Страницы из дневника (Смирнов)/1983-01-01

Материал из Wikilivres.ru
Перейти к навигацииПерейти к поиску
Страницы из дневника/Январь 1983
автор Д. Смирнов-Садовский
Дата создания: Январь 1983.
{{#invoke:Header|editionsList|}}





1 января 1983, суббота, Москва

Послушав унылую речь Кузнецова, мы чокнулись и оказались в новом году. Подкрепившись пищей и питьём, пошли танцевать — я с Леной, а Таня с папой [Лены]. В половине второго родители ушли к Чибисовым. Оля с Серёжей к нам так и не выбрались.

Ребята ушли около семи. В 10 нас разбудили соседи [за стенкой], врубив на полную катушку Аллочку Пугачёву.

В 12 засели за фотографии. Напечатали последнюю плёнку и много старых для Нины Либерман. В 19 часов она пришла с молодым человеком Жан-Полем. Ему 34 года. Он экономист, занимается преподаванием. На досуге катается в Альпах на горных лыжах. Хорошо говорит по-английски, так как был в Англии и Штатах. О Толе он знает очень мало, так как тот до сих пор почти не говорит по-французски. Бракосочетание назначено на 23 марта.

2 января 1983, воскресенье, Москва

Перевёл несколько страниц из книги о Блейке.

Вечером были у Васи и Кати. Там ещё были Денисов, Гутман, Николаевские, Басилов, Чупатов. Вася придумал дурацкую игру — он раздал всем гостям фразы, которые каждый должен время от времени произносить как бы невзначай. Мне досталось такое: «Да провалюсь я на этом месте, если это мне когда-нибудь приходило в голову». Денисов должен был повторять: «Это не для нашего климата». А Николаевский: «Уж если напиться, так сейчас, когда жажда достигла высшей точки». Николаевский предложил всем композиторов написать по ричеркару для их оркестра, который назвали «Ричеркар». После выпивки и закуски затеяли игру в шарады—я видел эту игру и участвовал в ней впервые. Всех распределили на две команды. Наша загадала им слово «окурок» и «кислород», они нам «Барток» и «сумрак».

3 января 1983, понедельник, Москва

Съездил в издательство за корректурой 2-й ф-п сонаты. Делал её до самого вечера.

4 января 1983, вторник, Москва

Начал писать Ричеркар (на свою старую тему). Вечером прочли в газете, что умер Хагагортян. Позвонили Шутям, они сообщили подробности. Хагагортян поехал в машине по делам куда-то на Ленинский проспект. Почувствовал себя плохо и позвонил жене Тер-Осипова. Она поехала за ним, взяла такси, но до Склифосовского не довезла — он умер от отёка лёгкого.

5 января 1983, среда, Москва

В комбинат Музфонда отдал партитуру и клавир «Ночных рифм». Получил в ателье 15 цветных фото. Зашёл в Министерство, но там приём только с трёх. Пошёл пешком к Союзу. По дороге купил 25 фломастеров, одним из которых и пишу сию минуту. Пообедал в ресторане. Поговорил с Евгенией Павловной. Долго ждал когда начнётся секция. На секции было много народу. Показывались Довгань (Волошин), Вася (Ода траве), Егиков (Цветаева) и Яхнина (скрипичные пьесы). Леночка пришла к концу секции, она была на рентгене и в кассе, где получила 600 с лишним чеков. Обратно ехали вместе с Лёней Гофманом. Он очень утомительный, напрашивался к нам в гости.

6 января 1983, четверг, Москва

Немного позанимался. Днём сходили за заказом. Потом Леночка выдала номер со слезами. Часа в 4 они с мамой потащились к гинекологу. Та сказала, что всё в порядке. Но на всякий случай сделала анализ — в понедельник будет готов.

