студентов обратился в комитет комсомола с предложением оказать поддержку требованиям крымско-татарского народа. В ответ на это 25 февраля в институте состоялась лекция о положении крымских татар в СССР.

    Послушать лекцию   пришли  П.Г.ГРИГОРЕНКО,  долгое  время

изучающий этот вопрос, математик ЮЛИУС ТЕЛЕСИН и двое крымских татар: инженер КАДЫР САРАМЕТОВ и токарь-металлист МУСТАФА МУРТАЗАЕВ. Лекция читалась для студентов группы, где учился МОТЫЛЬ, и для членов бюро ВЛКСМ. П.Г.ГРИГОРЕНКО получил разрешение пройти на лекцию, но лектор, войдя в аудиторию и увидев ГРИГОРЕНКО, тотчас же повернулся и вышел. Это можно объяснить только тем, что лектор в действительности являлся сотрудником КГБ, знающим ГРИГОРЕНКО в лицо. После этого лекция была перенесена в другую аудиторию, и на лекцию не были допущены ни ГРИГОРЕНКО, ни студент МОТЫЛЬ. У дверей аудитории стоял заслон из преподавателей во главе с доцентом ЧЕЧИНЫМ. Секретарь парткома института К.М.ТЮТИНИ объяснила, что лектор ЦК КПСС проводит разъяснение политики партии по национальному вопросу и присутствие "посторонних" нежелательно. У находившихся в здании Ю.ТЕЛЕСИНА и М.МУРТАЗАЕВА проверили документы, после чего заставили их покинуть институт, а К.САРАМЕТОВА четыре часа продержали в милиции.

    Факультетское бюро   ВЛКСМ   приняло   решение  исключить

ДМИТРИЯ МОТЫЛЯ из комсомола.

                           *****
    Тем временем  в  Ташкенте   готовится   новый   суд   над

представителями крымско-татарского движения. Один из них, герой партизанских боев в Крыму РАМАЗАН МУРАТОВ, уже осужден Ташкентским горсудом на один год лишения свободы. Остальных 10 человек - РОЛЛАНА КАДЫЕВА, ИЗЗЕТА ХАИРОВА и др. - будет судить Верховный суд УзССР, они обвиняются по ст.191-4 УК УзССР, соответствующей ст.190-1 УК РСФСР.

    В Симферополе готовится суд над ГОМЕРОМ БАЕВЫМ,  которого

конкретно обвиняют в том же, что и остальных, т.е. в распространении крымско-татарских информационных бюллетеней и обращений, но обвинение ему предъявлено по статье "антисоветская агитация и пропаганда".


    ЛЫСЕНКОВЦЫ ПОДНИМАЮТ ГОЛОВУ
    В издательстве   "Молодая   гвардия"   в   серии   "Жизнь

замечательных людей" должна была выйти книга С.РЕЗНИКА "Николай Вавилов". В книге подробно и объективно описана роль Т.Д.ЛЫСЕНКО в трагедии биологической науки. 19 декабря 1968г. книга была подписана к выходу в свет. Но после телефонного звонка "сверху" весь тираж книги пошел под нож.

                           *****
    В Обнинске,  в Институте медицинской радиологии  Академии

медицинских наук, уволен с работы "за несоответствие занимаемой должности" кандидат биологических наук ЖОРЕС МЕДВЕДЕВ, автор известной книги "Культ личности Сталина и биологическая наука", член Комиссии по изданию сочинений Н.И.Вавилова. "Несоответствие" было организовано следующим образом: по академии был издан приказ о преобразовании лабораторий с числом сотрудников до 4 человек в группы, "в соответствии" с этим приказом была превращена в группу лаборатория, которой заведовал ЖОРЕС МЕДВЕДЕВ и в которой работали 7 человек; МЕДВЕДЕВ, занимавший прежде конкурсную должность зав. лабораторией, был переведен на должность и.о. старшего научного сотрудника - и.о., так как конкурса на эту должность он, естественно, не проходил; а затем уволен "за несоответствие". По некоторым данным, его увольнение связано не только с общим наступлением лысенковцев, но и с предстоящим выходом его книги на английском языке в США.


