Хроника текущих событий/03

Материал из Wikilivres.ru
Перейти к навигацииПерейти к поиску

Хроника текущих событий — выпуск 3
{{#invoke:Header|editionsList|}}


Год прав человека в Советском союзе
Хроника текущих событий


Каждый человек имеет право на свободу убеждений и на свободное выражение их; это право включает свободу беспрепятственно придерживаться своих убеждений и свободу искать, получать и распространять информацию и идеи любыми средствами и независимо от государственных границ.
ВСЕОБЩАЯ ДЕКЛАРАЦИЯ ПРАВ ЧЕЛОВЕКА, статья 19



ВЫПУСК ТРЕТИЙ

30 августа 1968 г.


ГОД ИЗДАНИЯ ПЕРВЫЙ


21 августа 1968 г. войска пяти стран — участниц Варшавского пакта совершили вероломное и неспровоцированное нападение на Чехословакию.

Агрессивные действия СССР и его союзников встретили резкий отпор мирового общественного мнения.

Здесь освещаются события внутри страны, связанные так или иначе с проблемой ЧССР.

Факты свидетельствуют, что даже в условиях, практически исключающих возможность сопротивления, не прекращается борьба — борьба за претворение принципов гуманизма и справедливости.



26 июля 1968г. тридцатилетний грузчик АНАТОЛИЙ МАРЧЕНКО послал в редакции газет «Руде право», «Праце», «Литерарни листы» открытое письмо, в котором выражается протест против кампании клеветы и инсинуаций вокруг Чехословакии и говорится об угрозе интервенции в эту страну.

Через два дня, 28 июля 1968г.[1], АНАТОЛИЙ МАРЧЕНКО был арестован на улице и отправлен в Бутырскую тюрьму. Ему было предъявлено обвинение по ст.198 — нарушение паспортного режима.

АНАТОЛИЙ МАРЧЕНКО с 1960 по 1966г. отбывал заключение в мордовских политических лагерях по ложному обвинению в измене родине. По истечении срока заключения МАРЧЕНКО создал книгу «Мои показания» — беспощадный фактологический документ о положении в современных политических лагерях и тюрьмах СССР.

Факты, изложенные в книге МАРЧЕНКО, не смогли быть опровергнуты карательными органами страны. Автор начинает подвергаться административному шантажу и произволу. За короткий промежуток времени он получает два предупреждения о нарушении паспортного режима. Первое предупреждение было получено после перенесенной им тяжелой операции, второе — попросту незаконно.

21 августа 1968г. народный суд Тимирязевского района (судья РОМАНОВ) рассмотрел дело по обвинению А.МАРЧЕНКО по ст.198 УК РСФСР (нарушение паспортного режима).

Тяжело больной человек, страдающий прогрессирующей глухотой и анемией, проведший большую часть своей жизни в невыносимых условиях лагерей строгого режима и исправительных тюрем, приговорен к максимальному по этой статье сроку — одному году строгой изоляции.

Группа друзей АНАТОЛИЯ МАРЧЕНКО — ЛЮДМИЛА АЛЕКСЕЕВА, ЛАРИСА БОГОРАЗ, ЮРИЙ ГЕРЧУК, НАТАЛЬЯ ГОРБАНЕВСКАЯ, ПЕТР ГРИГОРЕНКО, ВИКТОР КРАСИН, ПАВЕЛ ЛИТВИНОВ и АНАТОЛИЙ ЯКОБСОН — обратились к гражданам нашей страны с письмом, в котором раскрывается действительная причина ареста МАРЧЕНКО.

В ночь с 7 на 8 августа 1968г. по обвинению в распространении этого письма была арестована ИРИНА БЕЛОГОРОДСКАЯ. Ей предъявлено обвинение по ст.190-1 УК РСФСР, предусматривающей осуждение до 3-х лет за распространение сведений, порочащих советский общественный строй. На квартире арестованной и трех авторов письма в защиту МАРЧЕНКО были произведены обыски. ИРИНА БЕЛОГОРОДСКАЯ до сих пор в Лефортовской тюрьме.



29 июля в посольство Чехословакии было передано письмо пяти советских коммунистов с одобрением нового курса КПЧ и осуждением советского давления на ЧССР. Письмо подписали П.ГРИГОРЕНКО, А.КОСТЕРИН, В.ПАВЛИНЧУК, С.ПИСАРЕВ и И.ЯХИМОВИЧ. 30 июля умер ВАЛЕРИЙ ПАВЛИНЧУК, молодой физик из города Обнинска. Один из активнейших общественников и коммунистов города, талантливый ученый и педагог, он был исключен из партии и уволен с работы за распространение Самиздата. Но это не сломило его духа. Незадолго до смерти он обратился с открытым письмом к А.ДУБЧЕКУ, где прямо выразил солидарность с новым политическим курсом ЧССР, видя в нем пример настоящего социалистического строительства, свободного от догматизма и полицейщины.