7 января 1983, пятница, Москва

Занимался своим «Ричеркаром». Леночка решила снова съездить с Таней (у неё сегодня день рождения) в чековый магазин и снова вернулась с пустыми руками — были хорошие вещи, но все больших размеров. Звонила мама, звонил Чумов и Лёва Михайлов. Лена долго разговаривала с Ирой Муратовой и с Денисовым. Муратова сказала, что в феврале не сможет петь Леночкину «Ночь». Звонила Марина Львовна, сообщила, что Баранкина назначили на место Хагагартяна, а на место Баранкина — Комалькова. Звонила Э. Шапиро. Она показывала мои переводы Григорию Кружкову, тот был, якобы, в восторге и пожелал со мной встретиться.

17 января 1983, понедельник, Москва

10-го были на концерте, где играли сочинение Вустина «Возвращение домой», Лобанова «Оду траве» и Мееровича «Немецкие старики».

11-го и 12-го много занимался и закончил «Два ричеркара».

13-го переписал партии. Вечером были на концерте Гутман и Кагана на клубе Фрида. Слушали хорошую пьесу Фрида для влч. и фп. Остальное играли плохо, и мы ушли со второго отделения. Зашли к Шутю и взяли «Содом и Гоморру» Пруста.

14-го снова были на концерте. На этот раз клуб Мильмана. Ансамбль Лазарева играл сочинения Глинки, Шуберта, Хиндемита, Мансуряна и Шнитке. В субботу 15-го принимали Вустиных и Таню с Валерой.

Вчера 16-го в воскресенье был у нас Беринский, показывал свой Гобойный концерт.

Сегодня 17-го написал рецензию на Ваню Соколова, а затем печатал «Остров на Луне». Вечером решился позвонить Грише Кружкову. Как же я обрадовался, когда он сходу наизусть стал читать мой перевод: «Прощенье, Милость, Мир, Любовь…» Мы договорились встретиться у нас дома в пятницу.

22 января 1983, суббота, Москва

В среду [19-го] выбрался в город. Сначала был в комбинате Музфонда, потом съездил на Неглинную за своим арфовым сборником, затем в Союз, отдал рецензию, в издательство, где виделся с Баранкиным, Комальковым и пр. Был в Музфонде на Готвальда, где отдал на продление пропуска в поликлинику и заплатил за прокат пианино. Дома Леночка встретила меня в новом замшевом костюме, который она приобрела в «Берёзке». Костюм хороший, большая блестящая бабочка на спине показалась мне чуть легкомысленной.

В четверг и пятницу печатал Блейка, переведённого мной за два года, чтобы дополнить свой старый том.

Вчера в 8 вечера к нам пришли в гости Гриша Кружков с женой Мариной. Как я и думал, они оказались, очень приятными людьми. Гриша первым делом презентовал нам первый сборник своих стихов «Ласточка». В отместку я подарил ему «Остров на Луне». О моих переводах он говорил только комплименты, сказал, что прочёл мою книгу с начала и до конца, что она интересна в таком виде, что в ней есть интрига. Что переводы мои сравнимы с маршаковскими, но в большинстве случаев он предпочёл бы мои. Что остальные переводчики, и особенно Топоров сильно проигрывают, что он тут же продемонстрировал:

«Дул в зелёное жерло...
Свесилось дитя мало...»

Мы познакомили их с музыкой Денисова и Лены. Гриша хорошо читал свои стихи.

Перед сном мы прочли с Леночкой стихи Валеры Носарева.

Сегодня утром я разразился восьмистишием:

Нет, ты не Байрон и не Китс,
Не Кольридж, ни Шекспир, не Шелли,
Когда стихи твои несмело
На нас взирают со страниц,

Но вот, толстенный том стишков,
Беру, и словно вижу лица
И Сэма Кольриджа, и Китса,
Что Гриша перевёл Кружков.

Примечания



© Д. Смирнов-Садовский / D. Smirnov-Sadovsky


Info icon.png Это произведение опубликовано на Wikilivres.ru под лицензией Creative Commons  CC BY.svg CC NC.svg CC ND.svg и может быть воспроизведено при условии указания авторства и его некоммерческого использования без права создавать производные произведения на его основе.