    НОВОСТИ САМИЗДАТА
    1. РОЙ МЕДВЕДЕВ.  "Перед судом истории".  Книга,  которая

давно известна в узких кругах, но лишь в самое последнее время начала широко распространяться в Самиздате. Это трехтомное исследование жизни и личности И.В.СТАЛИНА, его правления и преступлений.

    2. "СВЕТЛАНА  СТАЛИНА  и  ее  "Двадцать  писем  к другу".

Анонимный автор*, анализируя книгу СВЕТЛАНЫ АЛЛИЛУЕВОЙ, обвиняет ее в неискренности, в попытке оправдать И.В.СТАЛИНА и всю вину свалить на БЕРИЮ и генерала ВЛАСИКА, начальника сталинской охраны.

    3. ПЕТР  ЯКИР.  Письмо  в  ЦК  КПСС  и в редакцию журнала

"Коммунист".

    Письмо написано  в  связи  с  появлением в N2 и 3 журнала

"Коммунист" апологетических статей о И.В.СТАЛИНЕ. Автор письма исчисляет преступления СТАЛИНА в соответствии с ныне действующим Уголовным кодексом, приводя большое количество малоизвестных фактов, таких, как список расстрелянных жен "врагов народа", список 22 Героев Советского Союза, в основном - летчиков, героев боев Испании, расстрелянных без суда в октябре 1941 г.

    По поводу  этих   же   статей   написал   письмо   ЛЕОНИД

ПЕТРОВСКИЙ, историк, внук Г.И.ПЕТРОВСКОГО, потерявший отца в эпоху сталинских репрессий.

    4. "Процесс   четырех".   Сборник   материалов   по  делу

ГАЛАНСКОВА, ГИНЗБУРГА, ДОБРОВОЛЬСКОГО и ЛАШКОВОЙ. Составление и комментарий ПАВЛА ЛИТВИНОВА. Эта книга закончена ПАВЛОМ ЛИТВИНОВЫМ буквально накануне его ареста, содержит максимально полное собрание документов, связанных с процессом: запись судебного процесса и кассационного разбирательства; коллективные и индивидуальные письма, написанные до и после процесса; материалы советской печати, связанные с процессом и письма по процессу.

    5. ВАЛЕНТИН   ТУРЧИН.   "Инерция   страха".   Философское

рассмотрение вопросов современного общества.

    6. "Государство и социализм".  Марксистский анализ нашего

государства. Работа горьковских студентов-историков, о которой упоминалось в предыдущем выпуске, в разделе о внесудебных репрессиях.

    7. ЕКАТЕРИНА  ОЛИЦКАЯ.  "Мои воспоминания".  Воспоминания

члена партии эсеров о ее первом аресте в 1924 г. и долгих годах лагерей: Соловки, Колыма.

    8. А.С.ВОЛЬПИН.   "Юридическая   памятка  для  тех,  кому

предстоят допросы". Допрос может предстоять каждому - иногда для этого достаточно того, что ваш номер телефона есть в записной книжке, взятой при обыске. Но мало кто знает как свои права, так и пределы прав следователя, ведущего допрос. "Памятка" ВОЛЬПИНА, хотя и написанная в свойственном автору усложненном стиле, дает огромное количество юридических сведений, необходимых допрашиваемому для того, чтобы противостоять возможным нарушениям законности и не стать их бессознательным пособником.


    КРАТКИЕ СООБЩЕНИЯ
    В пятом  выпуске  "Хроники" сообщалось об аресте рабочего

Киевской ГЭС А.НАЗАРЕНКО. Недавно в Киеве состоялся суд над НАЗАРЕНКО и двумя другими рабочими Киевской ГЭС, КОНДРЮКОВЫМ и КАРПЕНКО, по обвинению в антисоветской пропаганде и агитации. Подсудимые распространяли - рассылали по почте - листовки против русификации Украины и о праздновании шевченковских дней в Киеве. НАЗАРЕНКО признал себя виновным, раскаялся в применении неверных форм деятельности и брал на себя всю вину за действия, инкриминировавшиеся всем троим подсудимым. Прокурор просил по 6 лет строгого режима для НАЗАРЕНКО и КОНДРЮКОВА и 2 года для КАРПЕНКО. Защита доказывала необходимость переквалификации на ст.187-1 УК УССР - соответствующую ст.190-1 УК РСФСР. Суд оставил обвинение по ст.64 УК УССР и дал 5 лет строгого режима НАЗАРЕНКО, 3 год КОНДРЮКОВУ и 1 год 6 месяцев - КАРПЕНКО.