Еще до вторжения в ЧССР с книжных прилавков исчезли чешские газеты[2], а с началом вторжения перестали приходить «Юманите», «Унита», «Морнинг стар», «Борба», «Ринашита» и другие издания. Началось регулярное глушение передач зарубежных радиостанций.



В Москве на Октябрьской площади 24 августа некий гражданин выкрикнул лозунг против вторжения в Чехословакию и был жестоко избит неизвестными в штатском. Двое из них втолкнули его в машину и увезли, третий остался у другой машины. Возмущенные очевидцы стали требовать, чтобы милиция задержала участника избиения. Милиция ограничилась проверкой удостоверения.



Известны многие случаи принципиальной неявки на собрания, цель которых была добиться единогласного одобрения ввода войск в ЧССР.

Известны и случаи, когда люди находили мужество или воздержаться от голосования, или голосовать против одобрения. Так было на собрании в Институте международного рабочего движения, в Институте русского языка, на одной из кафедр МГУ, в Институте мировой экономики и международных отношений, в Институте философии, в Институте радиотехники и электроники.




Довольно широкое распространение в Москве получили листовки, содержащие протест против оккупации Чехословакии. Текст одного из таких документов приводится ниже:

Давайте подумаем сами

ЦК и большинство членов компартии Китая, а также компартий Албании, Индонезии, Северной Кореи и так называемых параллельных компартий Японии, Индии, Австралии утверждают, что в СССР торжествует «буржуазный ревизионизм» и прямая контрреволюция, что КПСС, разоблачив культ Сталина и его преступления и не признавая гениальность Мао, «изменила идеалам пролетарской диктатуры», что советская печать клевещет на Китай и т. п.

А что если бы кое-кто из наших ревностных наследников Сталина — Берия вдруг решились призвать на помощь китайских, албанских и иных братьев?

Что если бы их танки и парашютисты внезапно среди ночи оказались на улицах наших городов? А их солдаты во имя спасения и защиты идеалов коммунизма — как они их понимают — стали бы арестовывать руководителей нашей партии и государства, закрывать газеты, выключать радиостанции и стрелять в тех, кто осмелился бы сопротивляться?

Не только подавляющее большинство чешских и словацких коммунистов, но и все итальянские, французские, английские, шведские, норвежские, а также румынские и югославские, короче говоря, огромное большинство коммунистов всего мира, в том числе руководители 73 из тех 90 компартий, которые до сих пор поддерживали КПСС в споре с китайской КП, убеждены, что именно Чехословакия после января 1968 года впервые по-настоящему начала осуществлять идеи Маркса, а во всех наших писаниях о «контрреволюционных угрозах» и «ревизионистском перерождении» в Чехословакии нет ни слова правды.

Что если бы эти зарубежные коммунисты — а ведь у них есть множество единомышленников и в Венгрии, и в Польше, и в ГДР, и в Болгарии — коммунисты, убежденные в том, что ЦК КПСС допускает серьезные ошибки, что последствия культа Сталина у нас не только не устранены, а даже снова резко усилились, что именно об этом свидетельствует неспровоцированное военное вторжение в мирную социалистическую страну — что если бы все они решили «спасать» нас и насадить у нас такой социализм, который они считают правильным, с помощью танков и парашютных десантов?

Что если бы на улицах наших городов появились югославские, румынские, чехословацкие или ГДРовсие танки, и пропагандисты с автоматами стали бы нам доказывать, что это означает не что иное, как братскую помощь и выражение пролетарской солидарности? Давайте подумаем обо всем этом, подумаем о том, кому действительно помогает, а кому вредит все, что произошло 21 августа!



Были арестованы два студента механико-математического факультета МГУ, собиравшие подписи под петицией протеста. В настоящее время эти студенты находятся на свободе.



Наиболее решительным выступлением против агрессии в Чехословакии явилась сидячая демонстрация протеста, состоявшаяся 25 августа 1968 г. в 12 часов дня на Красной площади. Исчерпывающую информацию об этом событии дает письмо участницы демонстрации НАТАЛЬИ ГОРБАНЕВСКОЙ.

«Главным редакторам газет:

«Руде право», «Унита», «Морнинг стар», «Юманите», «Таймс», «Монд», «Вашингтон пост», «Нойе Цюрихер цайтунг», «Нью-Йорк Таймс» и всех газет, которые опубликуют это письмо.


Уважаемый господин редактор, прошу Вас поместить мое письмо о демонстрации на Красной площади в Москве 25 августа 1968 г., поскольку я единственный участник этой демонстрации, пока оставшийся на свободе.