                           *****
    5 декабря   1968г.*   в   Киеве   на  Крещатике  совершил

самосожжение ВАСИЛИЙ ЕМЕЛЬЯНОВИЧ МАКУХА, учитель из Днепропетровской обл., 50 лет, отец двух детей, в прошлом узник сталинских лагерей. Когда сбежавшиеся люди начали гасить на нем огонь, он выкрикивал: "Да здравствует свободная Украина!". Полученные им ожоги оказались смертельными, он умер в Октябрьской больнице г.Киева.


  • См. уточнение в "Хронике" N10, стр.270.
                           *****
    5 декабря  1968  г.  в  Москве  на   Пушкинской   площади

состоялась традиционная демонстрация в связи с Днем Конституции. Как известно, первая демонстрация у памятника Пушкину состоялась 5 декабря 1965г. в знак протеста против ареста СИНЯВСКОГО и ДАНИЭЛЯ и проходила под лозунгом "Уважайте Конституцию". Демонстрация 5 декабря 1968г. была митингом молчания: около 20 ее участников десять минут стояли у памятника с непокрытыми головами. Здесь же присутствовало большое количество оперотрядчиков и сотрудников КГБ, которые выжидающе стояли в стороне, однако сами не пытались затевать провокации.

                           *****
    25 января  1969г.,  в  день  похорон  ЯНА   ПАЛАХА,   две

студентки Московского университета вышли на площадь Маяковского с плакатом, на котором были написаны два лозунга: "Вечная память Яну Палаху" и "Свободу Чехословакии". Они простояли на площади, позади памятника Маяковскому, около 12 минут. Постепенно вокруг них начала собираться молчащая толпа. Затем к девушкам подошла группа молодых людей без повязок, назвавших себя дружинниками. Они отобрали и разорвали плакат, а студенток, посоветовавшись, отпустили.

                           *****
    В конце 1968г.  в Москве осужден по ст.64 УК РСФСР,  т.е.

за "измену Родине", рабочий из г.Электросталь БОГДАНОВ. По имеющимся крайне скудным сведениям, БОГДАНОВ, выпивши, разговорился с иностранцами около одного из иностранных посольств. Он был сфотографирован во время разговора, а вслед за этим арестован. "Хроника" надеется дополнить и уточнить эти данные.

                           *****
    25 августа 1968г.  ночью в новосибирском Академгородке на

нескольких общественных зданиях появились надписи, осуждающие вторжение в Чехословакию. Одна из них: "Варвары, вон из Чехословакии!" Тех, кто сделал надписи, искали с собаками, но не нашли. Так как по прошлому опыту было известно, что надписи плохо смываются, их заклеили газетами.

                           *****
    В книжный магазин г.  Обнинска в феврале 1969г.  привезли

книгу "Физики продолжают шутить". Один из членов редколлегии этой книги - покойный ВАЛЕРИЙ ПАВЛИНЧУК. Первый секретарь горкома партии немедленно явился в книжный магазин и запретил продавать книгу. На слова зав. магазином о том, что она будет жаловаться в Калугу, он ответил: "Жалуйтесь куда хотите, но здесь вы ее продавать не будете".