В демонстрации приняли участие: КОНСТАНТИН БАБИЦКИЙ, лингвист, ЛАРИСА БОГОРАЗ, филолог, ВАДИМ ДЕЛОНЕ, поэт, ВЛАДИМИР ДРЕМЛЮГА, рабочий, ПАВЕЛ ЛИТВИНОВ, физик, ВИКТОР ФАЙНБЕРГ, искусствовед, и НАТАЛЬЯ ГОРБАНЕВСКАЯ, поэт. В 12 часов дня мы сели на парапет у Лобного места и развернули лозунги: «Да здравствует свободная и независимая Чехословакия» (на чешском языке), «Позор оккупантам», «Руки прочь от ЧССР», «За вашу и нашу свободу». Почти немедленно раздался свист, и со всех концов площади к нам бросились сотрудники КГБ в штатском: они дежурили на Красной площади, ожидая выезда из Кремля чехословацкой делегации. Подбегая, они кричали: «Это все жиды! Бей антисоветчиков!» Мы сидели спокойно и не оказывали сопротивления. У нас вырвали из рук лозунги. ВИКТОРУ ФАЙНБЕРГУ разбили в кровь лицо и выбили зубы, ПАВЛА ЛИТВИНОВА били по лицу тяжелой сумкой, у меня вырвали и сломали чехословацкий флажок. Нам кричали: «Расходитесь! Подонки!», но мы продолжали сидеть. Через несколько минут подошли машины, и всех, кроме меня, затолкали в них. Я была с трехмесячным сыном, и поэтому меня схватили не сразу: я сидела у Лобного места еще около десяти минут. В машине меня били.

Вместе с нами было арестовано несколько человек из собравшейся толпы, которые выражали нам сочувствие, — их отпустили только поздно вечером. Ночью у всех задержанных провели обыски по обвинению в «групповых действиях, грубо нарушающих общественный порядок». Один из нас, ВАДИМ ДЕЛОНЕ , был уже ранее условно осужден по этой статье за участие в демонстрации 22 января 1967г. на Пушкинской площади. После обыска я была освобождена, вероятно потому, что у меня на руках двое детей. Меня продолжают вызывать для дачи показаний. Я отказываюсь давать показания об организации и проведении демонстрации, поскольку это была мирная демонстрация, не нарушившая общественного порядка. Но я дала показания о грубых и незаконных действиях лиц, задержавших нас, я готова свидетельствовать об этом перед мировым общественным мнением.

Мои товарищи и я счастливы, что смогли принять участие в этой демонстрации, что смогли хоть на мгновение прорвать поток разнузданной лжи и трусливого молчания и показать, что не все граждане нашей страны согласны с насилием, которое творится от имени советского народа. Мы надеемся, что об этом узнал или узнает народ Чехословакии. И вера в то, что, думая о советских людях, чехи и словаки будут думать не только об оккупантах, но и о нас, придает нам силы и мужество.


28 августа 1968 г.

НАТАЛЬЯ ГОРБАНЕВСКАЯ
Москва, А-252
Новопесчаная ул., д.13/3, кв.34».


Следствие по делу о демонстрации ведет бригада следователей прокуратуры г. Москвы — АКИМОВА, ГНЕВКОВСКАЯ, ЛОПУШЕНКОВ, ГАЛАХОВ, СОЛОВЬЕВ. Трое из них участвовали в следствии по делу о демонстрации на Пушкинской площади 22 января 1967 г. Общий надзор за ходом следствия осуществляет пом. прокурора г. Москвы.

Участникам демонстрации предъявлена статья 190(3), предусматривающая наказание до 3-х лет за создание помех в работе транспорта и государственных учреждений (?), а также ст.190-1 УК РСФСР, предусматривающая осуждение за распространение сведений, «порочащих советский государственный и общественный строй» (до 3-х лет).

Стало доподлинно известно, что в ходе предварительного следствия собирается материал чисто интимного характера, создаются фальшивые версии, возможности для ложных и превратных толкований. Вместе с тем, по отношению к лицам, допустившим на площади садистские хулиганские действия, в частности избиение ФАЙНБЕРГА и ЛИТВИНОВА, не принято никаких мер.



Поступили сообщения о событиях, происходящих в других городах страны. В Ленинграде и в городах Прибалтийских республик получили распространение листовки, осуждающие вторжение в Чехословакию.



В Тарту за подпись протеста на кинотеатре арестован студент. Имя студента неизвестно.



В Ленинграде 1 и 2 августа были арестованы 4 человека: юрисконсульт ЮРИЙ ГЕНДЛЕР, химик ЛЕВ КВАЧЕВСКИЙ, инженер ЕВГЕНИЙ ШАШЕНКОВ и юрист НИКОЛАЙ ДАНИЛОВ. Под нелепым предлогом у них были произведены обыски и изъята литература якобы антисоветского содержания.

Настоящая причина ареста — попытка написать письмо по поводу Чехословакии. Большинство арестованных ранее подвергались репрессиям.



Более подробные сведения об ожидающихся в Москве и Ленинграде судебных процессах будут известны позднее.



  1. 29 июля — Ред.
  2. В «Хронике» № 18 дается поправка: «В действительности чехословацкие издания вплоть до 21 августа поступали в продажу без перебоя. «Исчезновение» можно объяснить лишь возросшим спросом при неизменном количестве экземпляров, поступавших в продажу».