                           *****
    Стал известен рассказ одного человека,  присутствовавшего

на судебном процессе по делу о демонстрации на Красной площади. Все, отобранные в качестве публики на процесс, к 8 часам утра 9 октября явились в Пролетарский райком партии, где их информировали о том,что они будут присутствовать на суде над "антисоветчиками". Затем их отвезли в суд в автобусе, который въехал во двор, и провели в здание с черного хода. Время до начала судебного заседания они коротали в свободной комнате, куда им дали домино, шашки и другие игры. Затем их впустили в зал заседания. Процедура транспортировки публики из райкома в суд через черный ход повторялась и следующие два дня. Рассказчик, по его словам, испытывал чувство возмущения, осознав в ходе процесса ложность предложенной им информации, и чувство стыда, проходя после приговора вместе со всей публикой через опечаленную, сочувствующую подсудимым толпу.

                           *****
    Адрес ПАВЛА  ЛИТВИНОВА:  Верхние  Усугли  Тунгокоченского

района Читинской области, до востребования.

    ПАВЕЛ ЛИТИНОВ  работает  слесарем-электриком  на руднике.

Кстати, в школе поселка нет учителя физики, но ЛИТВИНОВА на работу по специальности не берут.

    ЛАРИСА БОГОРАЗ работает на лесокомбинате в Чуне подручной

столяра.

    КОНСТАНТИН БАБИЦКИЙ    работает    на     Краснозатонском

судостроительном заводе столяром.


    ПОПРАВКА К ЧЕТВЕРТОМУ ВЫПУСКУ
    В описании суда над демонстрантами сказано, что лейтенант

ОЛЕГ ДАНИЛОВ - работник знаменитых лагерей строгого режима в Мордовии. На самом деле он работник столь же известных лагерей строгого режима в Коми АССР, на ст. Ветью.

                           *****
    В заключение   выпуска   "Хроника"   считает  необходимым

привести следующий документ:

              К ГРАЖДАНАМ СОВЕТСКОГО СОЮЗА !
         Кампания самосожжений,  начатая  19  января   1969г.
    пражским  студентом  ЯНОМ  ПАЛАХОМ в знак протеста против
    вмешательства во внутренние дела ЧССР,  не  прекращается.
    Еще  один  -  пока  последний  -  живой  факел запылал на
    Вацлавской площади в Праге 21 февраля.
         Этот протест,   принявший   столь   страшную  форму,
    обращен  прежде  всего  к  НАМ,  СОВЕТСКИМ   ЛЮДЯМ.   Это
    непрошенное  и  ничем  не  оправданное  присутствие НАШИХ
    войск вызывает такой гнев  и  отчаяние  у  чехословацкого
    народа.   Недаром   смерть  Яна  Палаха  всколыхнула  всю
    трудовую Чехословакию.
         Мы все  несем долю вины за его гибель,  как и гибель
    других покончивших с собой чехословацких  братьев.  Своим
    одобрением   ввода  войск,  его  оправданием  или  просто
    молчанием  мы  способствуем  тому,  чтобы  живые   факелы
    продолжали гореть на площадях Праги и других городов.
         Чехи и словаки всегда считали нас  своими  братьями.
    Так неужели мы допустим,чтобы слово "советский" стало для
    них синонимом слова "враг"?!
         Граждане нашей великой страны!
         Величие страны  -  не   в   могуществе   ее   войск,
    обрушенных на немногочисленный свободолюбивый народ,  а в
    ее НРАВСТВЕННОЙ силе.
         Неужели мы будем и дальше молча смотреть, как гибнут
    наши братья?! Теперь уже всем ясно, что присутствие наших
    войск  на  территории  ЧССР  не  вызывается ни интересами
    обороны    нашей    родины,    ни    интересами     стран
    социалистического содружества.
         Неужели у  нас  не  хватит  мужества  признать,  что
    совершена трагическая ошибка,  и сделать все, что в наших
    силах, для ее исправления?!
         Это наше право и наш долг!
         Мы призываем  всех  советских  людей,  не   совершая
    поспешных   и   опрометчивых  действий,  всеми  законными
    средствами   добиваться   вывода   советских   войск   из
    Чехословакии  и  отказа  от вмешательства в ее внутренние
    дела!  Только таким путем можно восстановить дружбу между
    нашими народами.
         Да здравствует героический чехословацкий народ!
         Да здравствует советско-чехословацкая дружба!
                                            Петр Григоренко
                                            Иван Яхимович
              23 февраля 1969г.